Рейтинг:  4 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активна
 

Содержание материала


Глава двадцать пятая

   И вдруг - звонок. Кто еще мог в такую рань, в четверть восьмого трезвонить? Володька Хванчкара прибыл в столицу, напрягает телефон в аэропорту или на вокзале? Но это был не он, а Варвара Лапшина, которая сразу, как истинно деловая женщина, без всяких обиняков заявила: он ей нужен.
   - В каком смысле? - уточнил он, обрадовавшись самому факту, что он еще на этом свете кому-то нужен.
   - Не кобелируй, по делу. Ты вообще сегодня свободен? Суббота...
   - Старая дружба ржавеет, если не требует жертв. Располагай!
   - В девять сможешь?
   - Попробую.
   - Где?
   - У памятника Пушкину.
   - Узнаю твою богатую фантазию. Захвати свой кепарик, есть у тебя такой страшненький. Лады?
   - Интригуешь.
   - Нисколько. Я тебя по нему сразу узнаю - давно видела.
   - Забыла что ли?
   Варвара последнего вопроса не расслышала, бросила трубку. Тут что-то не так, подумал он. Вообще надо бы проветриться...
Варварек ... Он обрадовался ее звонку - с нею всегда было легко, хотя палец в рот ей не клади. Отчего легко? Может, потому что сначала, когда роман с нею завязался, и ему, и ей было легко?
   C прекрасным полом отношения у Ивана Где-то складывались не лучшим образом. Между выходом первой и второй книжки у него две жены от истощения терпения сбежали, между второй и третьей - еще одна, не считая любительниц поэзии, которые тоже, бедняжки, не чаяли, как бы им погреться в лучах славы и разбогатеть на его стихах. Они не знали, что поэзия - поит, но не кормит. Трудности в стране с бумагой и полиграфией сделали вконец его семейную жизнь слишком эпизодичной, но многолюдной. Славы ему, как и бумаги, тоже не хватило. В результате такой неустойчивости он стал терять ощущение, где его женщины, а где чужие, схлопотал несколько раз по роже от каких-то эгоистов, и приучил себя не заигрывать с чужими дамами, даже навеселе, даже в пестром зале дома литераторов, пока не попался на глаза заведующей обувной секцией Варваре Лапшиной.
   Был он тогда при деньгах, в великолепном расположении духа, совершенно свободен от семейных уз и приличной обуви - как никак три года ждал аванса за новую книгу, и поэтому глубина житейского моря или болота оценивалась им тогда не выше колена. Он воплощал в жизнь не решения очередного съезда, а свое желание пожить хотя бы неделю так, как ему хочется. Без ощущения полной, не одномандантной свободы, хотя бы полдня, поэтов не бывает.
   Состояние свободы у Ивана Где-то и учуяла Варенька Лапшина, когда тот, попахивая свеженьким коньячком, остановился у полок с обувью, пренебрежительно и торопливо, словно за ним гнались, оглядел отечественный и импортный ширпотреб, бросил взгляд на металлическую бляху на отвороте ее халатика и по-хозяйски уверенно произнес:
   - Принеси, Варенька, что-нибудь приличное.
   Ее такая уверенность в себе задела за живое, к подобному обращению она не привыкла, к тому же он, нахал, на нее и не смотрел, а на бляху. Поэтому она сделала «правое бедро вперед, руки на талию, откинуть голову» и спросила:
   - Откуда ты такой взялся?
   - Как и все - оттуда! - весело откликнулся Иван Где-то и все-таки задержал взгляд на ее правом бедре и груди, распирающей халатик, и на нагло усмехающихся, размалеванных глазах. - Ну, не томи, ведь некогда.
   - И мне некогда!
   - Ты же на работе!
   - А мне надо спешить на свадьбу моего жениха...
   - Не понял, но поздравляю...
   - А он не на мне женится! - и рассмеялась.
   - Что же так?
   - Да вот так. А за розами на рынок ехать надо...
   - Туфли будут?
   - Будут.
   - Тогда и розы - тоже. Я пошел...
   Иван Где-то смотался на Центральный рынок, купил два десятка роз Варенькиному жениху - четное число как покойнику. Она, как потом призналась, не ожидала его больше увидеть, но при его появлении с букетом роз у нее заскрипела  липучка на бюстгальтере, поднялось «давление», и поэтому она, крикнув тогдашней заведующей отделом - неопределенного возраста строгой даме с гладкими волосами и холодными, немигающими глазами за очками с позолоченной оправой, чтобы та постояла на проходе, и повела Ивана в подсобку.
   Там, среди коробок штабелями до потолка, стоял диванчик в крупную черно-желтую клетку, на него Иван и был усажен. Из потайного угла была вытащена пара штиблет мальтийского - неслыханное дело! - производства, невесомые, изящные, причем как раз ему впору. Новая знакомая присела на корточки, помогая примерять, и перестали помещаться загорелые бедра в объемах халатика. От нее исходил горячий шоколадный дух, не помня себя, он обхватил эти бедра и водрузил их на диванчик. Варенька смотрела на него изучающе, смущала его, и ему было непонятно, что делать и что ему ожидать: развивать активность дальше или ждать пощечины, как вдруг она чудовищно здраво рассудила: «Чего время зря терять? Ты же спешишь...» и одним движением, словно ударила по струнам гитары, справилась с деревянными завертками-пуговицами на халатике, а с липучкой на бюстгальтере он справился сам...
Потом, набросив халатик на нагое тело, Варенька достала из кармашка квитанционную книжку, выписала туфли и напомнив, чтоб не забыл заплатить, вернулась вразвалочку на свое рабочее место и на вопрос заведующей, где она так долго пропадала, небрежно объяснила:
   - Давление снимала.
   Иван Петрович теперь, после десятка лет странной (может быть, совершенно нормальной?) связи с Варварьком, все же затруднялся дать определение тому, что же у них было. Она или он вначале каждый день, затем реже и реже, с перерывами в несколько месяцев звонили друг другу и сообщали: «У меня давление», что означало желание оказаться немедленно в объятьях другого.
   - Когда я тебя увидела впервые, то поняла сразу: чокнутый, но как-то по особенному. Ты из тех, кто не предает, но кого предают на каждом шагу. И я предаю... Впрочем, нет, я же не клялась тебе в верности. У тебя никогда нет, не было и не будет денег - они для тебя практически ничто, не более, чем талоны на троллейбус. Ты не катишь по этой жизни зайцем, за чей-то счет, нет, ты платишь больше, чем нужно. Ты хороший сексуальный партнер, только как мужчина в полном смысле слова и в нынешнем понимании - ноль. В разведку я бы с тобой пошла, но замуж за тебя - упаси Бог!
    Так она любила рассуждать после любовных утех, лежа щекой у него на плече и играя пальчиком завитками на волосатой груди. За десять лет знакомства он так и не понял Варварька. Она была всегда неожиданна и непредсказуема, причем в одном и том же - в последовательном своем рационализме, который в основе своей был формой ее ума, освобожденного от ошибок и заблуждений. Но в то же время у нее, если этого хотела, была бездна обаяния, флера таинственности и загадочности, а человечной и добросердечной не казалась - она такой не была. 
   Она умела делать деньги, однако не хапала и безбожно спекулировала, как ее подруги, которых она презирала за жадность, мелкотравчатость. Квартира у нее была обставлена модно, со вкусом, но без выпячивания мебели да электроники. Между прочим, у нее на кухне стоял один, а в комнате - второй  шкаф с книгами. Кроме «Работницы» и «Советского экрана», выписывала несколько толстых журналов, «Литературную газету» и «Литературную Россию», а также  почему-то «Советский спорт» - круг чтения не безнадежный для заведующей обувной секцией.
    Одевалась Варварек модно, но без выкриков, в ее стиле просматривалась элегантность, подчеркивающая богатство тела, прежде всего то обстоятельство, что ноги у нее росли «из подмышек». Впрочем, все это как-то не помешало ей придти на свидание в кожаной юбке длинной в двадцать сантиметров, из-за чего их не пустили в ресторан поужинать, и Варварек впала в такое остервенелое состояние, что швейцар вынужден был не менее получаса отгавкиваться от нее через толстые стекла могучей дубовой двери.
Никогда она не говорила о детях, о замужестве практически тоже - она презирала мужчин, называя их трутнями, считала, что девяносто девять процентов из них заслуживают кастрации, поскольку они размножают пороки и болезни, а оставшиеся сотые могли бы возглавить семью-гарем. Жен у каждого должно быть штук по пятьдесят-шестьдесят, чтобы не бездельничал. Может, это был план мести мужчинам? Нисколько, когда она излагала свой проект устройства жизни, то голос ее звучал спокойно и рассудительно, тем более, что и женщины-дурнушки, с неважной наследственностью также подлежали стерилизации.
   - К мысли о необходимости таких мер я пришла из подлинной любви к человечеству, - скромно объяснила свое пристрастие к генетическому геноциду Варварек, презирающая людей.
   «Не многовато ли вокруг меня желающих облагодетельствовать все человечество?» - подумал как-то Иван Где-то, вспомнив и рядового генералиссимуса пера, после чего резко поостыл к Варварьку.
    В назначенное время Иван Петрович сделал круг возле памятника поэту - он любил тут назначать свидания еще со времен учебы в Литинституте, который располагался рядом, на Тверском бульваре. По вечерам к каждому часу или к его половине - стереотипность мышления, толпа жаждущих свидания уплотнялась здесь порой так, что трудно было найти друг друга. Утром возле памятника скамьи пустовали, и поэт, редактор и литконсультант облюбовал себе местечко на солнечной стороне, подставил лицо лучам и заблаженствовал.
   Через каждые полминуты открывал глаза, вглядывался в прохожих явно из галантности - Варварек нашла бы его, если бы он и вздремнул. Вот и она, подумал он, глядя на энергичную походку дамы в джинсах и цветастом батнике. Поднялся и пошел навстречу, как вдруг, не доходя нескольких метров, увидел, что с Варварьком это ископаемое не имеет ничего общего. Седые, пепельные патлы, напоминающие паклю, бывшую в употреблении, губы от вечной злости изжеваны, зубы стерты - самое странное, что все это тоже направлялось к нему. Ископаемое взглянуло на него недобрыми глазами, и Ивану померещилось, что в глубине зрачков полыхнул зловещий изумрудный огонь, более того, он совершенно отчетливо услышал, как мадам прошлась по его адресу: «Козел...» Только воспитанность, которая в нем иногда давала о себе знать, не позволила дать сдачи: «Ведьма!..»
Он вернулся на прежнее место, Утро, солнце, лето, суббота - все было тем же, но блаженство улетучилось. Ископаемая мегера присела на скамью рядом, с нескрываемым интересом разглядывала его, затем совсем обнаглела, подошла и спросила:
   - Кепарек, простите, где покупали? В парижском «Тати»? Очень демократичном, для народа, но все-таки в парижском?
   - Совершенно верно, мадам. В прошлом году...
   - Нет, в позапрошлом. Такой кепарек есть только у одного человека в Москве - у поэта Ивана Где-то. Он ему придает исключительно бандитский вид. Глядя на него, можно подумать, что он прошел переподготовку в «Коза Ностра».
   - Простите, однако я и есть Иван Где-то, - сказал он и стал лихорадочно припоминать, когда и при каких обстоятельствах мог встречаться с нею. Наверняка, какая-нибудь графоманка, сейчас еще скандал устроит.
   - Вы не Где-то, а Куда-то! - прошипела мегера, вытащила из сумки его последний сборник, нашла портрет, затем достала зеркало и поднесла ему под нос. - Полюбуйтесь, разница убедительная!
   Иван не хотел глядеть в зеркало из принципа, однако какая-то сила заставила сделать это, и он едва не задохнулся от возмущения: оттуда взирал на него тип с прозрачными альбиносьими бровями, со зрачками продолговатой горизонтальной формы и с бородкой точь-в-точь как у всесоюзного старосты - действительно козел!
   - Ну как? - спросила мегера...

 

 

Комментарии   

0 # Сайт-литпортал писателя Александра Ольшанскогоlos angeles movers 17.07.2019 15:06
I am sure this post has touched all the internet
visitors, its really really nice paragraph on building up new weblog.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Сайт-литпортал писателя Александра Ольшанскогонавигаторы 02.12.2019 11:08
Благодарю за информацию.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # The inhaler helplessness scarlet nephrolithiasis .imamiboh 28.09.2020 05:56
http://mewkid.net/when-is-xuxlya/ - Amoxicillin No Prescription Amoxicillin No Prescription iyw.imqh.aolsha nski.ru.bak.ck http://mewkid.net/when-is-xuxlya/
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Сайт-литпортал писателя Александра Ольшанскогоdiscuss 26.11.2020 21:01
Wonderful goods from you, man. I've understand your stuff previous to and you're just extremely
magnificent. I really like what you've acquired here, certainly like what you're stating
and the way in which you say it. You make it enjoyable and you still take care of to keep
it smart. I can not wait to read far more from you.
This is really a great website.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Сайт-литпортал писателя Александра Ольшанскогоdiscuss 30.11.2020 21:34
When I originally commented I clicked the "Notify me when new comments are added"
checkbox and now each time a comment is added I get four emails with the same comment.
Is there any way you can remove me from that service?
Many thanks!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Сайт-литпортал писателя Александра Ольшанскогоwebcam 25.12.2020 13:03
Hello! This is kind of off topic but I need some
advice from an established blog. Is it very hard to set up your own blog?
I'm not very techincal but I can figure things out pretty quick.
I'm thinking about creating my own but I'm not
sure where to begin. Do you have any ideas or suggestions?
Thank you
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Сайт-литпортал писателя Александра Ольшанскогоwebcam 28.12.2020 01:13
What's up, I check your new stuff regularly. Your humoristic style is witty, keep up the
good work!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
0 # Сайт-литпортал писателя Александра Ольшанскогоporn video 10.03.2021 18:27
Thanks very interesting blog!
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Кнопка для ссылки на сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского

Сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского

Для ссылки на мой сайт скопируйте приведённый ниже html-код и вставьте его в раздел ссылок своего сайта:

<a href="https://www.aolshanski.ru/" title="Перейти на сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского"> <img src="https://www.aolshanski.ru/olsh_knop2.png" width="180" height="70" border="0" alt="Сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского" /></a>