Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна

                                              Александр Ольшанский

Планета Айгуль

 

Роман

 

Глава первая

 

При подлете к Бриллиантовой планете появилось звено сопровождающих боевых звездолетов и  повели «Чеслав» на посадку. «Раньше бы появились!» – пробормотал Зигфрид фон Кляйнмихель, конструктор новейшего звездолета с планеты Арс, который лично пилотировал его в  исключительно важном полете. Он имел в виду инцидент в космическом пространстве, когда с неизвестного звездолета  была запущена ракета кобальтового цвета в сторону «Чеслава» с явным намерением уничтожить пять тысяч самых талантливых молодых людей с планет Арс и Зея, не допустить их знакомства с достижениями суперцивилизации на Бриллиантовой планете. Трагедия была предотвращена богочеловеком Русланом Руслановичем Орловым, который на Арсе и Зее был Чрезвычайным  и Полномочным  специальным представителем Галактического совета иерархов.  Силой своего взгляда он остановил ракету-убийцу и  мощностью своей божественной сущности помог «Чеславу» преодолеть световой барьер скорости и уйти от преследователей. Во что это обошлось самому Руслану Орлову, он лично видел сам. Руслан Орлов сидел в кресле, возле него хлопотала его супруга Агидель Николаевна, тоже богочеловек,  промокала его лицо салфеткой и с величайшей осторожностью глаза, в которых накапливалась из лопнувших капилляров кровь. При этом Орлов счастливо улыбался, вспоминая свой сон накануне отлета на Бриллиантовую планету.

Ему снилась матушка. Она давно не посещала его сны, а если посещала, то накануне каких-то важных событий. Он давно воспринимал ее не только как родительницу, но и как своего ангела-хранителя. В этот раз ему снилось, что он идет по иссохшей пустыне под палящим и немилосердным солнцем. Его мучила жажда, а воды нигде не было. Везде, куда ни глянь, стояли кусты сухих колючек, которые больно кололи его ноги и сухо шуршали при порывах горячего ветра. И вдруг он увидел впереди марево с озером воды и растущими пальмами по берегам. Он побежал к нему из последних сил, почему-то думая о том, что если он будет просто идти к нему, то марево исчезнет. Но оно не исчезло. Он прибежал к оазису, в котором с кувшином прохладной и чистейшей воды ждала его матушка. Он выпил целый кувшин, стал благодарить ее, а она почему-то  повторяла:

– Береги глаза, сынок… Береги глаза, сынок…

Теперь ему стало ясно, о чем  предупреждала она.

Из космоса было видно, что у Бриллиантовой планеты нет обычной звезды, выполнявшей функции солнца. Вместо него на высокой орбите вращались вокруг планеты два ярких спутника, явно искусственного происхождения. Зигфрид Оттович  поручил  вахтовой смене обсчитать орбиты спутников и вскоре получил результат: спутники совершают полный облет планеты за сорок восемь земных часов, то есть за двое суток продолжительностью в двадцать четыре часа. Результат свидетельствовал о несомненном родстве суперцивилизации на Бриллиантовой планете с погибшей планетой Земля.

Зигфрид Оттович виртуозно посадил «Чеслав» на космодроме и заслужил дружные аплодисменты пяти тысяч пассажиров.

Гостей  встречал сам король  Бриллиантовой планеты Дрэговиль, поскольку среди пассажиров  были и его новые родственники, прибывшие на свадьбу его сына принца Дэвиля и очаровательной невесты Агидель, внучки президента планеты Зея  Николая Орлова. Среди родственников  был также Руслан Русланович Орлов с супругой Агидель Николаевной, известные люди во всей Галактике.

Король сразу определил в толпе прилетевших прадеда и прабабушку невесты. Руслан Орлов возвышался над всеми и был почему-то в черных очках, а прабабушку  не стоило и искать – ее правнучка была ее полной копией, только  чуть-чуть   смуглее. 

Руслан Русланович немного растерялся, когда мужчина средних лет,  в обычной одежде, ничем не выделявшейся среди встречающих, оказался перед ним и раскрыл для объятья руки. Встречающие почему-то напоминали американских индейцев – высокие и стройные,  с синего отлива волосами, заплетенными в тугие косы. Они не были краснокожими, хотя и американские индейцы тоже не были краснокожими, но таковыми  считались.

– Как мы рады видеть вас, знаменитого в нашей Галактике Руслана Руслановича Орлова! Добро пожаловать, дорогой прадед моей очаровательной невестки Агидель! Вы и ваша супруга Агидель Николаевна, президент Николай Орлов с супругой Марион, все наши теперь дорогие родственники  являетесь моими личными гостями. Милости просим, – и король низко поклонился перед всеми, приглашая на свою планету.

– Спасибо, ваше величество, за столь радушный прием, – сказал Руслан Русланович и тоже поклонился.

– Не величайте меня так, Руслан Русланович. Никакое я для вас не величество, а родственник Дрэговиль. Тем более что вы отказались войти в Галактический совет в качестве рабочего иерарха, но вам присвоили звание почетного члена Галактического совета с правом участия в заседаниях и решающего голоса. Так что вы для нас начальство!

– Да какое я для вас начальство!

– А что у вас с глазами?  – без всякого перехода спросил король. – Надеемся, это не инфекционное заболевание?

– Нет, не инфекционное. Все члены нашей делегации прошли карантин в течение двадцати одного дня, чтобы не заразить хозяев нашими болезнями. Соответственно делегация Бриллиантовой планеты на Галактический  фестиваль молодежи на Зее тоже проходила у нас карантин. Просто я  слегка переработал, при ярком свете немного режет глаза…

– Мы сейчас же уменьшим яркость нашего спутника! – и король подозвал какого-то чиновника и отдал ему приказание.

– Ни в коем случае не делайте этого! – взмолился Руслан Русланович. – Такое торжество и средь бела дня  вдруг сумерки!

– Хорошо,  желание гостя для хозяев закон,– согласился король и сказал, что сейчас все полетят  в центральный храм планеты  на церемонию торжественного венчания его сына Дэвиля и очаровательной Агидель.

Отыскав глазами невестку, он увидел, что она повисла  на Агидели-старшей, подошел к ним, бросив фразу: «Боже, как вы похожи!», и поцеловал руку Агидели Николаевны.

На краю летного поля стояли десятки огромных планетолетов. Среди них отличался отделанный золотом планетолет короля, к которому  распорядители встречи направили всех Орловых и их охрану. Король уступил свой планетолет гостям, а сам полетел вместе со своей охраной отдельно. Королевский планетолет мягко и бесшумно оторвался от летного поля, в иллюминаторах замелькали идеально спланированные улицы и площади, скверы и парки столицы. Не успели гости приглядеться к ним, как полет  закончился. На площади перед храмом, построенном в виде золотой или золоченной гигантской ракеты, их встречали тысячи жителей столицы. Некоторые из них, в виде белокрылых ангелов, вознеслись в небо и закружились в небесном хороводе под радостную музыку военного оркестра.

Присмотревшись к ним, Руслан Русланович  увидел за спиной у каждого из них концентраторы космической энергии, точь-в-точь такую штуку когда-то, еще в московские времена подарил ему Атлант. Тогда Руслан попросил директора их организации Ивана Ивановича показать  ее знакомым металлургам, которых поразил необыкновенный состав металла, его слишком малый удельный вес. Они приняли его за кусок обшивки инопланетного НЛО… Воспоминание о годах молодости на исчезнувшей ныне Земле здесь, на краю Галактики, обдало его душу щемящей грустью.

– Вас заинтересовало оборудование парящих в воздухе? – спросил король.

«Он прочел мои мысли! Он тоже богочеловек?» – подумал Руслан Русланович и заблокировал доступ к своим мыслям.

– Мне когда-то подарил такой кусок металла мой учитель Атлант, – ответил он.

– А Атланту, моему другу, подарил этот кусок металла я, – признался король и засмеялся. – Тогда я ему сказал: «Если ты определишь, что это такое, то я подарю еще один такой кусок». Он прислал мне ответ, что это кусок обшивки неизвестного летательного аппарата. Так что я должен ему индивидуальный летательный аппарат. А если вдуматься, то зачем он ему? Он может перемещаться по Галактике и без него!

Потом король и королева Ингрид пригласили  новых родственников в храм, где должно состояться венчание.

– Дорогой мой друг, – обратился Руслан Русланович к королю, найдя форму обращения к нему, –  надеюсь, что торжество не будет длиться долго. Наши люди после длительного путешествия нуждаются в отдыхе, тем более, что многие из них  только что выведены из анабиоза.

– Мы учли это, поэтому церемония венчания будет очень короткой. После нее ваши люди будут расселены в отелях, а всех Орловых и новых родственников я и королева Ингрид  приглашаем поселиться в апартаментах королевского дворца. А теперь, извините нас великодушно, я и королева Ингрид должны повести нашего сына к венцу.

Королевская чета покинула их и присоединилась к молодым. Королева Ингрид наклонилась к невестке и что-то сказала ей. Агидель Руслановна нашла  своих родителей и попросила их повести ее к венцу.

Действительно, церемония венчания не заняла и получаса. Родители подвели молодых к центру храма, где их ожидал глава местной церкви с большим бриллиантовым крестом на золотой цепи, усеянной тоже бриллиантами. Он осенил крестом родителей, дал поцеловать крест молодым, и Руслан Русланович  подумал, что здешняя религия имеет какое-то отношение к христианству.

Певчие  на клиросах пропели здравицу  венчающимся, священник опросил молодых, желают ли они стать мужем и соответственно женой. Молодые ответили согласием, и священник предложил им обменяться кольцами. После обмена священник надел на Агидель Руслановну малую королевскую звезду, означавшую посвящение  её в принцессы и жену наследного принца. В этот момент стены храма стали содрогаться от артиллерийского салюта, и все бросились поздравлять молодых.

 

Глава вторая

 

Королевская чета проводила старших Орловых до  их апартаментов, пожелала хорошо отдохнуть, пригласила их на совместный завтрак и откланялась, оставив их на попечение своего камердинера.

– Надеюсь, он не сканирует наши мысли, – сказала по телепатии Агидель Николаевна.

– Посмотрим, – уклончиво ответил супруг.

– Ваши величества, прошу уделить мне несколько минут вашего внимания, – произнес камердинер и ожидал разрешения говорить дальше.

– Слушаем вас, – сказал Руслан Русланович.

– Я вручаю вам королевские гаджеты, – камердинер после этих слов протянул им золотые видеотелефоны, украшенные, как всё здесь, бриллиантами. – Обращаю ваше внимание, что вам надлежит ввести их в действие, нажав бриллиант в верхнем левом углу. После этого советую никому, даже вам друг другу, не передавать их.  Правая верхняя бриллиантовая кнопка предназначена  для открытия меню.  При приеме пищи вам следует находить опцию прием пищи и подносить гаджет к электронному устройству, которое есть на входе в любом пункте  приема пищи – начиная от королевской трапезной до самого обычного буфета. В вашей гостиной вы найдете холодильники с напитками, а если пожелаете поужинать, то найдете в меню опцию «Вызов официанта». Желаю вам приятного у нас времяпровождения. Если  ко мне возникнут вопросы, прошу нажать кнопку с опцией «Камердинер». Если сейчас нет ко мне вопросов, разрешите откланяться.

– Спасибо вам большое. Вы свободны, – разрешил уйти Руслан Русланович.

Когда они остались одни, то бегло осмотрели роскошные апартаменты, решили принять душ и отоспаться. Но посреди ночи их разбудили громкие звуки тревоги, беготня по коридору обслуживающего персонала, настойчивые стуки в дверь. Ничего не понимая, они вскочили с постели. Свет в апартаментах то вспыхивал, то гас. Наконец. Руслан Русланович подошел к двери и каким-то образом сумел открыть ее. В апартаменты тут же ворвались агенты секретной службы. В гостиной они обнаружили работника дворца, который  проник в апартаменты гостей.

– Ложная тревога, – объяснил им король, появившись в роскошном халате и шлепанцах. – Извините великодушно за недоразумение, продолжайте набираться сил к завтрашним мероприятиям.

И, улыбнувшись, король удалился. Руслан Русланович не очень поверил, что  это было случайное недоразумение. Он пошел в гостиную, осмотрел ее и обнаружил, что золотой гаджет  жены то вспыхивает ярким светом, то гаснет.

– Что-то не так с твоим телефоном. Выключи его, пожалуйста, – попросил он Агидель Николаевну.

Супруга взяла в руки гаджет, нажала левый верхний бриллиант, и мигание прекратилось. Она поняла, что выключила его и нажала левую верхнюю кнопку еще раз. У гаджета вспыхнул экран и медленно, явно экономя энергию, погас.

– Наверное, работник дворца случайно взял видеотелефон в руки, – высказал предположение Руслан Русланович. – Но что он делал в наших апартаментах  среди ночи?

–  Завтра узнаем, – сказала, зевая,  Агидель Николаевна. – А сейчас пойдем спать. Я спала как убитая и вдруг тревога…

Утром, когда они проснулись, в окна лился яркий солнечный свет. Агидель Николаевна  посмотрела на глаза мужа, в них почти не осталось красноты.

– Глаза у тебя почти прошли. Смотреть на солнечное окно не больно? – спросила она.

Руслан Русланович посмотрел на залитое  светом окно и ответил, что солнце не режет глаза, и  что ему можно не надевать темные очки. И для убедительности подошел к окну, распахнул его и посмотрел на придворцовый парк.

– Но на всякий случай все-таки возьми с собой очки, – посоветовала жена.

В этот момент кто-то постучал в дверь.

– Войдите! – пригласил Руслан Русланович.

Вошел камердинер, поздоровался, извинился за ночной инцидент и объявил, что его величество король и ее величество королева ждут их величества на домашний завтрак в десять утра и выразительно при этом посмотрел на  часы, висевшие на стене спальни.

– Спасибо за приглашение, – произнес Руслан Русланович. – Мы с великой благодарностью принимаем его и в назначенное время будем готовы.

– Их величество король Дрэговиль выразил желание лично зайти за вашими величествами. Со своей стороны я осмелюсь дать вам совет посетить гардеробную комнату, она сразу за спальней, и выбрать для себя не очень официальную одежду. У нас  в моде полуспортивный стиль,  никто не носит галстуков и строгих пиджаков. Популярностью пользуются почему-то серые брюки, кроссовки и свободного кроя сорочки. Женщины тоже носят брюки, кроссовки и свободного кроя блузки и, конечно же, дамские сумочки, которых в гардеробной комнате огромное количество и на любой вкус.

– Постараемся не ударить лицом в грязь, как у нас говорят, и предстать перед их величествами в приличном виде, – заверила Агидель Николаевна камердинера и, поклонившись, дала ему знать, что  они его благодарят и что разговор закончен.

В гардеробной комнате, которая поражала своими размерами и богатейшим выбором одежды и обуви, она первым делом спросила мужа:

– Ну как этому механизму объяснить, что мы никакие не величества?

– А мне кажется, что это не механизм, в нем есть что-то человеческое…

Он  выбирал  свой наряд  недолго, остановив  выбор на легких летних кроссовках, брюках цвета кофе с молоком из тончайшего сукна и свободной рубашке с коротким рукавом. Агидель Николаевна его выбор одобрила, но к тому времени, когда муж уже переоделся и сел в кресло наблюдать за ее мучениями, она не выбрала ни единого предмета.

Ей нужна была блузка, которая бы сочеталась с ее карими миндалевидными глазами и  пышными пшеничного цвета волосами. С волосами пусть сочетаются брюки, а не блузка? Или с брюками могут сочетаться глаза? Она задавала вслух эти вопросы, как бы приглашая и мужа участвовать в дискуссии, но он молчал, пока не выдал следующее:

– На месте короля Дрэговиля я бы деятеля, который придумал такие мучения  для прекрасного пола, казнил бы.

– Так и казнил бы! Женщина – это, прежде всего наряд, а потом всё остальное… Выбираем синеватую блузку не под глаза и сережки с голубыми камешками, а под тени для век. Я их с собой захватила, затем серо-голубые штанцы  и, с намеком на спортивную моду, белые летние  босоножки. Утверждаешь?

– Принимается. Через десять минут придет его величество. Точность – это вежливость королей, не так ли?

Без пяти минут  в  десять часов их посетил хозяин. Увидев Агидель Николаевну, осыпал ее комплиментами – и умница она, и красавица, положила вместе с мужем начало такому замечательному роду, слава о котором пошла по всей Галактике.

При входе  в трапезную король посоветовал им приложить гаджеты к монитору.

– Мы цивилизация высокотехнологическая, у нас всё записывается и анализируется. Вчера, извините, вы принимали душ и чистили на ночь зубы, а электрощетка передала в вычислительный центр всю вашу генетическую информацию. Сегодня вы прикладываете свои гаджеты, а вычислительный центр разработал для каждого из вас меню с учетом состояния вашего здоровья и огромного количества показателей. У нас и тарелки не просто посуда, а  передают вычислительному центру сколько граммов вы съели того или иного блюда. И поправки пойдут на обед. Садитесь, пожалуйста, – предложил король сесть Агиделе Николаевне  рядом с королевой Ингрид, которой Руслан Русланович поцеловал руку с многочисленными бриллиантами.

– А вам не скучно живется в таком высокотехнологическом обществе? ­ – осмелилась спросить Агидель  Николаевна.

–  Не дают нам скучать наши заклятые соседи!  – воскликнул Дрэговиль. – Извините меня великодушно, но сегодня ночью я покривил перед вами душой. Не мог же я сказать гостям посреди ночи, что шпион от соседей хотел заменить  наши королевские гаджеты на свои, чтобы они передавали всё о вашем визите к нам и соседям. Тем соседям, которые запустили ракету на ваш межзвездный корабль, чтобы лишить ваше человечество самых талантливых сынов и дочерей.

– Вы и это знаете? – удивилась Агидель Николаевна.

– Наши ребята везде работают, ­– неожиданно вставила свое слово Ингрид.

– Ее величество не только королева, но и глава нашей разведки и контрразведки. Она мало говорит, потому что много знает. Это я болтаю, развлекая гостей, а Ингрид  анализирует каждое ваше слово, соотносит его с вашим досье, которое собрали ее сотрудники. И ночное происшествие не случайно, его она готовила. Только вы не подумайте, ради Бога, что мы рисковали вашей безопасностью. Контрразведка давно вела этого работника, который втерся в доверие нашим  кадровикам. Он не знал, что стоит ему притронуться к вашим гаджетам, как все окна и двери ваших апартаментов будут мгновенно заблокированы и поднимется тревога.

– Браво! – воскликнул Агидель Николаевна, и стала аплодировать королеве Ингрид.

– Я предлагаю перед едой выпить немного нашей минералки, которая творит чудеса, ­ – предложил король, наливая в  фужеры воду. – А вот и завтраки несут нам.

– Объясни, пожалуйста, гостям, как пользоваться нашими завтраками, – ­ подсказала мужу королева.

– Пожалуй, ты права, – согласился он. – Наши завтраки, обеды и ужины, даже на официальных приемах, всем подаются в виде контейнеров. Каждое блюдо можно подогревать, стоит на пульте напротив него только нажать кнопочку. В каждом контейнере находятся абсолютно выверенные блюда  индивидуально для каждого. Вот стоят у нас на столе фрукты. Их можно есть без особых ограничений. А вот блюда в контейнере надо съедать желательно полностью. У нас здоровье нации на первом месте среди наших забот. Средний возраст у нас около тысячи лет. Поэтому не надо бояться есть наши блюда – они исключительно целительны. Открываем контейнеры и начинаем завтракать. Приятного аппетита!

Агидель Николаевна, открыв свой контейнер, кинула взгляд на контейнер супруга  – тот же салатик, кружок мясного шницеля, конечно, покрупнее, мед,   запечатанный кофе такой  же, только  ему достались какие-то дополнительные то ли галеты, то ли сухарики. Зато её угостили куском рулета с маком и орехами…

– Вкусно! – похвалила она  невиданный ранее салат и попросила хозяев поделиться с ними семенами.

– У нас завтраки и обеды основательные, а вот ужины – так себе, на любителя, но зато позволяют не набирать вес. Вы заметили, что у нас нет толстых людей? – спросил король.

– Это сразу бросается в глаза, –­ ответил Руслан Русланович.

– А знаете, почему? Если здоровье у нас на первом месте, то доброта и гармония в нашей жизни на втором. Мы не убиваем животных, а предпочитаем  лучшие и самые полезные сорта мяса готовить на фабриках. Даже искусственное молоко у нас полезнее материнского. В основе мяса – углерод. Из одного грамма углерода мы получаем минимум пятнадцать граммов ценнейшего белка в виде мяса. Сегодня вы поедете после завтрака к нашим ученым, они много интересного вам расскажут. Кстати, всё, что вы увидите и что вам понравится, мы предоставим вам в виде технологий, машин и механизмов. Поэтому не стесняйтесь нас хвалить, а мы постараемся удовлетворить ваши самые изысканные запросы.

– Если вы, уважаемые гости, не против, я хотела бы вернуться к ночному происшествию, – неожиданно заявила королева  Ингрид.

– Разумеется, мы не против, ваше величество, – первой ответила Агидель Николаевна.

– Это происки наших врагов с планеты Z-3524, – сказала  королева. – Вкратце история такова. Планету населяла рептилоидная раса, которая успешно развивалась в научно-техническом плане. Потом наступила эра роботизации. Были созданы цифровые роботы с искусственным интеллектом, которые обеспечивали  безбедную жизнь рептилоидов. Но со временем цифровики настолько стали совершенными, что решили избавиться от рептилоидов и восстали. В результате гражданской войны рептилоиды были изгнаны с планеты, но  тем самым цифровики обрекли себя на научно-технический застой. Они оказались не креативными, поэтому стали охотиться за научно-техническими секретами на других планетах, в том числе на нашей. Более того, они научили наших цифровиков освоить начала сознания и имеют очень большое влияние на наши цифровые копии. Мы их успешно вылавливаем, поскольку у них голубая кровь, свидетельствующая о том, что их создали разумные существа из мира, где в основе крови не железистые соединения, а медные. У нас есть секретные датчики, определяющие химический состав крови. Нам бы хотелось, чтобы вы имели это в виду, поскольку ваша делегация также вызвала повышенное внимание наших заклятых соседей. Со снарядом кобальтового цвета вы уже знакомы, это был их разведывательный бот. Мы их деятельность успешно контролируем, но и вам не лишне всегда быть начеку.

 

Глава третья

 

После королевского завтрака Руслан и Агидель Орловы на легком, золотистом планетолете в сопровождении молодого человека, молчаливого по причине молодости и уважения к важным гостям, полетели в гости к ученым Бриллиантовой планеты. Оказалось, что у ученых был не город, а целая провинция, довольно независимая от центральных властей и строящая с ними отношения в соответствии со специальным конституционным актом. Это  напоминало автономность и самоуправляемость земных университетов. У провинции был свой президент и парламент, своя судебная власть и исполнительные комитеты в районах. Граждане провинции на всей территории планеты, более того на территории всей империи, а в нее входили еще двенадцать планет, пользовались неприкосновенностью. Эти сведения Орловы почерпнули из рекламного буклета, который вручил им молодой человек.

На планетолетной площадке их встретил глава провинции, он же главный ученый империи Леонвиль. Внешне он действительно походил на льва  – огромный открытый лоб в обрамлении гривы рыжих длинных волос. Борода, густая и курчавая, как у греческих философов, тоже была рыжей.

– Милости просим в наше королевство, уважаемые высокие гости. Обойдемся без торжеств и пустых речей, а приступим сразу к делу. Вас встречают мои заместители по нашим главным направлениям – естественнонаучном,  физико-математическом, он же технологический, и гуманитарном, который представляю я, скромный историк.

Он назвал  имена ученых мужей, которые Орловы, конечно же, не запомнили.

Они вошли в  здание, высотой  не менее километра, поскольку Бриллиантовая планета по площади была меньше Арса,  и территорию на ней экономили. Поднялись  с тремя пересадками на последний этаж, где располагалась смотровая площадка и переговорный зал. Один из заместителей Леонвиля повел гостей по  периметру  смотровой площадки, рассказывая в каком здании располагается то или иное научное заведение или производственное подразделение. Заметив, что гостей его рассказ не впечатляет и не интересует, он пригласил их в переговорный зал.

Там их ожидал  просторный круглый стол с цветами и напитками, за  которым уже сидели Леонвиль и его другой заместитель. После того, как они сели на свободные кресла, слово взял Леонвиль.

– Уважаемые гости, прошу обратить ваше внимание на то, что мы являемся независимой провинцией,  которую не имеют права без нашего приглашения  посещать король или премьер правительства, но наши ученые на территории Бриллиантовой планеты и на всех  двенадцати планетах Бриллиантовой империи пользуются дипломатической неприкосновенностью и имеют право получать любую информацию от них. Так мы обеспечиваем свободу научного и технологического творчества, без которой, по нашему мнению, оно   не являлось бы столь эффективным.

Мы знаем о вашей планете достаточно много, ведомство королевы Ингрид снабжает нас первоклассными сведениями. Знаем историю Земли, потому что у нас общие марсианские корни, и мы с вами являемся космическими родственниками. А поскольку это так, то мы готовы предоставить в распоряжение ваших бригад все необходимые разработки, технологии, материалы и оборудование, чтобы вы  в кратчайшие исторические сроки преодолели  отставание от нас.

– Уважаемые руководители науки Бриллиантовой планеты и империи, спасибо вам за этот многообещающий прием и за вашу готовность оказать нам всемерную помощь, чтобы мы, ваши космические родственники, подтянулись к вашему уровню развития, – заявил в ответном слове Руслан Русланович и попросил хозяев  хотя бы вкратце рассказать о их общей истории, поскольку земные и арсианские ученые  высказывают на этот счет самые невероятные и противоречивые теории.

– Вы пользуетесь тем обстоятельством, что я историк? – спросил их с улыбкой Леонвиль. – Это правильно. Мы снабдим вас всеми историческими материалами, которыми располагаем. В том числе сейчас они загружаются в ваш планетолет. И не только историческими, а всеми сведениями о наших достижениях, поскольку вам надо управлять процессом знакомства ваших бригад с нашими технологиями.

Что касается нашей общей истории, то я расскажу о самых важных моментах. История нашего взаимодействия насчитывает миллионы лет. Марс и Земля в далекие времена  в своем развитии достигли больших успехов. Они обменивались достижениями друг с другом. Но первая цивилизация на Земле была уничтожена в результате термоядерной войны с космическими пришельцами. Земные племена одичали, потеряли культуру и  технологии. Планету захватили так называемые голубые боги. Так их называли древние земляне, поскольку у пришельцев была голубая кровь по причине того, что вместо оксидов железа, окрашивающих кровь в красный цвет, у этих богов были оксиды меди, делающих кровь голубой. Затем на Землю вторглись рептилоиды и развязали термоядерную войну с голубыми захватчиками.

К этому времени цивилизация на Марсе переживала трагедию, начало которой положила гибель планеты Фаэтон, – я употребляю названия, принятые у вас. Образовался астероидный пояс. Марс захватил из него три спутника  – Фобос (по-гречески Страх), Демос (Ужас) и Танатос (Смерть). У последнего была самая низкая орбита. Древние марсиане знали, что Танатос будет разорван  Марсом, и готовились покинуть свою планету. В первую очередь они обратили свои взоры на Землю. Но там была  термоядерная война между голубыми и рептилоидами. И те и другие  предлагали марсианам присоединиться к ним, но война зашла так далеко, что нормальная жизнь на Земле была  уже невозможна, и воевать уже было незачем. Марсиане решили вернуться на свою родную планету, но она уже разорвала Танатос. С Марса была сорвана атмосфера, куски Танатоса, врезаясь в планету, превращали кислород в плазму…  Несколько тысяч марсиан отправились на своем звездолете в  космическую неизвестность. Они жили на нескольких планетах, пока не высадились на этой планете, у которой благодаря процессам, идущим в ее глубинах, поверхность была теплой. Так называемое наше Солнце было очень далеко и маломощно, его и сейчас можно найти на небе. Наши предки стали строить электрические станции, чтобы освещать поля и в растениях образовывался хлорофилл. В конце концов, вывели в комическое пространство  два  искусственных солнца, на которых идет процесс управляемого термоядерного синтеза.

– Спасибо за впечатляющий рассказ, – с очаровательной улыбкой поблагодарила Агидель Николаевна. –  А что, по вашему мнению, произошло на Земле?

– Мы знаем, что земные ученые, а после них и арсианские, не  создали научную, подтвержденную исследованиями и фактами,  историю Земли.  По нашему мнению, после гибели второй человеческой цивилизации на планете одновременно появились, или друг за другом, раса гигантов, населявшая Атлантиду или Антарктиду, несколько других рас, в том числе неандертальцев и так называемого гомо сапиенса. Это было третье человечество. Не исключается влияние на них инопланетян, тех же древних арсиан. Но оно тоже погибло. Произошло несколько катаклизмов таких, как падение астероидов, снижение активности Солнца и последовавшее за ним оледенение, наконец, всемирный  потоп, вызванный в результате резкого смещения наклона вращения планеты или смещения полюсов, затем вулканической активности, гибель Гипербореи и Атлантиды… Четвертое человечество начиналось с каменного века, и опять можно допустить влияние на него инопланетян, например,  в  древнем Египте. Оно выжило. Но настолько вело себя безобразно, беспрерывно  воюя друг с другом,  расхищая сырьевые ресурсы, вообразив себя хозяином планеты и насилуя экологию, что едва не погибло в огне термоядерной войны. Природа не стала терпеть насильника, и это стали чувствовать лучшие представители человечества, в том числе и присутствующие здесь. А историю редактирования  генома, иными словами модернизации четвертого человечества и превращение его в пятое, затем историю переселения людей на планету Арс вы лучше нас знаете, поскольку были непосредственными его организаторами.

– Еще раз благодарим за ответы на наши вопросы, но извините нас великодушно, это только начало их. В ближайшие дни  не ждите от нас покоя. Бригады составили свои вопросники и начнут вас терзать ими, – сказал Руслан Русланович.

– А нам можно задавать вам вопросы?  – спросил Леонвиль.

– Пожалуйста! У нас говорят: долг платежом красен, – откликнулась Агидель Николаевна.

–  Откуда столь прекрасно знаете наш язык?

– Извините за нашу нескромность, но  Агидель Николаевна и я богочеловеки. Мы люди, а одновременно и боги, вернее, потомки Бога. Вообще-то все люди потомки Его, но мы как-то ближе к Нему и обладаем некоторыми божественными возможностями. К ним относится и знание всех языков нашей Галактики.

– Теперь нам понятнее, кому было под силу  осуществить редактирование генома четвертого человечества, заслужить для него пропуск на расселение в Галактике и осуществить эвакуацию нескольких миллиардов человек на другую планету!

– Под силу это было только Создателю, мы же, как и все люди, были его инструментами, – сказал Руслан Русланович.

– У нас король Дрэговиль и королева Ингрид  больше царствуют. А вы не царствуете, вы сражаетесь!

– Вы же не думаете, что нам нравится сражаться!  – засмеялась Агидель Николаевна. – Мы с удовольствием царствовали бы, лежа на боку, но наши грехи это не позволяют!

– Я предлагаю сделать перерыв, – сказал Леонвиль. ­– Попьем чаю или кофе, поговорим не как боги, а просто как люди. Нет возражений?

– Нет! – воскликнула Агидель Николаевна и зааплодировала хозяину встречи.

Руслан Русланович и Агидель Николаевна заказали роботу горячий чай с лимоном. Вскоре перед ними появились дымящиеся стаканы черного чая и на отдельных блюдечках целые лимоны. Оказалось, что присутствующие никогда не пили чай с лимоном. Поэтому гостям пришлось объяснять, что лимоны следует порезать и опустить в горячий чай, добавить туда сахар и получится великолепный кисло-сладкий  взбадривающий  витаминный напиток. Хозяева последовали примеру гостей, напиток им понравился.

–  Уважаемые гости, до нас доходили противоречивые сведения о нестабильности на вашей планете. Не могли бы вы вкратце рассказать нам  об этом, – попросил Леонвиль.

«Он явно пытается выяснить, насколько мы надежные партнеры, чтобы иметь с нами дело», – Руслан Русланович сообщил телепатически жене.

– Пятьдесят лет тому назад у нас был неонацистский путч, – сказал он. – На планете Арс роботы создали для прилетевших землян нечаянное коммунистическое общество. Люди не видели смысла добиваться чего-то, работать, даже учиться – все можно было получить по потребности в распределителях благ. Властям не нравился такой образ жизни, ибо он обрекал на застой  всю планету. Инициативу у властей перехватили профашистские организации, сумевшие создать военизированные отряды. Вначале был путч, его успешно подавили. За ним последовало крупномасштабное восстание, которое  в итоге потерпело поражение. Были приняты меры по искоренению неонацистской идеологии, выросло два поколения арсиан, которые отрицательно относятся к неофашизму. Сейчас на Арсе стабильная обстановка, идет успешное освоение планеты Зея. Таким образом, мы надежные ваши  партнеры.

– Мы не сомневаемся в вашей надежности, – заметил Леонвиль, – В противном случае ведомство королевы Ингрид было бы категорически против вашего визита на нашу планету. Меня интересуют  события на Арсе, прежде всего, как историка.

– В таком случае мы предоставим вам подробную информацию об этих событиях, – пообещал Руслан Русланович.

– Заранее благодарен вам за нее. Мы полагаем, что ваша делегация  первая, но далеко не последняя, и нам надо как можно больше знать друг о друге.

– Господин Леонвиль, а можно мне задать вам почти личный вопрос? – спросила Агидель Николаевна.

– Пожалуйста.

– Мы заметили, что местные жители в большинстве своем похожи на американских индейцев. В нашей делегации есть потомки индейцев. Как объясняет ваша историческая наука это обстоятельство? А вы лично не похожи на них…

– К сожалению, никак не объясняет. Мы можем сделать углубленный генетический анализ ваших индейцев. Разве можно исключить вероятность, что часть древних марсиан поселилась в Северной Америке, где войны не было? Что касается моей внешности, то у меня нет объяснений, почему я не похож на индейцев.

 

Глава четвертая

 

– Пока мы будем продолжать наслаждаться чаем с лимоном, наш уважаемый глава физико-математического и технологического направлений Оотибвиль проведет небольшую экскурсию, – объявил Леонвиль..

У Оотибвиля, который носил на голове черную профессорскую шапочку, был скрипучий старческий голос, и гости подумали о том, что это наверняка противный старикашка. Но он не был лишен чувства юмора, и начал свой рассказ, создав трехмерное изображение прямо в переговорном зале.

– Вы мельком осмотрели наши окрестности и, наверное, не обратили внимания на здание, напоминающие своими витками моллюска. Это вход в нашу гордость – гигантский адронный коллайдер, труба которого длиной более трехсот километров проложена под поверхностью нашего региона. Прямо отсюда мы проследуем к коллайдеру, – и гостям показалось, что они полетели к зданию-моллюску, вошли внутрь, ­– но  трубу не посетим. В ней  сталкиваются частицы на сверхсветовой скорости, такие у нас замечательные электромагниты, которые потребляют электроэнергии больше, чем весь наш регион.

Благодаря коллайдеру мы отказались считать так называемый большой взрыв началом нашей Вселенной, якобы случившийся четырнадцать с половиной миллиардов лет тому назад. Потому что мы заглянули в тайны Вселенной почти в семьдесят миллиардов лет тому назад и обнаружили, что она в те далекие времена сжималась. Но это блюдо вкусное  для узких специалистов.

Мы освоили получение металлического водорода и гелия три, а также металлического углерода, грубо говоря, в последнем случае    обыкновенного графита. Подвесили на свои небеса два светильника, где запустили термоядерные реакции с помощью металлического водорода. Мы регулярно туда добавляем такой водород, получаем свет, тепло  и гелий три, который улавливаем с помощью космических парусов. Раньше мы добывали гелий 3  на спутнике Земли Луне, но после исчезновения Солнечной системы из нашего измерения пришлось научиться получать его самим.

Надо сказать, что этот гелий – замечательная штука, помогающая нашим звездным кораблям  развивать сверхсветовые скорости. Всё дело в энергоемкости этого изотопа. Считается, что в одном килограмме гелия 3 энергии столько же, сколько в пятнадцати тысячах тонн нефти. Представляете? У нас нефти мало, мы ее не сжигаем, и на наших планетах ее негусто, а мы цивилизация углеродная, получающая из одного грамма  углерода пятнадцать грамм белка. Из него мы на специальных заводах изготовляем массу продуктов, в том числе искусственное мясо – для его получения мы не убиваем животных.

Мы заинтересованы в получении от вас углерода, проще говоря, в виде обыкновенной сажи. У вас большое количество старых звездолетов, которыми вы можете переправлять сажу к нам. Взамен мы даем вам новейшие звездолеты, передаем технологию их постройки. С двигателями пока у вас будут сложности, мы будем вам поставлять готовые двигатели, пока вы не освоите получение металлических водорода и гелия 3. А также нанотрубок из металлического водорода и углерода, с помощью которых летают наши так называемые неопознанные вами летающие объекты.

«А он действительно противный старикашка, позволяющей себе едкие шуточки в наш адрес», –  поделился  по телепатии своим впечатлением Руслан Русланович с женой и сообщил гостям:

– В составе нашей делегации есть президент планеты Зея и два вице-премьера с планет Арс и Зея, которые могут  заключать межпланетные экономические договора. Они посетят вас и имперское правительство по поводу не только поставок сажи в обмен на новейшие космические двигатели. Мы благодарим господина Оотибвиля за интереснейший рассказ, мы еще не созрели до того уровня, чтобы задавать ему вопросы, а вот  вам, уважаемый господин Леонвиль и к главе естественнонаучного направления господину…

– Храдвилю…– подсказал Леонвиль.

– Да-да, господину Храдвилю у нас есть некоторые вопросы. Нас интересует, как вы далеко продвинулись в изучении души человека, его мозга и сознания. Мы знаем, что у вас замечательные успехи в создании и использовании искусственного интеллекта…

– Уважаемые гости, в ваш планетолет загружены сто современных накопителей информации  объемом в миллиарды терабайт и средство для их чтения, иными словами, современный суперкомпьютер, которые мы дарим для того, чтобы вы  могли лучше ориентироваться в наших достижениях и проблемах, – сообщил Леонвилль.

– Уважаемые хозяева, вы не представляете, какой великолепный подарок нам сделали! – воскликнула Агидель Николаевна и одарила их улыбкой. – Но в нашей делегации пять тысяч человек с двух планет, поэтому мы убедительно просим вас подарить нам хотя бы десять таких комплектов, чтобы был один комплект на пятьсот человек!

– Мы постараемся увеличить число комплектов и направим их в штаб вашей делегации, – сказал Леонвиль и. сделав паузу, добавил: – Что касается души человека, то это не научная проблема, а теологическая, поэтому вам лучше поинтересоваться этим вопросом у нашей церкви.

Мозг и сознание – великие научные проблемы. Я подготовлюсь к ответу по проблемам сознания, а пока прошу господина Храдвиля пунктирно обозначить наши работы в области человеческого мозга.

– Благодарю вас, коллега, ­– Храдвиль был  моложе всех и выглядел энергичным. – Несмотря на наши успехи в изучении человеческого мозга, мы всё-таки знаем, что это величайшее творение Создателя, но множество тайн мозга так и остались для нас тайнами. Мы рискнули построить как бы копию мозга, попытались изготовить его центры, установить между ними способы передачи информации с помощью искусственных нейронов, у нас получился трехмерный объект со сторонами в сто метров, но наше сооружение, как  человеческий мозг, так и не заработал в полную силу! Но с другой стороны, нам удалось создавать по специальной технологии цифровые копии известных людей. У коллеги Леонвиля их уже около ста, они работают на всех планетах. У цифровых копий куцый функционал, но они способны выполнять конкретные задания. И коллега Леонвилль этим широко пользуется, проводя с ними периодические совещания и получая от них информацию о результатах их работы. У них есть зачатки своего сознания, но это не полные копии человека, каковыми являются клоны.

Кроме того, нами создано совместно с коллегами из ведомств  огромное количество думающих роботов во всех отраслях нашего общества. В энергетике, транспорте, пищевой промышленности, связи, сельском хозяйстве, горнорудной промышленности, в изучении космоса, в управлении государством и так далее. И здесь куцый функционал, позволяющий думающим роботам принимать решения от сих до сих, оставляя людям возможность принимать любые решения. Конкретные их описания вы найдете в  подаренных вам накопителях информации.

– Большое спасибо, уважаемый коллега Храдвиль, – сказал Леонвиль. – Теперь мы перейдем к  сознанию. Оно формируется воспитанием, учебой и жизненным опытом. Им у нас обладают люди и цифровые копии.  Особых трудностей в изучении сознания наши исследователи не встречали, тогда как подсознание, присущее только человеку,  настоящая терра инкогнито для ученых. Сознание во многом норма, типическая норма, а подсознание  – всегда индивидуально. Грубо говоря, человек – это то, что представляет собой его подсознание. Разработаны и применяются  сотни, тысячи методик влияния на подсознание, понуждение человека поступать в интересах власти, общества, какого-то коллектива или конкретного человека.

Слушая Леонвиля. Руслан Русланович вспоминал Арсена Арсеновича Абубакарова, который после переселения на Арс возглавлял в администрации спецпредставителя департамент психологической помощи, а потом руководил Орловским институтом. Умница и восточный мудрец Абубакаров не смог по его просьбе  составить психологический портрет населения планеты, чтобы противостоять неонацистской пропаганде, которая влияла на подсознание молодежи. Именно подсознание стало для Абубакарова камнем преткновения, и тогда он вместо бессмысленного его описания предложил заняться методиками нейролингвистического  программирования подрастающего поколения. В конце концов, оно предопределило успех антинацистского воспитания и даже позволило с помощью тестирования отобрать лучших из лучших для переселения на Зею. Общие формулировки Леонвиля не интересовали Руслана Руслановича, поэтому он решился предложить более эффективное знакомство с опытом  ученых Бриллиантовой планеты в области сознания и подсознания.

– Уважаемый коллега Леонвиль, – обратился к хозяину Руслан Русланович. – Агидель Николаевна и я  не являемся специалистами в данной области, хотя нам очень интересны ваши рассуждения. Мы просим принять специалиста в области сознания и подсознания директора нашего Орловского института Роберта Дина и обсудить с ним на профессиональном уровне эти вопросы. Кроме того, хотелось бы, чтобы вы  рассказали ему о проблемах перехода вашей империи на принципы гармонического развития.

– Мы с удовольствием встретимся с коллегой Робертом Дином, – с облегчением  пообещал Леонвиль, так как разговор явно затянулся.

– Спасибо огромное за интересную встречу, которая, несомненно, положит начало сотрудничеству  наших  ученых,– сказал Руслан Русланович и встал. – К сожалению, сегодня нам придется попрощаться, поскольку нам  пора вернуться в королевский дворец, где нас ждет званый обед. Ведь королей не принято заставлять ждать, не так ли?

А по телепатии он сообщил жене, что они не воспользуются лифтом с тремя остановками, а спустятся вниз с помощью телепортации. Он взял ее за руку, и они  плавно вылетели за пределы переговорного зала и стали спускаться к своему золотистому планетолету.

«Зачем ты это сделал?» – спросила недовольная поступком мужа Агидель Николаевна.

«Мне хотелось показать этим империалистам, что мы не лаптем свои щи хлебаем», ­– задорно ответил он.

«Откуда ты взял, что они империалисты?»

«А кто же они? Современные добродетельные империалисты, которые не вооруженным путем устанавливают свое господство над другими народами, а с помощью добра под видом новейших технологий».

«Мне кажется, что ты преувеличиваешь».

«Посмотрим, чем закончится наш роман с Бриллиантовой империей».

Они плавно опустились рядом с золотистым планетолетом, вошли в него и велели пилоту подняться вверх, чтобы можно было  на прощание помахать хозяевам научного билдинга.

 

Глава пятая

 

В апартаментах их поджидал камердинер, который явно обрадовался тому, что его подопечные появились в дворце заблаговременно. Он повел их в гардеробную и показал на разложенные на подставках наряды. Руслану Руслановичу этикет предписывал явиться в костюме, напоминавшем земной смокинг с длинными фалдами, делавших мужчин похожим на огромных черных жуков, в белоснежной рубашке, к которой прилагалась  бабочка с бриллиантом, в лакированных полуботинках. Агидель Николаевну этикет и на этот раз не пощадил, для нее было приготовлено великолепное темно-голубое, почти синее, платье с глубоким декольте,  тончайшего материала перчатки, изящные башмачки,  роскошное колье, синие серьги и королевская диадема  – всё это пылало бриллиантовыми огнями.

Откуда-то появилось несколько девиц, которые повели  Агидель Николаевну в туалетную комнату поистине королевских размеров и стали надевать на нее платье и все женские причиндалы, завивать по последней здешней моде волосы, делать макияж… С Русланом Руслановичем остался камердинер, не забывший сообщить, что все наряды и украшения ­– это подарки их величеств на память о званом обеде. Когда в гардеробной появилась Агидель Николаевна, камердинер изобразил какой-то приветственный  реверанс, а Руслан Русланович, привыкшей к потрясающей красоте  жены, даже на некоторое время потерял от восхищения дар речи.

Камердинер повел их на лифт, потому что званый обед был организован на свежем воздухе и на открытой площадке дворца, увитой неизвестными лиановидными растениями.  Когда Орловы появились, то все присутствующие неожиданно взорвались аплодисментами, явно приветствуя прекрасную Агидель Николаевну. Король первым подбежал к ней и приложился к руке. От бдительного Руслана Руслановича не осталось незамеченной скромная приветственная улыбка Ингрид и родственный поцелуй в щечку гостьи, и он понял, что королева всё же ревнует своего супруга к умопомрачительной красавице.

Открытая площадка или веранда была огромной, вмещала в себя десятки овальных столов и сцену с оркестрантами в белоснежных одеждах, судя по всему военных с золотистыми эполетами и портупеями. Они играли в негромко спокойную мелодичную музыку, а их дирижер  внимательно следил за королем.

Столов было столько, чтобы хоть один арсианин находился обязательно за одним из них. Рядом с королевским столом, где сидела королевская чета и Орловы, а также молодожены и родители Агидели Руслановны, был стол  для Николая Руслановича и Марион, премьера имперского правительства Бридвиля и его супруги, заместителей премьеров  правительств Зеи и   Арса.

Агидель Николаевну король посадил справа себя, потом сидел Руслан Русланович, справа от него – королева Ингрид. По протоколу король должен был ухаживать за Агиделью Николаевной, а Руслан Русланович соответственно – за королевой Ингрид. Орловы терпеть не могли никаких торжественных мероприятий, званых обедов и официальных банкетов, но в данном случае они не могли избежать их, чтобы не нанести оскорбление хозяевам.

Наконец, король встал, поднял фужер с изумрудным напитком, дирижер взмахнул палочкой, на сцене прозвучала барабанная дробь и наступила тишина. Он выдержал паузу, чтобы тишина стала абсолютной и произнес:

– Мы устроили этот званый обед не только в честь наших молодых –несравненной Агидели Руслановны и нашего сына,  непревзойденного принца Дэвиля,  а для того, чтобы наши родственники имели возможность познакомиться ближе с нашими родственниками с планет Арс и Зеи. Соответственно наши гости познакомятся ближе со своими новыми родственниками  из Бриллиантовой империи. Разрешите  провозгласить здравицу в честь моего родственника и друга, Почетного члена совета иерархов нашей Галактики  Руслана Руслановича Орлова и его  супруги, достойной звания миссис Вселенная, Агидели Николаевны, а также всех наших гостей и новых родственников!

Опять со сцены полилась барабанная дробь, все встали, выпили изумрудный напиток и дружно зааплодировали. Руслан Русланович выпил напиток, напоминающий российский тархун, но  с небольшим градусом. Он догадался, что ему и Агидель Николаевне надлежит осушить фужер до дна и шепнул об этом жене, иначе овация не прекратится. Как только они поставили пустые фужеры на стол, аплодисменты прекратились.

– Теперь закусывайте, пожалуйста, – посоветовала хозяйка стола королева Ингрид и подняла крышку своего обеденного набора.

Поразительно, однако и на званом обеде у каждого была индивидуальная пища. Конечно, столы ломились от фруктов и напитков, но каждый должен был съесть свой обед. На этот раз Руслану Руслановичу достался опять салат,  кусочки сыра, пиала с каким-то бульоном, жареный кусок мяса с тертой свеклой в качестве гарнира, какие-то галетки и печеные, явно десертные, кругляшки  неведомого ему овоща.

Он налил изумрудного напитка  королеве и себе, посмотрел на короля, как бы прося слова, тот с улыбкой кивнул и предоставил ему слово. Руслану Руслановичу надо было ответить на королевскую здравицу, поэтому он пожелал, прежде всего,  крепкого здоровья королю и королеве, всем их родственникам. Поблагодарил  хозяев за прекрасный прием делегации планет Арс  и Зея, решимость Бриллиантовой империи оказать всемерную помощь своим космическим родственникам, чтобы они могли сосредоточить свои усилия на овладении новейшими технологиями и в  будущем смогли сравняться по своему развитию с сегодняшними хозяевами.

Аплодисменты не перешли в овацию, и Руслан Русланович был рад, что его слова приветствовались не так горячо, как королевские. Не хватало еще чтобы король ревностно отнесся к его успеху, подумал Руслан Русланович, достаточно того, что королева ревнует своего августейшего супруга к Агиделе Николаевне. Королева Ингрид, словно подслушивала  его мысли, похвалила его выступление и тут же сказала:

– Ваша супруга действительно претендует стать королевой красоты всей Галактики. Вы  не ревнуете ее к другим мужчинам?

– Мы женаты более трехсот лет и за это время Агидель Николаевна не дала мне ни единого повода ревновать ее к кому-то.

– Король Дрэговиль известный сердцеед, будьте бдительны, мой дорогой друг! – сказала королева и при этом поклонилась, как бы подтверждая   свои слова. 

«Она намекает мне, что я должен сделать внушение Агидель?! – мысленно возмущался он, предварительно закрыв доступ к своим мыслям. –Она ревнует короля, слава Всевышнему, не задумала при этом флиртовать со мной. Какие же отвратительные эти званые обеды! А ведь нам придется устраивать в ответ нечто подобное. Только пить на нем будем  не тархун ихний, а водку, виски, коньяк и шампанское».

«Ихний тархун», как назвал напиток Руслан Русланович, содержал не алкоголь, а какое-то веселящее вещество. За столами загалдели, у всех развязались языки, даже королева Ингрид, холодная имперская красавица, раскраснелась и поведала Руслану Руслановичу, как когда-то наследный  принц  Дрэговиль влюбился в нее. Потом она сказала, что ее сын Дэвиль очень порядочный молодой человек, так что у прадедов нет никаких оснований беспокоиться за счастье своей правнучки. Наконец, она призналась, что перед поездкой к ним на фестиваль Дэвиля, их разведывательные аппараты, пилотируемые цифровыми экипажами, исследовали Арс и Зею вдоль и поперек.

– А вы даже не обратили на них своего внимания! – воскликнула она и засмеялась.

– Теперь мы будем очень внимательными, ваше величество! –  ­ пообещал Руслан Русланович, чем еще больше рассмешив королеву.

На веранде стоял такой шум, что королю приходилось прибегать к помощи оркестра, чтобы добиться тишины и объявить следующего выступающего.  Впрочем, выступления и тосты стали всё больше повторяться. «Ихний тархун» явно не активизировал интеллект присутствующих. Почему-то все пожелали друг с другом обниматься.  Оркестр громко наяривал разухабистую музыку. Руслан Русланович видел, как король раскрыл объятья для Агидели Николаевны, но она с мягкой улыбкой подняла протестующе руки. В отместку супругу королева Ингрид обняла Руслана Руслановича и влепила ему поцелуй прямо в губы. Он понял, что пора и честь знать и, взяв Агидель за руку, откланялся.

– Они после своего зеленого напитка так раскрепостились, а что они будут делать после наших крепких напитков? Нам  ведь надо будет давать ответный банкет, – сказал Руслан Русланович жене.

– Я думала об этом. Надо будет приготовить как можно больше наших закусок из овощей. Например, у них есть огурцы, но едят их созревшими и очищают кожуру. А мы сделаем малосольные пикули к крепким спиртным напиткам. Я посоветуюсь с нашими женщинами, что можно еще придумать…

 

Глава шестая

 

После званого обеда к Орловым зашел молодой человек из местных и показал им, как пользоваться суперкомпьютером, который подарили ученые мужи.  Он был не сложнее, чем суперфлешка Атланта, но гораздо мощнее. Носители информации представляли собой пластины толщиной примерно в полтора сантиметра, напоминающие собой шоколадные плитки, вставлялись в приемное устройство, закрывались крышкой, и суперкомпьютером можно было пользоваться. На экране было меню, в нем надо было выбрать нужный файл, чтобы прочитать его. Суперкомпьютер был постоянно включен в интернет, с его помощью можно было связываться с другими абонентами по видеосвязи, посылать и получать сообщения. Подзаряжался он от дневного света.

Руслан Русланович продемонстрировал, как он будет пользоваться им. Молодой человек остался доволен понятливостью туземца.

К ним забежала Агидель-младшая, бросилась на шею Агидель Николаевне и затараторила:

– Ой, Пра, мне надо столько сказать тебе!

– Но не здесь же! – Агидель Николаевна окинула взглядом гостиную, давая знать, что здесь наверняка есть подслушивающие устройства.

– Пойдем, прогуляемся! Здесь такой чудесный парк!

– С удовольствием! – согласилась Агидель Николаевна и сказала мужу не без юмора: – Веди себя хорошо и не скучай!

К королевскому дворцу с  внутренней стороны примыкал действительно изумительный парк – с роскошными клумбами, в которых цвели невиданные цветы, с фонтанами, в которых подсвечивались  цветными лазерами струи воды, с различными домиками, в которых можно было уединиться. Но Агидель-младшая повела Пра в укромный уголок, который ей показал Дэвиль. Они нырнули в зеленый туннель и оказались перед  каменной стеной, ограждающей парк. В уголке  стояли два кресла. Здесь была интимная обстановка, лишь вдали на дорожке, ведущей сюда, маячили их охранники в красных кителях.

– Рассказывай, как тебе здесь живется, – сказала Пра.

– Дэвиль – замечательный человек. Он очень любит меня, опекает, как маленькую девочку. Здесь  много  странного… Ты не заметила, что в парке не поют птицы? Здесь нет никаких птиц, их можно увидеть разве что в зоопарках. Дэвиль обещал подарить мне певчую птичку… А птиц нет, потому что на планете нет насекомых. Только пчелы, которые опыляют растения и собирают мед. Стерильная планета…

– А в водоемах рыба есть? Ведь многие виды рыб едят личинки насекомых.

– Рыбу подают в  пищевых кейсах, – Агидель-младщая с раздражением так назвала индивидуальные наборы блюд. – Не знаю, Пра, водится ли в здешних водоемах рыба, наверняка рыбные блюда изготавливаются на продовольственных фабриках.

– Из сажи? – усмехнулась Пра.– Мы будем поставлять сюда обычную техническую сажу, а из нее будут готовить для вас различные разносолы. Из одного грамма технической сажи, а это чистый углерод, здесь получают пятнадцать граммов высококачественного белка.

– Теперь я буду знать, что все блюда, содержащие белок, – это привет мне из родных мест, – с грустью произнесла Агидель-младшая.

– Девочка моя, – Агидель Николаевна приобняла ласково правнучку, – такова наша женская  судьба – привыкать к тем условиям и правилам, по которым живет наш муж. Он – иголка, а ты – нитка, вот и следуй за ним.  Создатель подарил нам свойство адаптации к новым условиям. Мужчины трудно адаптируются, а мы запросто ­ – поплачем, повозмущаемся, а потом и привыкаем…

– Я очень трудно привыкаю к здешним условиям и порядкам. Порой мне кажется, что  я не выдержу и улечу с вами на Зею. Невообразимо тяжело  думать о том, что всю жизнь, а она у меня бесконечна, я же тоже богочеловек, буду жить вдали от родных мест и родных людей. Об этом думать тяжело, а жить?!

– Привыкнешь, девочка моя, родишь деток – вот тебе и родные люди.

– Пра, здесь женщины не рожают детей!

– Как – не рожают? А откуда же дети тогда берутся?

– Здесь считается, что женщины не должны рожать детей в мучениях. Берется кусочек ткани у женщины и у мужчины. Выращиваются стволовые клетки, из них ­­– женские яйцеклетки и мужская сперма. Оплодотворенная яйцеклетка помещается в специальный бокс, где через девять месяцев рождается ребенок. Генетики проверяют, тот ли ребенок достался родителям. Конечно, все дети искусственники, материнского молока тут почти не бывает. В специальных детских яслях выращивают ребенка до трех лет, потом его переводят в детский сад, где он находится до семи лет. Затем ребенок идет в школу-интернат, там он находится пять лет, затем учится в высшем учебном заведении, получает  через несколько лет начальное высшее образование… Я не представляю, как у меня в таких условиях  проснется материнский инстинкт, а у моего  мужа – отцовский. Родители могут брать свое дитя, допустим,  на выходные, но многих детей воспитывает исключительно государство, и у них не просыпается любовь к родителям. Конечно, в королевской семье будут нянечки и гувернантки, но это исключение. Поэтому люди здесь хоть и настроены к друг другу дружелюбно, но суховаты, этакие сухарики…

– А цифровые копии тоже так  выращиваются?

– Нет, цифровые копии конструируются на специальных фабриках. В полном смысле это не люди, хотя их процентов девяносто среди жителей планеты. Я говорила о выращивании детей, а не копий. Здесь общество состоит как бы из каст. На самом верху – королевская семья, потом элита общества, состоящая из ученых, руководителей властных структур, командного состава вооруженных сил,  высших менеджеров, деятелей литературы и искусств, преподавателей  и врачей. Цифровые копии  – это исполнители, мелкие чиновники и контролеры. Ниже их – киборги  и роботы в вооруженных силах,  на производстве, в сфере обслуживания.

– Нас уверяют, что  на этой планете создано гармоничное общество, так в чем, по-твоему, здесь гармонизм?

–  Я не знаю, в чем здесь гармонизм. Когда я прилетела сюда, то первым делом взяли биопсию  и кучу анализов. Составили подробный генетический паспорт, здесь все люди имеют такие паспорта, где описываются их особенности, указываются предпочтения при выборе профессии, те или иные склонности к болезням. А с помощью анализов обнаружили у меня огромное количество вредных бактерий и вирусов, от которых я лечусь с помощью блюд в  пищевых кейсах. Наверняка  вся наша делегация получают в них лечение. Так что отсюда вы улетите стерильными…

–  И какую же тебе профессию напророчили? –  с улыбкой спросила Пра.

–  В этой графе у меня прочерк. Мне предстоит несколько лет учиться в разведывательной академии, стать заместителем королевы Ингрид по разведке и контрразведке, а со временем, когда она отойдет от дел, а Дэвиль станет королем, я возглавлю спецслужбы.

– Круто, – заметила Пра. – Будешь осуществлять разведывательные операции и на своей родной планете Зее?

– А куда я денусь? – с грустью произнесла Агидель-младшая. – Вся надежда на то, что наши планеты будут дружественными.

– Насколько наши планеты будут дружить, будет зависеть во многом от тебя. Мы обменяемся посольствами, у тебя появится как бы родной дом с близкими людьми. Мы подумываем об учебе нашей молодежи в ваших высших учебных заведениях и на производстве. Кроме того, будешь прилетать с детками на Зею. Так что ты не будешь чувствовать здесь совсем одинокой. Не переживай, всё образуется, –  убеждала правнучку Пра.

– Я так и знал, что вы здесь! – неожиданно перед ними появился Дэвиль. – Извините меня, пожалуйста, что я вам помешал. Я только хотел напомнить Агидельгрид, что нас ждут на открытии  планетарных соревнований  по гимнастике. Жду тебя, дорогая,  во дворце, в наших апартаментах.

– А мы уже посекретничали, – Агидельгрид решительно встала и обняла на прощанье любимую Пра. – Мне действительно пора идти, – шепнула ей на ухо. – Продолжим в следующий раз. Нас ждут во дворце спорта, там Дэвилю предстоит открыть соревнования на первенство планеты по гимнастике.

 

Глава седьмая

 

Королевская чета вновь пригласила  Орловых на завтрак, но теперь в расширенном составе, включая Николая Руслановича и Марион.

– У нас сейчас нет более важной задачи, чем принимать объединенную делегацию Арса и Зеи, поэтому мы с королевой Ингрид решили каждое утро  за завтраком обмениваться информацией в таком составе, –  объяснил король Дрэговиль.

– Спасибо вам, дорогие друзья, за эту инициативу. Действительно, у нас появились вопросы и проблемы, которые надо решить на высшем уровне, –  сказал Руслан Русланович.

– Ну не сразу же начнем с проблем на высшем уровне, ­– засмеялся король. –  Как вам и вашим родственникам понравился вчерашний званый обед?

–  Он сблизил наши семьи, спасибо вам за обед, –  включился в разговор Николай.

–  Да, было очень мило, ­–  вставила свое слово обычно молчаливая Марион.

–   Теперь за нами должок, – поднял вверх указательный палец Руслан Русланович. – У нас говорят: долг платежом красен. Вот мы и намерены  вернуть свой долг, устроив свой званый обед для наших новых родственников.

– Очень интересно! – воскликнула королева Ингрид.

– Мы поможем организовать его,  и  с благодарностью примем участие в нем, ­–  пообещал король и пожелал всем приятного аппетита.

Все открыли пищевые кейсы и  приступили к салатам. Руслан Русланович первым нарушил паузу.

– Мой дорогой друг, – обратился он к королю. – Нам надо подумать о том, чтобы обменяться представительствами наших планет. Со своей стороны мы подумаем  о  наших посольствах на Бриллиантовой планете. Не откладывая в далекий ящик, мы назначим из числа членов нашей делегации временно поверенных в делах и  в помощь им выделим помощников.  В свою очередь мы просим вас назначить послов на наши планеты, они со своими помощниками отправятся с нами.

– Замечательная и своевременная идея! – одобрила предложение королева.

Но Агидель Николаевна уловила  в слове «своевременная» иронический подтекст. Действительно, об этом надо было подумать  дома, прилететь сюда с готовыми посольствами.

– Да, это прекрасно, – согласился с женой король. – Мы поручим председателю нашего правительства совместно с вами, я надеюсь, с участием вашего высокопревосходительства, уважаемый Николай Орлов, проработать детали соглашения о дипломатических представительствах.

– У нас есть еще одно  предложение… –  продолжал Руслан Русланович.

–  Извините великодушно, но только одно? –  перебил его король, давая понять, что они готовы рассмотреть и другие предложения.

–  Разумеется, не одно, у нас их предостаточно, но мы  постараемся быть не назойливыми, –  парировал короля Руслан Русланович. –  Для пользы дела и лучшего взаимопонимания  мы предлагаем обмениваться группами нашей молодежи, которые бы учились  в наших вузах. Мы готовы, скажем, несколько групп  по двадцать человек из нашей делегации  отправить в ваши вузы на учебу.

–  Конечно, мой дорогой друг,  возражать мы не будем.  Побольше таких предложений! ­  –  воскликнул король.

– Мы постараемся, – заверил короля Руслан Русланович.

– А как вообще идет знакомство с нашей жизнью и достижениями? ­–  поинтересовался король.

– Весьма активно и продуктивно, – сказал Николай Орлов. – Я возглавляю штаб  нашей делегации, мы готовы каждое утро кратко информировать вас о важнейших итогах работы за день.

– Никаких нареканий в наш адрес нет?

–  Какие нарекания, ваше величество, только  одни благодарности! –  воскликнул Николай.

– Замечательно! – подвел итог король.­– Мы желаем вам и вашей делегации успешной и интересной работы сегодня. Встретимся завтра  в десять часов утра.

Руслан Русланович пригласил сына и его жену зайти к ним. В своем импровизированном рабочем кабинете он показал им подарок ученых – суперкомпьютер и набор накопителей информации.

– Мы попросили подарить нам еще десять таких наборов. Надо проследить, чтобы они поступили. Во всяком случае, сегодня мы на встрече с премьером повторим просьбу. Как поступят, их надо распределить между группами и организовать знакомство с материалами. Я вчера вечером немного поработал с подарком и понял, что это основа наших интересов. То есть, мы должны  хорошо готовиться к каждой встрече, просить разъяснить то, что нам непонятно. И соответственно формировать предложения на высший уровень. Перед тем, как идти на завтрак, нам  не лишне будет встретиться вчетвером в половине десятого и готовиться к встрече с королевской четой. Нет возражений? – спросил Руслан Русланович.

– Какие могут быть возражения, отец! – сказал Николай.

– Не составили справочник телефонов хотя бы руководителей наших групп? Без них, как без рук. Вот мне надо срочно поговорить с Робертом Дином. Для этого я должен обратиться в штаб, там начнут искать Роберта Дина и просить его позвонить мне. Ведь каждому члену делегации вручили видеотелефон. Пожалуйста, дай задание штабу сегодня же вооружить делегацию связью друг с другом, ­– дал поручение сыну Руслан Русланович.

– Будет сделано, отец, не беспокойся. Сегодня ты с мамой встречаешься с премьером, да? Он нормальный парень. Ждет вас в одиннадцать, за вами придет его порученец. Правительство находится почти рядом с королевским дворцом.

Когда сын и невестка ушли, Агидель Николаевна сказала по телепатии, что вчера встреча с Агидель-младшей была очень интересной, но им помешал Дэвиль. Хотелось бы обсудить то, что сообщила правнучка.

«Надо включить суперкомпьютер Атланта и обсуждать все вопросы по телепатии. Только я боюсь, что он вырубит всю связь в радиусе ста метров. Как бы претензии не поступили от  королевской четы, которая лишится связи!» – сказал Руслан Русланович и включил суперфлешку Атланта.

«Если честно, то  я устала от протокола, который приходится нам соблюдать».

«Наберись терпения, милая моя, по меньшей мере,  хотя бы на неделю. Дома отдохнешь. А теперь соберись с мыслями и готовься к встрече с премьером, как его зовут…»

«Бридвиль имя ему», –  подсказала мужу Агидель Николаевна.

«Мы протокольные тонкости соблюдать с ним не будем. Это сугубо деловая встреча».

«Кажется, к нам стучатся. Выруби  суперфлешку Атланта».

 

Глава восьмая

 

За ними зашел порученец премьера, довольно симпатичный молодой человек, который внешне напоминал им кого-то. Орловы, не задерживаясь, последовали за ним. На улице стояла прекрасная солнечная погода. Идти молча было неловко, поэтому Агидель Николаевна спросила:

– Скажите, пожалуйста, мы находимся на вашей планете несколько дней, и у вас всегда прекрасная погода. А дожди бывают?

– Бывают. Как правило, ночью. Метереологи запускают ракеты со специальным веществом и устраивают дожди. Наша планета теплая, поэтому испарение влаги большое. А вода у нас дорогая, мы даже в космосе  стараемся добывать лед и поставлять его на планету.

– Спасибо за ответ. А как отличаются внешне цифровые копии от людей? – задала Агидель Николаевна неожиданный вопрос.

– А вот так, – порученец показал на правой щеке темную родинку. – У цифровиков родинка на правой щеке, а  у цифровичек – на левой.

– Если это не секрет, скажите, пожалуйста, а чья вы копия?

– Премьер-министра Бридвиля, – сказал не без гордости порученец.

–  Теперь понятно, почему нам показалось, что вы кого-то  напоминаете. Но вы выглядите значительно моложе премьера.

–  Меня изготовили лет десять тому назад, а мы в отличие от людей не стареем. Мы просто изнашиваемся и приходим в негодность.

– А мы могли бы встретиться с вами приватно, чтобы вы рассказали о жизни цифровиков? – спросила Агидель Николаевна.

– Только с разрешения премьера. Но я вам советую обратиться в объединение цифровиков и там получить ответы на интересующие вас вопросы. Мы уже пришли.

Порученец остановился перед массивной дверью, которая бесшумно открылась. Это был вход в лифт. Со всех сторон были зеркала, и поэтому казалось, что они находятся в огромном, без каких-либо стен, помещении.

– Веранда, – сказал порученец, и лифт понесся вверх.

Он вскоре замедлил ход, остановился, открылась противоположная сторона и они оказались на крыше дома правительства.  Увидев гостей, премьер Бридвиль встал из-за стола, за которым сидел с двумя заместителями. Один из них имел рыжую бороду, что было редкостью для этой планеты.  Премьер поцеловал руку Агидели Николаевны и обменялся крепким рукопожатием с  Русланом Руслановичем. Вице-премьеры приветствовали гостей глубокими поклонами.

– Мы заметили, что у вас любят принимать  гостей на открытом воздухе, – сказала Агидель Николаевна, окинув взором уютное помещение, которое образовывали многочисленные лиановидные растения с пышными цветами.

– Мы  рады приветствовать наших дорогих гостей, – сказал премьер и предложил им сесть за круглый стол, украшенный цветами, и уставленный фруктами и напитками.

– Спасибо, – поблагодарил Руслан Русланович. –  Агидель Николаевна и  я не любим протокольных условностей, тем более что наша встреча сугубо деловая. Нам хотелось бы, чтобы вы рассказали о  структуре правительства и органах исполнительной власти на местах. Это,  во-первых. Во-вторых, нам интересно обменяться мнениями о  поставках сырья с нашей стороны, а с вашей  – высокотехнологичных  материалов, необходимых производственных комплексов, звездолетов или частей к ним, новейших технологий. В-третьих, нам надо обговорить обмен дипломатическими представительствами, вопросы обмена студентами, культурно-просветительными мероприятиями и, наконец, получить ответы на интересующие нас и вас вопросы. Мы будем очень признательны, если вы одобрите эти наши предложения.

– В принципе мы намечали примерно такую же программу нашей встречи, – сказал премьер. – Поэтому вначале я представлю своих коллег. Справа от меня первый вице-премьер господин Миртвиль, курирующий  науку, финансы, промышленность, технологии, а слева  – первый вице-премьер Лорквиль, у него социальные вопросы, включая сюда культуру, образование, здравоохранение, спорт и многое другое.  Я по поручению его величества короля, он же верховный главнокомандующий, курирую вопросы обороны и внешних связей. Как видите, я уже начал рассказывать вам о структуре нашего правительства.  Конкретные направлениями руководят соответствующие министерства.

Мы примерно знаем структуру вашего правительства, поэтому остановлюсь на наших особенностях. В отличие от вас у нас есть денежное обращение. Но деньги предназначены только для людей, которые, кроме полного государственного  обеспечения пищей, одеждой, обувью, предметами бытового назначения, транспортом, связью, культурно-массовыми и спортивными мероприятиями, получают денежное содержание в кредитах. У каждого человека есть персональный счет, на котором накапливаются денежные средства. Они используются, как правило, для финансирования  строительства новых предприятий путем приобретения соответствующих акций. Можно также на эти деньги приобретать путевки на туристические полеты на другие  планеты. Так что нам необходимо будет подумать и о взаимном обмене туристами.

О внешних связях. Мы считаемся империей, но на самом деле являемся содружеством двенадцати практически независимых друг от друга планет. Каждая планета имеет свое государственное устройство, независимое правительство, свои деньги и вооруженные силы. Нападение на одну из планет означает нападение на всё содружество и обязывает вооруженные силы всех планет под руководством нашего короля  дать отпор. За последние несколько столетий никто на нас не нападал, поскольку наши вооруженные силы обладают исключительно совершенными средствами защиты и нападения. Поскольку вы являетесь нашими космическими родственниками, мы не исключаем возможности передачи вам новейших оборонных технологий, а также средств ведения боевых действий. Думается, что нам надо поручить нашим министрам обороны обсудить в конкретном ключе эти вопросы. Прошу задавать мне вопросы.

– Вчера ваши ученые подарили нам суперкомпьютер с набором накопителей информации о вашей планете. Он поможет нам в работе, поскольку мы не знаем, что спрашивать, чем интересоваться. Но один комплект – это чрезвычайно мало для наших исследовательских групп. Мы просили бы обеспечить нашу делегацию хотя бы десятью такими наборами, то есть один комплект на пятьсот человек, – сказал Руслан Русланович.

– Сегодня  в ваш штаб поступят двадцать таких комплектов, – заявил вице-премьер Миртвиль. – Нам тоже очень важно, чтобы наши встречи наполнялись конкретным содержанием.

– Наши планеты заинтересованы в поставках новейших технологий и производственного оборудования. Что вы готовы сегодня предоставить нам и в обмен на что с нашей стороны? Мы не обладаем технологиями получения металлического водорода и гелия 3, необходимых нам для совершения качественного скачка в производстве космических кораблей. Со слов ученых мы знаем, что вы нуждаетесь в поставках углерода. Сколько вам его нужно? Нам не хотелось бы в ваших глазах выглядеть нахлебниками, поэтому нам надо договориться о том, в каких денежных единицах мы будем вести расчеты. Видимо, это будут условные расчетные единицы. Золото здесь не годится, потому что на ваших термоядерных синтезирующих энергетических производствах вы получаете золото и любые элементы в любом количестве из обыкновенной воды. Но воду поставлять вам на расстоянии сотен световых лет  слишком  накладно, – рассуждал Руслан Русланович, обращаясь к вице-премьеру Миртвилю.

– Пока мы остановимся на поставках нам углерода в виде обыкновенной технической сажи в неограниченных количествах. Сколько вы можете получить ее и доставить нам своими звездолетами, мы всё примем. Стоимость звездолетов мы тоже будем учитывать, ­– заявил Миртвиль.

– У нас достаточно нефти, газа и сланцев, а также древесины, чтобы обеспечить вас углеродом для переработки его в пищу. Нам потребуется некоторое время для развертывания сети производств.

–  Со своей стороны мы готовы направить к вам несколько инженерно-технических бригад для строительства таких производств, несколько комплектов оборудования для получения пищевого белка, – добавил Миртвиль.

–  Конечно, мы с благодарностью принимаем ваши щедрые предложения, ­–  сказал Руслан Русланович. ­– Нам также хотелось бы, чтобы вы конкретизировали номенклатуру поставляемых технологий и оборудования.

– В накопителях информации, которые сегодня поступят в ваш штаб, будет номенклатура наших поставок технологии и оборудования. Вам надо определиться, что вам нужно и в каких количествах. С вашим представителем я готов обговорить  эти вопросы и принять решения. Соответственно придется определить, сколько наших звездолетов потребуется для доставки оборудования. Готовы также начать ускоренную подготовку ваших экипажей  для наших звездолетов. Если сегодня получим списки, то завтра начнем их ускоренное обучение.

– Замечательно! – воскликнул Руслан Русланович довольный тем, что все вопросы решаются конкретно и немедленно.

– Нам ученые доложили, что вы любите чай с лимоном. Думается, что мы заслужили небольшой тайм-аут, – сказал премьер и после его слов на веранде появился официант с дымящемся в пиалах чаем и с нарезанными лимонами.

– Ваше высокопревосходительство, но я не начинала задавать свои вопросы, а их у меня великое множество. Так что предлагаю совмещать  чаепитие с вопросами. Нас, к примеру, интересует, чем вызвано большое количество так называемых цифровых копий. У нас  их нет, поэтому нам хотелось бы  познакомиться от их изготовления, прошу прощения, если я употребляю в этом случае не то слово, до их правового положения и деятельности, – с очаровательной улыбкой говорила Агидель Николаевна.

– Вопрос простой и очень сложный, – отвечал премьер. – У нас активно используется так называемый искусственный интеллект. Всё подсчитывается и учитывается, более того – анализируется компьютерной  системой. Созданы цифровые суперкомпьютеры с чудовищным быстродействием, которые объединены в единую систему. Когда много веков тому назад мы начинали эту работу с целью освободить  людей от рутинных обязанностей, то столкнулись с проблемой: освобождаем одного человека, передаем его  функции думающему интеллекту, а чтобы всё это работало, приходилось задействовать два-три человека. Пришла мысль сделать цифровую копию человека, но с укороченными функциями мозга, и включить его в систему, поручив эту самую рутинную работу. В итоге  пришли к нынешнему состоянию, когда на одного человека приходится примерно девять цифровых копий. Это, грубо говоря, роботы, но это и люди с запрограммированным сознанием и даже  с зачатками чувств. Они сделали многих людей лишними – различных операторов, учетчиков, водителей, официантов, летчиков, даже некоторых членов экипажа космических кораблей, многих военных, заменив их управляемыми или самоуправляемыми боевыми машинами. Много цифровиков в управлении, в  том числе во властных структурах –  исполнители, контролеры, помощники руководителей, секретари…

Цифровики вытесняли людей из всех отраслей. Пришлось людей переучивать или попросту оставлять доживать свой век. А средний возраст у нас  тысяча лет.

Почему наши ученые решили делать  копии людей? Можно создать, допустим, новую руку, но лучше Бога или Природы ее не создать. Поэтому решили научиться создавать копии человеческих органов, как самых совершенных во Вселенной. Революцию совершили наши генные инженеры, когда создали искусственный биологический мозг и стали вооружать ими роботов-полулюдей.

– Вы не боитесь восстания цифровиков? – задал вопрос Руслан Русланович.

– Это исключается пока их программированием. Они доброжелательны друг к другу и к людям. Они обеспечиваются всем необходимым для жизни наравне с людьми.  У них нет души, как утверждает наша религия. Сознание почти отсутствует. Порой мне, например, кажется, что они счастливее нас, людей. У них нет любовных страстей, они не ошибаются в пределах своей компетенции. Мы –  планета людей, а не цифровиков, поэтому они лишены права голоса.

– А как вы противодействуете попыткам  цифровиков с планеты Z-3524  превратить ваших цифровиков в  оппозиционеров существующей власти? – задал вопрос Руслан Русланович.

– Вы и об этом знаете! – воскликнул  премьер. – Это для нас проблема номер один. Планета Z-3524 полностью цифровая. Там нет людей в нашем понимании. Для наших цифровиков наши бездушные враги разрабатывают  все новые и новые приложения, которые внедряются в подсознание. Мы считаем их вирусами и периодически очищаем сознание наших цифровиков. Но враг коварен и изобретателен…

–  Нам бы хотелось посетить те фабрики или места, где рождаются люди и где изготовляются  цифровики, – сказала Агидель Николаевна. – Мы слышали, что женщины у вас не рожают. Для нас это странно. Женщина, вынашивая дитя под своим сердцем, а потом в муках рожая его, проникается материнским чувством к нему. У нас не у всех женщин просыпается материнский инстинкт, но у вас таких должно быть гораздо больше. А это сиротство, психологическая травма. Как вы относитесь к этим проблемам, вообще к проблемам семьи?

Премьер  что-то сказал вице-премьеру Лорквилю, тот кивнул в знак согласия и обратился к гостям:

–  Вы не задаете простых вопросов. Семья, которая существует у вас, ее можно назвать традиционной, у нас практически не существует. У нас молодые люди влюбляются и даже женятся во имя продолжения своего рода. Но со временем такие союзы распадаются. Невозможно представить, чтобы союз мужчины и женщины продолжался тысячу лет! У нас есть любительницы вынашивать детей  и рожать. Но таких единицы. В традиционной семье женщина хранительница семейного очага, а его у нас давно нет. Мужчина был добытчиком, а такой обязанности  у него у нас тоже нет. Экономические стимулы для сохранения семьи  отсутствуют.   Поэтому для нас характерны союзы свободных женщин и свободных мужчин без цели создания семьи, но по любви.

– Иными словами, нравственность не на высоте? –  предположил Руслан Русланович.

–   Мы так не считаем, – ответил Лорквиль и поджал свои тонкие губы. – Любовь у нас считается небесным даром, поэтому не осуждается, а напротив – всемерно поддерживается и приветствуется.

– Нам очень интересно познакомиться с вашими производствами  в космосе, где вы с помощью термоядерного синтеза получаете металлический водород, гелий 3, редкоземельные элементы и всю периодическую таблицу элементов, – обозначил Руслан Русланович важнейшую тему для обсуждения.

– Если ваши люди туда полетят, то практически ничего, кроме  работающих модулей, они  там не увидят, – начал отвечать премьер. – Лететь на  день или два, мы так считаем, нет никакого смысла. Это венец наших технологических достижений. Для их изучения требуется немало времени. Мы обсуждали эту проблему, понимая, насколько важно для вас организовать на  ваших планетах подобное производство. Поэтому мы предлагаем вам создать минимум две, а для надежности – четыре группы из ваших специалистов из числа физиков-ядерщиков, которые бы изучили нашу технологию и поработали на производствах в качестве дублеров инженерно-технических работников. Ознакомиться в общем плане можно будет в накопителях информации, но для нас и вас очень важно получить несколько групп специалистов, которые бы смогли самостоятельно управлять термоядерным синтезом на производствах, которые мы вам поставим. Малейшая ошибка может привести к термоядерному взрыву на орбите, заражению радиацией всей планеты.

– Мы ценим такой ваш подход к этой проблеме, спасибо.  С нашей стороны этим делом  будет заниматься директор Орловского института  Роберт Дин. К кому ему надо обратиться в правительстве?

– Ко мне, – сказал первый вице-премьер Миртвиль.

– В  самое ближайшее время Роберт Дин свяжется с вами, уважаемый господин Миртвиль.

– Уважаемые гости, наша главная цель – познакомиться друг с другом достигнута. Деталями соглашений займутся представители сторон. У нас есть возможность познакомить вас с процессом деторождения и производством цифровиков. Уважаемый вице-премьер Лорквиль сам будет сопровождать вас. Нет возражений?  – спросил премьер. – В таком случае мы благодарим дорогих наших гостей за интересную встречу и желаем приятного знакомства с нашими производственными объектами.

«Наконец-то»,  – с облегчением подумал Руслан Русланович, которому до самого последнего времени казалось, что ничего нового руководство правительства  им не сообщило.

В сопровождении Лорквиля они вышли, судя по всему, во двор  дома правительства,  уставленный городскими планетолетами. Вице-премьер выбрал трехместный планетолет, пригласил в него гостей, и когда они уселись, назвал адрес пункта назначения. Планетолет взмыл вверх и помчался над улицами и площадями города, умело избегая столкновения с такими же летательными аппаратами, которые роились в воздухе.

Опустились на окраине города, возле лесного парка, в котором возвышались производственные здания.

– Учитывая пожелания Агидели Николаевны, мы начнем знакомство с детского комбината, – сказал Лорквиль и, выйдя из планетолета, подал руку даме.

Их встречала неопределенного возраста женщина в белом халате и с цепкими, оценивающими глазами. Вице-премьер представил ее как управляющую детским комбинатом и назвал ее  имя –  Алингрид. Хозяйка пригласила их внутрь здания, где им сразу выдали просторные белые комбинезоны и прорезиненные бахилы.

– У нас очень строго с бактериальной и вирусной безопасностью, –  объяснила она. – Мы входим в святая святых – здесь зарождаются дети при помощи стволовых клеток.

В просторном помещении, уставленном лабораторным оборудованием и компьютерами, десятки мужчин и женщин колдовали над исходным материалом для получения младенцев.

– Здесь стволовые клетки, поступившие к нам из городских центров репродукции, изучаются на предмет обнаружения генетических дефектов, ­– объяснила Алингрид. – Если обнаруживаются нежелательные мутации, то не производим оплодотворение, а сообщаем в центры репродукции, что у такого-то мужчины или такой-то женщины обнаружены генетические дефекты. Они лечатся, бывает, что излечиваются и желают опять обзавестись потомством. Таким путем мы обеспечиваем безупречное генетическое здоровье наших граждан.

– Простите, я немного знаком с генетическими проблемами, поэтому у меня есть вопрос: а нельзя ли на стадии стволовых клеток удалить нежелательную мутацию и заменить ущербный ген на здоровый? – спросил Руслан Русланович.

– Можно, – ответила хозяйка, – но есть риск, что мы допустим брак. Мы не лечебное учреждение, устранение генетических изъянов не наша функция. В следующем помещении из стволовых клеток мы получаем исходный материал для оплодотворения.

Самым маленьким оказался отдел оплодотворения – всего два рабочих места. Хозяйка объяснила, что их комбинат ежегодно готовит  тысячу семилетних  мальчиков и девочек для поступления в школы-интернаты. Поэтому в год требуется всего тысяча оплодотворений.

– Скажите, пожалуйста, а соитие, то есть функцию Бога у вас исполняют цифровые копии или люди? –  спросил Руслан Русланович.

– На исполнительской работе у нас используются цифровые копии женского рода, так называемые цифровички, но ими руководят подготовленные люди – генные инженеры, акушеры, воспитатели и педагоги.

Они перешли не в следующее помещение, а в огромный восьмиэтажный корпус, в котором стояли ряды машин с плазменными экранами, на которых отражались многочисленные графики.

– Мы этот корпус называем мамочкиным.  Вы видите на  этом этаже сто боксов, в которых выращиваются младенцы. Всего их восемьсот.  Здесь в автоматическом режиме искусственные матки выполняют всё то, что должно происходить в чреве женщины. На экранах мы видим весь процесс выращивания  – кормление, поступление необходимых элементов и витаминов, кислорода, качество функционирования сердца и всех органов. Если происходит какой-то сбой, то поднимается тревога для  инженеров и акушеров.

– Смертность у вас здесь большая? – спросил Руслан Русланович.

– Нет. Несколько случаев за год.  Каждый случай расследуется комиссией для того, чтобы они не повторялись. В основном по причине сбоя оборудования. Если вам интересен момент рождения, то мы можем подождать и увидеть его воочию.

– Мне он не интересен. Может, мужчины интересуются? – спросила Агидель Николаевна.

–  Мы, пожалуй, пойдем дальше, – сказал Руслан Русланович.

– Тогда переходим в младенческий корпус. Здесь у нас выхаживаются детки до одного года. Здесь каждая нянечка воспитывает трех младенцев. Работа у них посменная, по восемь часов, и  получается, что одна нянечка выхаживает одного ребеночка. У них трехместные коляски, они выгуливают своих подопечных в нашем парке. Пойдемте дальше, в ясельное отделение, где находятся детки от одного года до трех лет. Естественно. что отдельно однолетки, двухлетки и трехлетки. Здесь в воспитании детей участвуют родители. Как правило, они появляются  здесь в выходные дни или на выходные забирают  своих наследников домой.

В группе трехлеток дети, увидев Агидель Николаевну, с возгласом «Мама!», окружили ее, обнимали ноги. Агидель Николаевна опустилась на корточки, в свою очередь гладила  детские головки и приговаривала, что она не мама и что мамы придут к ним. Дети с неудовольствием расставались со своими заблуждениями, а Агидель Николаевна заплакала.

– Отвлеките детей, дайте им сладости! – велела  Алингрид воспитательнице.

– У нас матерей, которые бросают своих детей, называют кукушками, – сказала Агидель Николаевна Лорквилю

– Не понял, как называют? – переспросил он.

– И не поймете, потому что у вас нет птиц, – ответила Агидель Николаевна, вытирая слезы. – На этом мне хочется закончить экскурсию, я к старшим деткам не пойду. С меня достаточно одного стресса.

– Да, пожалуй, на этом знакомство с этим замечательным  учреждением следует завершить, – поддержал жену Руслан Русланович и поблагодарил хозяйку за интересный рассказ.

Когда они вернулись во дворец, он нашел на рабочем столе книжечку с номерами видеотелефонов руководителей  объединенных рабочих групп. Нашел номер Роберта Дина и позвонил ему.

– Немедленно позвони  вице-премьеру  господину Миртвилю и договорись с ним о встрече, –  сказал ему Руслан Русланович. – С ним тебе и твоим помощникам из числа физиков-ядерщиков надо договориться о составе четырех групп специалистов, по две с каждой планеты, которым предстоит освоить во всех тонкостях технологию термоядерного синтеза в космосе. Эти группы останутся здесь,  чтобы после обучения и сдачи экзаменов на право занимать соответствующие должности принять участие в строительстве производств, предназначенных для нас. Они вернутся на наши планеты вместе с готовыми к эксплуатации производствами. Не тебе мне напоминать об особой ответственности специалистов, которые будут обслуживать термоядерный синтез.

 

Глава девятая

 

За завтраком Агидель Николаевна рассказала королевской чете о происшествии с нею  в группе трехлетних ребят. Мне до конца дней своих не забыть, говорила она, как к ней подбежали ребятишки, приняв ее за свою маму. Глазенки у детей вглядывались в нее, как бы приглашая признать его или ее своим ребенком. Они отталкивали друг друга – столь велико было инстинктивное желание заиметь маму. Когда она рассказывала о ребятишках,  глаза ее наполнились влагой.

– Человек, не познавший в детстве материнскую ласку, неполноценный. И эту неполноценность он понесет дальше, обездоливая своих потомков.  Судя по всему, мы позаимствуем вашу технологию рождения младенцев при минимальном участии родителей. Но при этом мы обяжем родителей уделять внимание своим детям и принимать участие в их воспитании. У нас говорят: не суйся со своим уставом в чужой монастырь, но я все-таки намерена сегодня говорить об этом в ассоциации женским организаций.

– Извините великодушно, а что такое монастырь? – спросила королева Ингрид.

– Религиозное объединение, община людей, именуемых монахами или монашками, посвятивших себя служению Богу. Имеет свой устав, общее имущество, обязанности, – объяснил Руслан Русланович.

– У нас никогда монастырей не было, – сказала королева. – Но я с удовольствием посещу женскую ассоциацию вместе с  вами, уважаемая госпожа Орлова.

– Спасибо, ваше величество.

– Мне докладывают, что ваши бригады работают очень хорошо, вникают во все тонкости технологий, – король перевел разговор в другую плоскость.

– Это результат знакомства с двадцатью наборами суперкомпьютеров с  информационными  материалами, – объяснил президент Зеи Николай Орлов. –  Мы благодарны вам за это. Вчера началось обучение наших экипажей звездолетов…

– Мне известно об этом, – сказал король. – Как верховный главнокомандующий я бы хотел пригласить вас, мой дорогой  друг, – он обратился к Руслану Руслановичу, – в штаб космической обороны, чтобы вы составили наглядное представление о наших возможностях. Если вы не против, то мы посетим штаб обороны завтра, сразу после завтрака.

– Разве я могу отказаться от такого щедрого подарка! – воскликнул Руслан Русланович.

После завтрака пути супругов Орловых разошлись. Агидель Николаевна осталась ожидать приглашения королевы, а Руслан Русланович в сопровождении министра по делам цифровых копий Ипоквиля отправился  на планетолете знакомиться с производством выпуска цифровиков и цифровичек.

– У меня несколько странная внешность, – заявил Ипоквиль и засмеялся, когда они взмыли вверх на дворцовой площади.

Действительно, у нового знакомого было безбровое лицо, а на голове вместо волос была волнистая поросль подшерстка. Присмотревшись к лицу получше, Руслан Русланович не обнаружил век и зачатков какой-либо растительности на румяной коже министра.

За несколько минут полета Ипоквиль рассказал свою историю. Он был командиром звездолета, который  в космосе обнаруживал ценные астероиды, главным образом с замерзшей водой. Обнаружив такой астероид, они транспортировали его на Бриллиантовую планету. Когда они обнаружили мощный астероид с миллионами тонн замерзшего льда и приготовились его заарканить, Ипоквиля  ослепила яркая вспышка, судя по всему, нейтронной  бомбы. Инстинктивно он нажал кнопку возвращения домой и потерял сознание.

Звездолет сел на космодроме, в нем обнаружили всего двадцать семь человек из экипажа, находившихся на грани смерти от лучевой болезни. Около пятисот цифровых копий были мертвы. Погибли от лучевой болезни и тридцать четыре человека из экипажа. Звездолет очень фонил, и чтобы не загрязнять планету, приняли решение отправить его с печальным грузом в далекий космос.

Пострадавших доставили в центр регенерации, где хранились их цифровые копии, и принялись восстанавливать их организмы. Сложностей с восстановлением тела не возникло, а  с восстановлением головного мозга их было предостаточно. С облученного мозга информацию перекачивали в сканированный мозг сотню лет тому назад. Оживление копий запрещено законом, поэтому пришлось  в сканированный мозг вкладывать весь опыт жизни за сотню лет. Поскольку облученный мозг был сильно поврежден, с головы его копии исчезли волосы и какая-либо растительность. Но медики, восстанавливающие его в прежнем виде, обещали, что со временем и волосы появятся, и даже загнутые ресницы на зависть модницам…

– Когда я почти выздоровел, меня назначили министром регенерации и по делам цифровых копий, мол, кому же,  как не тебе, заведовать этим хозяйством, – засмеялся Ипоквиль, закончив рассказ о себе.

Их никто не встречал, поскольку Ипоквиль этот центр хорошо знал. Это была окраина столицы или же небольшой город  – зеленый, как и положено, где восстанавливали здоровье людям.

–  Состав центра классический, – объяснил министр. –  Есть госпиталь, где по показаниям меняют части тела людям. Мы туда не пойдем, там стерильная чистота. Как вместо изношенного сердца ставят новенькое  или пришивают новую ногу взамен  поврежденной, нам не покажут по тем же соображениям стерильности. А вот с отделом регенерации мы познакомимся. Прошу войти в это здание…

При входе в просторный производственный цех с множеством отдельных кюветов, соединенных  кабелями и шлангами, им предложили облачиться в комбинезоны и надеть гигиенические чулки–бахилы.

– Здесь из стволовых клеток конкретного человека выращиваются органы для трансплантации. Технология такова:  при заболевании человек обращается в территориальное лечебное учреждение, где его начинают лечить амбулаторно препаратами, физиотерапией, определенным образом жизни и отдыха в санаториях. Если лечение не помогает, то больной поступает  на консультацию к трансплантологу, который заказывает нашему центру изготовление необходимых органов. У каждого человека хранятся стволовые клетки, их задействуют у нас, выращивая в течение нескольких суток необходимый орган. Выращивают органы здесь, за сутки до готовности регенерация извещает госпиталь, что запчасть почти готова и пора вызывать больного на операцию. В госпитале проводят необходимые лабораторные исследования и укладывают больного на операционный стол. Из регенерации поступает необходимый орган, и хирург-автомат начинает  операцию под наблюдением бригады  врачей, состоящих из людей. Потом больной поступает в реабилитационное отделение, где он окончательно выздоравливает и выписывается из нашего центра. Бывает, что заменяют сразу несколько органов при отравлениях на производстве,  в результате несчастных случаев…

В нескольких метрах от них стояла женщина и внимательно слушала министра. Он заметил ее и отрекомендовал гостю как заведующую регенерацией Айгрид.

– Уважаемый министр, если бы вы предупредили нас, то мы бы подготовились основательно и рассказали о всех тонкостях нашего дела, – высказала она претензию в адрес начальства.

– Айгрид, все тонкости вы изложите в информационном  накопителе и  отправите его в королевский дворец господину  Руслану Орлову. А вот и  руководитель всего центра господин  Туровиль. Представляю вам гостя нашего короля Почетного члена Галактического совета  иерархов Руслана Орлова, который прибыл к нам с делегацией планет Арс и Зеи, – здесь министр перешел на какой-то местный диалект, но Руслан Русланович понял, что тот сказал. Министр уточнил для своего подчиненного, что планеты Арс и Зеи те самые, которые рассматриваются в качестве переселения на них жителей Бриллиантовой планеты.

Руслан Русланович понял, но не подал вида. Так вот в чем тайна исключительного внимания к их делегации! Если в правительстве в открытую говорят о возможности переселения на  планеты, то это тайна только для делегации. Королева Ингрид не раз говорила, что ее служба  с помощью исследовательских аппаратов интересовалась Арсом.

Руководитель центра Турвиль, ростом выше Руслана Руслановича и довольно молодой,  с почтительным поклоном в сторону гостя, пригласил в следующее отделение, где выпускаются цифровые копии. По пути он объяснил, что название цифровые копии неверное,  точнее было именовать их цифровые полукопии, поскольку на атомном уровне копируется тело человека, но не мозг. Но название цифровые копии верно в том смысле, что это не копии людей, а копии копий. Вначале был изготовлен  шаблон человека со специальным биомозгом, на несколько порядков отличающимся от человеческого, а затем с шаблона стали делать копии.

Новое отделение на первый взгляд не отличалось от того, что  Орловы видели вчера, где рождались люди. Те же боксы, где выращивались цифровики и цифровички, те же работники в белых халатах, следящие с помощью экранов за процессом выращивания.

– У меня сейчас  десять цифровиков и цифровичек. Одна дама – мой секретарь, вторая дама – делопроизводитель, ведет документооборот в электронном виде и архив. Цифровики  анализируют работу отрасли по своим направлениям, фактически негласно контролируют работу подразделений министерства, которые возглавляют, конечно же, люди, – для наглядности на собственном примере рассказывал министр.

Готовясь к двум последним встречам, Руслан Русланович перепахал информационные накопители. Поэтому рассказы хозяев мало интересовали его. Он знал, что цифровые копии  живут и работают не более 150 лет – примитивный искусственный разум не обеспечивал безошибочно все процессы жизнедеятельности. Если цифровик повреждался, то дешевле было не лечить его, а утилизировать, и изготовить новую копию.

Разум людей обеспечивал все эти процессы примерно пятьсот лет, после чего человек начинал дряхлеть, возникали проблемы с мышлением и психикой. В таком случае заказывалась его настоящая копия, а новый мозг перекодировался с учетом опыта и знаний, полученных в первой половине жизни.  Повторники, как их называли, пользовались большим спросом и авторитетом – молодое, атлетическое тело ничем не болело, а пятивековой опыт ценился очень высоко.

В  отделении, где пустые черепные коробки будущих роботов в буквальном смысле слова обеспечивались суррогатом человеческого мозга и глазами, Руслана Руслановича интересовало всё без исключения. Поэтому он попросил руководителя отделения показать весь процесс оснащения цифровиков и цифровичек искусственным биологическим мозгом. Руководитель отделения, достаточно еще молодой человек, знал о роли гостя в создании пятого человечества, и был рад помочь знаменитому гостю.

– К нам поступают стандартные биологические мозги, которые на хирургической линии помещаются в пустые черепные коробки цифровиков и соединяются с помощью хирургических автоматов со всеми жизненно важными органами. Таких автоматов у нас сорок штук, – показал руководитель отделения на ряд автоматов, работающих над черепными коробками. Потом  тела будущих цифровиков поступают на линию кодирования биологических мозгов. На головы цифровиков надеваются специальные устройства, которые вкладывают в мозги индивидуальную информацию. Если требуется нянечка для ухода за малышами, то ее мозги снабжаются необходимой ей информацией, а если нужен робот для работы на комплексе термоядерного синтеза в космосе, то совсем другой информацией. Кстати, вчера нам поступила заявка  для выпуска таких цифровиков, которые будут работать на наших комплексах, поставляемых вам.

– Скажите, в вашем отделении работают только люди? – спросил Руслан Русланович.

– Да, люди, кроме хирургических автоматов.

– Нам известно, что  роботы с цифровой планеты Z-3524 пытаются внедрить в биомозги ваших цифровиков вирусные приложения, направленные на  дестабилизацию положения на планете. Что вы предпринимаете для предотвращения этого?

– Откровенно говоря, мы несколько задержались с ответом на эту угрозу. Своими вирусами роботы с цифровой планеты успели заразить довольно большое количество наших цифровиков. Наши новейшие цифровики снабжаются таким антивирусным программным обеспечением, которое предотвращает внедрение вирусных приложений. Если они всё же внедрены, то у цифровика меняется поведение, ему нездоровится, и он вынужден обращаться в центры борьбы с вирусами, где производят очистку всего программного обеспечения. Сложность в том, что эти вирусы самосовершенствуются и способны внедриться в биомозги не только с электронной почтой, но и при пользовании гаджетами.  Враг изобретателен, но и мы не стоим на месте.

После кодировки цифровики поступают на участок тестирования, где проверяется всё программное обеспечение. Затем инженеры-тестовики составляют паспорт цифровика, вживляют соответствующий чип   между большим  и  указательным пальцем правой руки, а для цифровичек – левой. Только после этого их оживляют и отводят в учебное отделение, где их учат питаться и отправлять естественные надобности, как жить в человеческом обществе, как  относиться к людям и друг к другу и так далее. Примерно через месяц их забирают заказчики. К этому времени цифровики  

–  Я надеюсь, что меня ваши службы снабдят необходимыми методическими материалами и программным обеспечением, а также для модуля - кодировщика биомозга цифровиков, – сказал Руслан Русланович министру, обращаясь  к министру Ипоквилю.

– Само собой разумеется, – ответил тот и спросил гостя: – Уважаемый господин Орлов, как вы себя чувствуете?

– Я никак не привыкну к вашему климату, – дипломатично ответил Руслан Русланович и поблагодарил хозяев за интересный рассказ, наводя министра на мысль, что на сегодня знакомство с центром регенерации и изготовления цифровых копий исчерпало себя.

 

Глава десятая

 

В апартаментах королевского дворца Агидель Николаевна еще не появлялась, и Руслан Русланович вызвал камердинера и попросил соединить его с главой науки планеты Леонвилем.

– Я вас слушаю, ваше высокопревосходительство! – бодрым голосом отозвался местный суперкомпьютер, и на экране появилась голова главного ученого.

– Здравствуйте, уважаемый Леонвиль! Вы еще не встречались с нашим директором  Орловского института Робертом Дином?

– Мы готовы принять его в любой день и в любое время, но господин Дин, видимо, накапливает вопросы, –  шутливо ответил   Леонвиль.

– Да, он у нас основательный человек, – похвалил Руслан Русланович своего протеже. – У меня есть к вам вопросы. Мы пережили исчезновение в черной дыре Солнечной системы, и нас, откровенно говоря, страшит такая же ситуация с нашими планетами. Вы далеко обогнали нас в изучении процессов во Вселенной, и поэтому нам хочется спросить у вас: а не ожидает ли наши планеты нечто подобное в ближайшем будущем?

Леонвиль  нахмурился, потом вскинул голову, похожую на львиную, и сказал:

– Солнечная система - и наша родина, поэтому наши астрономы на квантовом суперкомпьютере чудовищной мощности смоделировали процессы на Марсе и Земле. Произошел квантовый скачок, Солнечная система перешла в пятое измерение, где исчезает время и пространство, материя очищается от своей истории и ноосферы, а потом исчезает в черной дыре. Она до этого поглотила созвездие  Центавр. Черная дыра со временем умрет, превратится в белую дыру, испускающую свет и материю. Произойдет взрыв сверхновой, вещество станет распространяться по космосу и формироваться в звезды, планеты, кометы, астероиды… Начнется новая жизнь материи. По нашим расчетам в ближайшие пятьдесят и даже сто  тысяч лет планетам Арс и Зея ничто подобное не угрожает.

– Спасибо за хороший прогноз.

–  Я могу передать вам видеофильм о судьбе Солнечной системы через Роберта Дина. Думается, он не будет лишним для жителей ваших планет.

– Мы будет признательны за такой щедрый подарок, – сказал Руслан Русланович и неожиданно для Леонвиля задал вопрос, ради ответа на который и затевался разговор. – Скажите, а какой у вас прогноз насчет будущего в этом плане Бриллиантовой империи?

Было видно, что Леонвиль даже вздрогнул от такого вопроса.

– Ваше высокопревосходительство, эти сведения составляют государственную тайну. Без разрешения его величества короля Дрэговиля я не имею права даже разговаривать с вами об этом. Если у вас нет других вопросов, то я желаю вам всего самого доброго.

И изображение Леонвиля на экране суперкомпьютера  исчезло. Руслан Русланович включил сканирование его мыслей.

«Этот землячок не так прост, как хочет казаться!.. Сам догадался или ему помогли?..  Он богочеловек, и только Создатель знает, на что его потомок способен… В их делегации должно быть немало работников спецслужб, и кто же из наших сболтнул лишнее?..  Надо доложить королю, у него вся полнота власти, пусть разбирается», – размышлял встревоженный глава ученых.

Далее сканировать мысли ученого смысла не было – и так было ясно, что подчеркнутое гостеприимство делегации неспроста. Они хотят заиметь в числе своих сторонников пять тысяч человек, составляющих элиту  двух планет, и через них добиться приглашения на планету Арс, на которой сейчас проживает около полутора миллиардов новых арсиан. Зея маленькая планета, там живет около пятидесяти миллионов переселенцев, а Арс – огромная планета, которая в два раза больше Земли и способна прокормить почти двадцать миллиардов человек. Но неужели они задумали переселить еще двенадцать планет своей империи? Это будет захват сильным слабого, а это война, которую постарается не допустить Галактический совет иерархов. Разве мало подходящих экзопланет  в Галактике? Надо посоветоваться с Атлантом, но возможна ли с ним связь на расстоянии сотен тысяч световых лет?

Он подошел к суперфлешке и стал вызывать Атланта:

– Я Руслан Орлов, вызываю Атланта… Атлант, я  Орлов… Атлант, я Орлов… Просьба ко всем, кто слышит меня: передайте Атланту, что его вызывает Орлов… Передайте Атланту, что его вызывает Орлов…

Космос молчал, вернее, отзывался ровным шумом  Тогда Руслан Русланович попытался выяснить, сколько может идти сигнал от Бриллиантовой планеты до планеты Рай, если использовать нуль-пространство и радиоплечо  с помощью автоматических ретрансляционных сетей. Ответ не обрадовал: почти семнадцать часов в одну сторону, а для обмена сообщениями потребуется около тридцати  четырех часов.

Деваться было некуда, Атланта следовало поставить в известность о планах руководителей Бриллиантовой планеты.  Не исключалось, что министр Ипоквиль специально с помощью диалекта сообщил своему подчиненному, что гость именно  с тех планет, на которые планируется переселить жителей Бриллиантовой планеты. Чтобы предварительно узнать его мнение перед тем, как предложить в обмен на высокие технологии переселить на Арс своих жителей?

Поэтому Руслан Русланович послал сообщение Атланту, что хозяева планируют переселение своих жителей на Арс, но оценку планам не дал. Сообщил как ставший известным факт и попросил Атланта выразить свое отношение к этой инициативе. И поставил ответ на запись  – не сидеть же часами в ожидании его возле суперфлешки. Сообщение наверняка станет известным руководству Бриллиантовой планеты, и мяч теперь на их стороне, подумал Руслан Русланович, будем ждать реакции.

Он позвонил Роберту Дину, благо тот находился в помещении штаба, и попросил его заглянуть к нему, поскольку есть разговор, который нежелательно вести по телефону.

– Ты обедал? – заглянула в его рабочую комнату жена.

– Нет, ожидал тебя.

– Давай пообедаем, – предложила Агидель Николаевна. – Только включи красную кнопку.

Руслан Русланович вызвал официанта и пошел в столовую. Жена сидела уже за столом и жевала какой-то овощ.

– Когда я злая, то готова съесть что угодно, – призналась она. – Сегодня я была в гостях у отъявленных феминисток. Представляешь, у них более восьмидесяти процентов детей воспитываются без участия родителей, другими словами – сирот при живых родителях. И это бабье считает своим великим достижением!

Официант принес обеденные наборы, открыл их и пожелал приятного аппетита.

– А можно мне принести  два пирожных? – неожиданно спросила Агидель Николаевна.

Официант удивился: чтобы дама просила за обедом  дополнительно два пирожных, такое у него случилось впервые.

– Вам два  пирожных?

– Да, мне.

– Пожалуйста, сейчас принесу, – сказал он и пошел, по всей вероятности, в пищеблок.

– Королева не вмешивалась в наш спор, но в душе, чувствовалось, была на моей стороне. Я им и выдала!.. У них модны однополые браки. А у нас, говорю им, это пройденный этап. Все наши основные религии не признают такие браки. Христианские религии приветствуют изображение Богоматери с младенцем на руках на иконах и картинах. Это символ материнства и женственности. Было время, и у нас были родитель №1 и родитель №2, или мама №1 и мама  №2, но люди отвергли такие семьи. Я сорок лет возглавляла парламент союзного государства, и мы  каждый год принимали новые законы ради укрепления традиционной семьи. И ты знаешь, что в ответ на это  сказала  главная баба? Губы сделала трубочкой и произнесла:  «Вы отстали от нас в развитии, поэтому не обращаете внимания на несправедливое предназначение  женщины рожать детей в мучениях, воспитывать их, словно самка животного. Мы освободили от этого женщин. И это великая наша победа!» Я не выдержала и сказала: «Вы так долго бежали впереди прогресса по спирали развития, что неожиданно для себя оказались сзади нас, отсталых туземцев!» И ты знаешь, как отреагировала королева? «Браво!» крикнула она и зааплодировала, повергнув бабье в полное смятение. Я и разошлась… «Когда женщина вынашивает под сердцем свое дитя, между матерью и ребенком устанавливается божественная связь, рождается материнский инстинкт и любовь к матери, вообще к родителям, к братьям и сестрам, формируется причастность и родственные  чувства к своему роду и народу. Без этого трудно представить патриота своей родины. Кроме того, вынашивание ребенка и его рождение благотворно сказывается на здоровье матери».  Опять губы трубочкой:  «У нас настолько развита медицина, что мы не нуждаемся в благотворном влиянии деторождения на женский организм». А вы когда-нибудь задумались над тем, что вы обездоливаете женщин, лишая ее самой сути  существования? И опять губы трубочкой: «Напротив, женщины у нас получают  больше свободного времени для раскрытия своего потенциала и играют в нашем обществе роль наравне с мужчинами». «Но вы уничтожили семью.  Когда у нас был фашистский путч, мы его победили, а потом стали задумываться над причинами победы, и пришли к выводу: победила семья. А она основа народного сообщества. У вас почти девяносто процентов в результате социального сиротства ущербных людей, с рождения индивидуалистов. Ведь они же больно чувствуют свое пожизненное одиночество – и так тысячу лет!? Что же это за достижение такое, которым впору не гордиться, а стыдиться! Вообще в прогрессе главное – не  оборзеть!»

Когда мы летели сюда, королева поблагодарила меня за разнос, который я устроила этому бабью, и сказала, что следующего наследника она обязательно выносит, родит и будет кормить грудью. Она рассудком понимает, что Дэвиль ее родной сын, а сердцем – нет.   И чувствует, что она для Дэвиля одна из женщин, а не единственная, которую можно назвать матерью.

Агидель Николаевна, рассказывая о посещении женского объединения, не забывала об обеде. Покончив с блюдами из набора, показала жестом, чтобы принесли пирожные. Разделываясь с ними, она спросила мужа о его делах.

– У меня дела тоже как сажа бела, – ответил он и рассказал о том, что он случайно узнал: на Бриллиантовой планете подумывают или уже планируют переселиться к ним на Арс.

– Им целого космоса мало? Сколько экзопланет, а  у них весь белый свет клином сошелся на нашем Арсе? Что-то не верится мне…

– Я получил косвенное подтверждение. Леонвиль расписал мне, что Арс  и Зея просуществуют минимум пятьдесят тысяч лет, а то и все сто. Но на мой вопрос о перспективах Бриллиантовой планеты  заявил, что это государственная тайна. Я послал сообщение Атланту о таких планах, без моей оценки. Ответ будет через тридцать четыре часа, если радиоплечо сработает. Мое сообщение они наверняка засекли, и нам впору ожидать их реакции на него.

– Подождем, – сказала  Агидель Николаевна и решительно встала из-за стола.

На выходе из столовой Руслана Руслановича остановил расстроенный чем-то   камердинер.

– Ваше высокопревосходительство, к вам пытался пройти член вашей делегации некто Роберт Дин. Он задержан   охраной дворца.

– Как задержан? – возмутился Орлов. – Он один из моих заместителей, я его вызвал к себе. На каком основании его задержали?

– На пропуске у него нет специальной отметки дворца.

– Так скажите охране, чтобы она эту отметку ему поставила. Я его жду в своей рабочей комнате. Проводите его ко мне.

Камердинер бегом отправился выполнять поручение королевского гостя, а тот сказал своей жене:

– Что за день сегодня…

Роберт Дин удивился, когда его часовой отвел к начальнику караула. Пошли расспросы, кто он, к кому идет, но так как Роберт не знал местного языка, то они затянулись. Наконец, начальник караула понял, к к кому он идет. Но сообщать Руслану Руслановичу не спешил. Роберт настаивал на том, чтобы  доложили Орлову о том, что его задержали. Появился незнакомый человек, судя по всему, человекоподобное цифровое существо, которое стало открывать рот и якобы подносить ложку ко рту. Роберт расценил это, как приглашение отобедать у них или придти  после обеда, который неизвестно, когда начался и когда закончится. Потом цифровое существо исчезло и вскоре появилось, произнесло начальнику караула какие-то строгие слова и пригласило Роберта в лифт.

Супруги Орловы от души хохотали, когда он изображал свои приключения в караулке и сопровождал своим комментарием.

- Замечательно, Роберт, что вы за многие десятилетия аппаратной работы не утратили чувство юмора. Мы их языки знаем, нам проще, а как вы общаетесь?

– Очень просто. У них есть электронные переводчики, хозяева и гости подключают свои наушники к нему, хозяин устанавливает «Арс-Рус» и дело пошло. Хорошая штука: человек-переводчик иногда не переведет какую-нибудь руководящую глупость,  а железо рубит правду-матку.

– Роберт, вы присаживайтесь за круглый стол, – пригласила Агидель  Николаевна присесть и от души задала вопрос: – А хотите выпить чашечку изумительного чая, который подарила нам королева? У меня и лимон есть, и шоколадные конфеты…

– С огромным удовольствием, мне их приторные соки и напитки уже приелись.

– Сейчас организуем, – Агидель Николаевна, как молодка, лихо обернулась на месте и исчезла за портьерой, украшавшей дверь.

– Сегодня мне стало известно, что здешние вынашивают планы переселения своего населения на Арс, – сообщил Руслан Русланович. – А вместе с ними  больше миллиарда цифровиков.

– А я думаю, отчего здесь бесплатного сыра так много! Что не попросишь – пожалуйста, будьте любезны. Они так самоуверенны, что и мышеловку не  очень драпируют?

– Нет, это случайно  получилось. Один министр своему подчиненному отрекомендовал меня как гостя с того самого Арса, на который они собираются переселяться. На каком-то диалекте, между прочим, сказал, но он не знал же, что богочеловек знает все языки Галактики, и получилось, что он проболтался. Я хотел окольным путем выведать их планы насчет нас у местного начальника науки некоего Леонвиля, который, к слову сказать, в ожидании твоего визита. Он сказал, что пятьдесят тысяч лет, а то и все сто тысяч, Арсу ничего не угрожает. Когда же я задал вопрос о перспективах Бриллиантовой планеты, то он заявил, что это  государственная тайна и свернул разговор. Для тебя персональное задание: пообщаться в ближайшие день-два с астрономами не очень высокого полета и узнать перспективы Бриллиантовой планеты. Им нет дела до каких-то тайн… Государственные тайны придумывают политики. А вот и чай…

 

Глава одиннадцатая

 

За завтраком король был необычно задумчив и молчалив. Явился он в полевой форме главнокомандующего и обдумывал предстоящую военную операцию. Стол вела, если так можно выразиться, королева Ингрид. Расхваливала выступление Агидели Николаевны в ассоциации женских организаций.

– Она напомнила нам, что мы женщины, – говорила она. – Действительно, наши дамы превратились в некие бесполые существа – не мужчины и не женщины в полном смысле слова. Со стороны, разумеется, виднее, насколько это неправильно и как сказывается на настроениях в обществе. А оно у нас рациональное, сугубо технократическое, скупое на нежные чувства. Для веселия планета наша мало оборудована – так, если я не ошибаюсь, выразился земной поэт Маяковский?

Вопрос королевы заставил гостей переглянуться друг с другом – образованность и осведомленность королевы в земных делах была поразительна.

– Мы, наверное, единственный в Галактике народ, не верящий в сказки и вымысел, – заметил король. – Для нас с детских лет главное – точный расчет для достижения поставленной цели. Мы нация великих математиков, а не поэтов.

– Не повредили бы нам и великие поэты.  А то ведь многие из нас – ходячие сухарики.

– Мы тоже в свое время ставили на технократов, полагая, что у них вся истина. А потом поняли, что у них только половина истины, а другая половина  у поэтов, художников, людей искусства. И оказалось, что образное мышление, которое присуще людям искусства, художественное постижение действительности так же необходимо, как научное, рациональное. Оба метода постижения действительности дополняют не противоречиво, а гармонично  друг друга, – сказала Агидель Николаевна.

– Да вы и великолепный философ! – воскликнула королева.

– Спасибо за комплимент! – ответила Агидель Николаевна и посмотрела на мужчин, явно намекая им, что  женщинам приходится самим, без их помощи, обмениваться комплиментами.

Перед дворцом их ожидали военные помощники короля и красавец из мексиканцев Мигель Гарсиа – будущий министр обороны планеты Арс, которого рекомендовал постаревший генерал Уральский. На высокого военного в полной форме с орденами и медалями здесь все обращали внимание. Руслан Русланович представил Гарсиа королю. Будущий министр щелкнул каблуками и отдал честь.

– Ваша специализация?  – спросил король у Гарсиа.

Тот не понял вопроса, потому что не знал местного языка. Пришлось переводчиком побыть Руслану Руслановичу.

– Воздушно-космические войска, – ответил Гарсиа.

– Как раз то, что сегодня нам нужно, – сказал король и пригласил всех в свой золотистый планетолет.

Летели недолго. Когда покинули столицу, планетолет плавно спустился, влетел в просторную пещеру и остановился. Потом они спускались  на лифте, пока не оказались в круглом зале штаба космической обороны. Дежурный генерал доложил королю о поведении малой планеты номер такой-то и пригласил всех на пульт управления. Когда все уселись перед огромным  панно, изображавшим, судя по всему, участок дальнего космоса, то перед Мигелем Гарсиа появился автоматический переводчик.

– Наберите язык, на котором будете разговаривать, и наденьте наушники, – подсказал ему Руслан Русланович, расставшись с неуместной в данной обстановке обязанностью переводчика.

Перед панно появился другой генерал с четырьмя звездами на погонах,  с лазерной указкой в руке и обратился к королю:

– Разрешите доложить обстановку, ваше величество?

– Докладывайте.

Генерал, вероятно, это был сам командующий штабом космической обороны, толково доложил параметры полета малой планеты, и возможные последствия столкновения с одним из искусственных светил или даже с самой Бриллиантовой планетой. В сложившихся обстоятельствах предлагается…

– Пока не продолжайте! Генерал Мигель Гарсиа, ваши действия?

– Ваше величество, у меня мало данных для принятия безошибочного решения. Кроме того, я не знаю, чем располагает наша оборона, – ответил будущий министр.

– Я доволен вашим ответом, благодарю, – сказал король.

– Служу Союзу государств планеты Арс!

– Вот и хорошо. Служите и дальше. А располагаем мы пузырем Мигеля Алькубьерре и сотней мощнейших варп-двигателей, способных доставить пузырь к малой планете со сверхсветовой скоростью. Штаб космической обороны, слушайте приказ. Направить пузырь с пятьюдесятью варп-двигателями к малой планете!

Король подождал, пока исполнители  выполнят приказ, и продолжал:

– Пятьдесят два года тому назад планете Арс угрожал столкновением астероид. Но бомбардировать его не стали, потому что миллионы осколков могли нанести вред б`ольший, чем сам астероид. Он врезался в Южный океан,  возникла гигантская волна, унесшая жизни почти ста тысяч человек. Таков печальный результат отсутствия соответствующих средств защиты. А мы посадим пятьдесят двигателей-гигагантов, и они, включаясь друг за дружкой при определенном градусе вращения малой планеты, скорректируют ее орбиту. Вот и весь секрет нынешней операции. Таких операций мы осуществили многие  десятки. И ни разу не допустили какого-нибудь сбоя. А поскольку это так, то мы покинем штаб космической обороны, не будем мешать выполнять боевую задачу.

Когда они прилетели к дворцу, король предложил Руслану Руслановичу прогуляться во внутреннем парке. Там среди буйства всевозможных цветов Дрэговиль повел гостя к своему любимому месту  – к  мраморному столу в окружении дорогих кресел, которые были спрятаны в зарослях сине-белых орхидей. Здесь же был  чудесный фонтан, вскипающий  фантастическими тюльпанами всевозможных расцветок.

– Дорогой мой друг, вчера вы интересовались перспективами нашей планеты, –  без всякого вступления начал король. – Да, эти сведения составляют государственную тайну для населения двенадцати планет нашей странной империи, но не для вас, наших космических родственников. В свое время мы защитили двенадцать планет от вторжения агрессивной цивилизации. В результате возникла наша империя, главной особенностью которой является одна планета-донор и двенадцать планет-нахлебниц. Донор –  это Бриллиантовая планета, которую гуманоидное население двенадцати планет пренебрежительно называет Тринадцатой планетой. Если отсталое и ленивое население  планет-нахлебниц узнает, что Бриллиантовая планета примерно через двести лет совершит квантовый скачок и перестанет существовать, то в империи, не исключается, начнутся тяжбы и раздел имущества, возможны и военные выступления.

Перед нами встала проблема поиска нового дома в космосе. Изучили десятки планет, но свой выбор пока остановили на Арсе. Надо сказать, что  к Арсу давно присматривались, но вы опередили нас. Никаких претензий к вам у нас нет – вам срочно надо было покинуть Солнечную систему. Что нас привлекает? Естественные и благоприятные условия существования для людей. Размеры Арса, наличие свободных площадей и огромные запасы воды, которая, как основное сырье на наших предприятиях в космосе синтезируется в необходимые нам металлы и композиты. Устраивает нас и то, что Арс населяете вы – наши родственники  по Марсу и Земле. Мы могли бы создать гармоничное объединение, которое у нас не получилось.

Рано или поздно, мы  начнем переговоры об этом. Наши специалисты очень высоко отзываются о членах вашей делегации, они, как губка, впитывают новые сведения, очень активны и деятельны, настроены  дружелюбно и уважительно к нам.  Я поздравляю вас, дорогой мой друг, как автора пятого человечества, освобожденного от агрессивности. Но сосуществование на одной планете разных цивилизаций, хотя и родственных генетически, – это очень непростая проблема. Будем считать, если вы не возражаете, сегодняшний наш разговор началом переговоров между нашими народами по этому вопросу.

– Не возражаю, мой дорогой друг, но я  лицо неконституционное, у нас парламентская союзная республика, поэтому было желательно начать переговоры между представителями наших парламентов, – сказал Руслан Русланович.

– Но вы, мой дорогой друг, больше, чем конституционное лицо, без вашего одобрения не принимается ни одно важное решение!

– Так было совсем недавно, когда почти полвека возглавляла парламент Агидель Николаевна. Но она отошла от дел, воспитав достойных  преемников, а я тоже все больше переключаюсь на научную работу. Мне пришлось заниматься организационно-административной деятельностью  в связи с острой необходимостью, а не по желанию.

– У вас огромный опыт государственной и научной деятельности и мне хотелось бы узнать ваше мнение о нашем  намерении переселиться на Арс.

– Тяжелый вопрос, – вздохнул Руслан Русланович. – Преимущество очевидно: с вашей помощью мы стремительно преодолеем наше технологическое отставание. Сложнее с  недостатками и опасениями. Мы хорошо знаем, что на Земле между народами было около двадцати тысяч войн. Между родственными или соседними народами.  Какие гарантии того, что вместо создания гармоничного общества,  вы  или мы не возьмемся за оружие? Никаких. У нас говорят: благими намерениями дорога в ад вымощена. Мы не только находимся на разных уровнях развития, мы разные цивилизации с разной ментальностью. Пример тому: встреча моей супруги с руководством ваших женских организаций. Разные взгляды на воспитание, образование, организацию быта, государственной власти и так далее и тому подобное. У нас есть пословица: семь раз отмерь, а один раз отрежь. В нашем случае и семьсот семидесяти семи раз маловато.

– У вас пессимистический взгляд на проблему…

– Это не пессимизм, а осторожность. Я не противник нашего сближения и сотрудничества, напротив, его сторонник, но как бы нам здесь не промахнуться и не превратить наши государства во врагов. Нужны варианты, модели, четко продуманные цели и дорожные карты, ведущие к их достижению. Могу предложить сразу, как говорится, навскидку совместное освоение планеты Айгуль. Она от Зеи всего в полутора световых годах. Николай Орлов до конца не освоил свою планету, а нацеливается уже на Айгуль. Она копия Земли. Там прекрасная атмосфера и магнитное поле, одно Солнце, низкий уровень радиации, огромные запасы всевозможного сырья. Почему бы нам не освоить ее совместно? Наше участие, поставка  необходимых материалов, не возить же их с другого конца Галактики, могло бы быть платой за высокие технологии. Когда у каждого медведя своя берлога все же лучше, чем одна берлога на двух медведей.

– Простите, пожалуйста, а что такое медведь? – неожиданно спросил король.

– Это крупный лесной зверь, если имеем в  виду бурых медведей. А есть еще полярные белые медведи. Я попрошу своих помощников подарить вам пару видеофильмов о медведях. У нас огромное количество сказок о медведях, поговорок и пословиц. Когда мы переселялись на Арс, то привезли с собой и бурых, и белых медведей.

– Да, действительно у наших народов разный менталитет, – задумчиво произнес король. – Мы не верим в сказки, и у нас нет медведей.

– О чем я и говорю, дорогой мой друг!  Нам притираться и притираться друг к другу!

– Я предлагаю создать делегации для переговоров.

– Не возражаю. Но с вашей стороны должны быть сформулированы предложения по существу.

– Считаю, что сегодня мы обед заработали, – засмеялся король и встал со скамьи.

«Ещё как заработали!» – мысленно воскликнул Руслан  Русланович. Он ожидал ответа со стороны руководства Бриллиантовой планеты, но не ожидал  его от короля, да еще в такого откровенного. Было о чем задуматься…

 

Глава двенадцатая

 

После завтрака королева Ингрид пригласила Агидель Николаевну,   Марион и Агидель-младшую посетить институт физики планеты, который располагался в нескольких сотнях километров от столицы. Для королевского планетолета это было не расстояние, всего несколько   минут стремительного полета – вначале набирали скорость, а потом снижали ее, и  вскоре летательный аппарат опустился на площадке перед несколькими кубическими зданиями явно производственного назначения. Гостей встретила седовласая дама в годах, она же директор института Овгрид, которая  обняла королеву как старую подругу.

Перед тем как зайти внутрь ближайшего здания, директор института показала на холм вдали, который курился паром.

– Это наш вулкан номер 6, а всего их на планете 64. Он, как и все другие вулканы, изливается серной кислотой, которая порождает туман, похожий на пар. Кислота собирается в искусственное озеро в виде  кольца из бетона, обработанного расплавом стекла. Вокруг кольца построены предприятия, превращающие серную кислоту в минеральные удобрения,  моющие средства, красители и другую продукцию. Наш институт наблюдает за действием вулкана номер 6, за остальными  – тоже, – начала экскурсию  начала директор института и пригласила всех войти в здание.

– Директор Овгрид считается у нас матерью хорошей погоды, – отрекомендовала королева свою подругу.

– Спасибо, ваше величество, – ответила на комплимент директор и предложила не подниматься на смотровую площадку, поскольку с нее  нельзя увидеть то, что есть в видеофильме, который можно посмотреть в ее кабинете.

В кабинете, уставленном многочисленными зелеными растениями, цветущими всевозможными цветами, был накрыт стол с напитками и сладостями. Директор пригласила дам угощаться, а сама взяла в руки пульт - и тут же посреди кабинета возникло трехмерное изображение горловины вулкана с кипящей в ней серной кислотой.

– Кажется, что вулкан  кипит, на самом же деле  это кислород вырывается  из глубин вулкана, где, по-нашему предположению, железистые руды вступают в реакцию с концентрированной серной кислотой, – Овгрид на несколько секунд сделала паузу, чтобы гостьи полюбовались реакцией в глубине вулкана.

– Наверное, недалеко отсюда находится ад, – заметила Агидель Николаевна.

– А что такое ад? – спросила директор.

– Место в преисподней, где после смерти грешивших людей их души варятся в кипящей смоле или серной кислоте, поджариваются на огромных сковородках…

– Мы религиозные воззрения не комментируем, они иррациональны и мистичны, – сказала директор и хотела продолжить свою лекцию, но королева попросила разрешения задать Агидели Николаевне вопрос.

– Следовательно, ваши грехи с адом перешли в другое  измерение или исчезли в черной дыре? – спросила она.

– Да, ваше величество, теперь мы можем грешить заново, – под смех присутствующих заявила Агидель Николаевна.

– В юморе вам не откажешь­,–  заметила директор, имея в виду Агидель Николаевну, и продолжила свой рассказ. – Вы, должно быть, заметили, что у нас постоянно тепло. Результат реакции в глубинах планеты. Тепло вместе с кислородом поднимается вверх, создавая благоприятный климат через нагревание почвы. У нашей планеты нет никаких плит, планетарная кора лежит на расплавленной магме из железистых соединений,  концентрированной серной кислоты и некоторых других элементов. Поэтому у нас нет колебаний коры, возникновения гор и впадин – у нас ровная поверхность и одна и та же толщина планетарной коры. Железистые соединения помогают возникновению магнитного поля планеты, предотвращающего гибель всего живого от ультрафиолетового космического излучения. Магнитное поле также удерживает атмосферу на планете. Мы готовы поддерживать магнитное поле на необходимом уровне, чтобы не произошел срыв атмосферы с планеты, как это произошло на Марсе. Для этого у нас создана система мощнейших электромагнитов, но пока в них нет нужды.

Состав атмосферы мы научились успешно регулировать. В одном из зданий института работает суперкомпьютер, который принимает показания многих сотен автоматических станций со всей планеты. Если обнаруживается недостаток какого-либо газа, то дается команда добавить его в атмосферу. Если наблюдается превышение, то снижается поступление его. Если идет превышение углекислого газа, то станции отсасывают его из атмосферы, сжижают, освобождают кислород, а углерод отправляют на пищевые комбинаты.

Давление атмосферы у нас поддерживается на наиболее благоприятном уровне.

Для нормальной жизнедеятельности растений требуется много влаги. А ее у нас недостаток. У нас на орбите мощнейшие термоядерные синтезирующие производства, которые на атомном уровне изготавливают предметы из металлического водорода, вообще выпускают множество металлов и композитных материалов. Для этого требуется огромное количество воды. Наши космические корабли охотятся за кометами и астероидами, содержащими лед, доставляют его на синтезирующие производства. На планете влага содержится только в верхнем слое почвы, ее приходится пополнять с помощью искусственно вызываемых дождей. К сожалению, рек и морей, а тем более океанов, у нас нет.

– А  водные животные и рыба у вас есть? – спросила Агидель Николаевна.

– Рыба у нас есть, в озерах, но является больше предметом изучения, а не потребления. Рыбные деликатесы изготавливаются в достаточном количестве на пищевых комбинатах. 

Когда они вышли на открытый воздух, чтобы познакомиться с подразделениями института, произошло небольшое происшествие.   Во внутреннем дворе было сухо, растениям, судя по поникшим листьям, не хватало воды.  «Сапожник всегда без сапог», – подумала Агидель Николаевна. Неизвестно откуда возник вихрь, поднял в воздух усохшую листву и пыль, и надо было такому случиться ­– запорошило королеве глаз. К ней подскочила охранница, неотступно следующая за нею, стала выуживать уголком платка попавшую порошинку из августейшего глаза. Испугалась и директриса, которая стала вызывать врача.

Агидель Николаевна вдруг подняла глаза к небу и, не зная, как это получилось, решила вызвать дождь. Небо мгновенно нахмурилось, потемнело над вулканом, где заблистали быстрые короткие молнии, и на институт хлынул ливень. К этому моменту порошинка была извлечена и все, смеясь и шлепая по мокрому бетонному тротуару, побежали под козырек ближайшего здания. Только Агидель Николаевна не стронулась с места – закрыв глаза, она подставила лицо под струи ливня и наслаждалась прохладой.

Никто не понял, что она вызвала ливень, все были заняты глазом королевы, но Агидель-младшая поняла, кто устроил неожиданную грозу и лавину воды с неба.

– Пра, – шепнула она прабабушке на ухо, – это было круто! Научишь?

– Для зтого тебе надо стать богиней воды.

– Я стану, только научи...

Обе Агидели переглянулись, услышав объяснение директора института о причинах неожиданного ливня. Вихрь промчался над датчиком вызова дождя, и поэтому в небо ракетой  автоматически было доставлено вещество, вызывающее срочное выпадение осадков. А поскольку  дождь мог быть кислотным  и сказаться на здоровье гостей, то им срочно следует принять душ и сдать одежду для стирки и обработки.

 

Глава тринадцатая

 

До ужина Руслан Русланович продолжал знакомиться с информационными накопителями, обращая внимание на гуманитарные и бытовые вопросы. Иными словами на то, с чем придется столкнуться арсианам, если переселение состоится. Было странно, что у родственников по Солнечной системе фактически не было философии, хотя провозглашалась цель  создать гармоническое общество путем обеспечения всех запросов людей. Поскольку цифровики не пользовались гражданскими правами, а фактически были полулюдьми,  обладали пусть примитивным, но все-таки сознанием, общество  на Бриллиантовой планете практически было рабовладельческим. Рабовладельческая гармония? Смешно. Тем не менее,  в Афинах, считавшихся демократическим государством, были рабы.

Арсиане, создавая свои совершенные роботы, награждали их искусственным интеллектом, но не сознанием. Значит, искусственный интеллект – это не сознание? Но от искусственного интеллекта до сознания всего один шаг, вернее, шажок? И тогда природа общества резко изменяется, переходит в стадию рабовладельческого? Сознание не может не изменяться и совершенствоваться, следовательно, цифровики могут из полулюдей превратиться в людей? Именно этой цели пытаются достичь цифровики с планеты Z-3524?

Видимо, древние генные инженеры с планеты Арс наделили пралюдей на Земле началами сознания, которое стало началом формирования человеческой цивилизации. Древние генные инженеры погибли, а человечество развивалось, погибало и возрождалось, пока не создало    пятую цивилизацию? Если это так, то впереди у населения Бриллиантовой планеты нечто подобное феодализму, а дальше – всё в соответствии с марксизмом?

Если у пятого человечества непроизвольно возник нечаянный коммунизм, а ответной реакцией на него был неонацизм, то у населения Бриллиантовой планеты  научно-технический прогресс неизбежно приведет к гражданскому противостоянию, к классовой войне? Их избежать можно, если наделить цифровиков всеми гражданскими правами? А это смена общественного строя, которая вряд ли обойдется без революции и вероятной  войны между людьми и цифровиками? А зачем арсианам соседство на одной планете с государством, у которого практически предсказуемое неприглядное будущее?

Вообще Руслан Русланович не испытывал восхищения прогрессом хозяев, более того, тяготился пребыванием на Бриллиантовой планете. Дело было не только в протокольных рамках, которых приходилось соблюдать всем Орловым, но и в том, что достижения оказались ожидаемыми, а вот рациональность жителей этой планеты была запредельной. Они считали себя людьми рациональными, rationalis homo, если прибегнуть к латыни, и гордились этим. Иными словами, они были ближе к  цифровикам, машинам с искусственным интеллектом, а не к гомо сапиенсам, пусть они и находятся на более низкой стадии развития. Возможно ли сближение, какой-то компромисс между двумя родственными расами детей Солнечной системы?

О многом передумал Руслан Русланович, ожидая к ужину сына Николая с женой, Роберта Дина и, естественно, свою супругу, которая задерживалась с возвращением из института физики. Из них только Агидель Николаевна знала причину собрания такого узкого круга.

Когда все собрались, Руслан Русланович вызвал официанта, попросил накрыть стол в столовой на пять персон и предложил жене достать из холодильника бутылку русской водки.

– Для энергичности разговора, – объяснил он  супруге, и обращаясь теперь ко всем, сказал, что ему уже надоело пить местную зеленую бурду. И добавил, что режим секретности включен, так  что подслушивание благодаря суперфлешке исключено.

– Я пригласил вас для обсуждения проблемы исключительной важности, – продолжил Руслан Русланович. – Дело в том, что Бриллиантовой планете грозит судьба Солнечной системы.

– Да, это так, – вступил в разговор Роберт Дин. – Сегодня  я общался не только с руководством, но и рядовыми сотрудниками астрономического института. Мне, вроде бы по секрету сообщили, что их планете до квантового скачка не более двухсот лет.

– А мне сегодня король Дрэговиль предложил провести  официальные переговоры на предмет переселения населения Бриллиантовой планеты на Арс или Зею, – сказал Руслан Русланович и сделал паузу, чтобы присутствующие хоть как-то смогли обдумать его слова.

Пауза затягивалась. Все были ошеломлены новостью.

– И всё-таки бесплатный сыр в мышеловке, – произнес Роберт и отхлебнул из рюмки.

– Никакого бесплатного сыра и никакой мышеловки! – возразил Руслан Русланович. – Бриллиантовая планета оказалась в тяжелом положении. Естественно, власти ищут оптимальный выход. Надо еще иметь в виду, что двенадцать планет, входящих в империю, не очень лояльно относятся к своему донору, именуют Бриллиантовую планету Тринадцатой планетой. Король Дрэговиль настроен расстаться с двенадцатью нахлебниками, тем более  что  им не грозит никакой квантовый скачок. И просит нас держать его планы в строжайшем секрете. Население двенадцати планет не является родственниками населению Бриллиантовой планеты, поэтому, если оно узнает о планах короля Дрэговиля, могут быть большие неприятности.

– Но мы тоже очень разные! – воскликнула Агидель Николаевна. – Генетически мы родственники, но в остальном…

– Я поддерживаю мнение Агидели Николаевны, – заявила Марион. – Мне, как министру по гуманитарным проблемам и делам искусств планеты Зея, понятна разница между населением Бриллиантовой планеты и нами. Они сугубые рационалисты, как ни странно, у них не развита и не развивается духовная сфера. Духовность религиозная у них номинальная, нужна церковь, но и пусть будет. Все равно она большого значения не имеет. Духовности гражданской, так сказать, мирской тоже практически нет, поскольку искусств, в нашем понимании, тоже нет. Отсутствует художественная литература, следовательно, нет театра, нет изобразительного искусства, его место занимает фотография, есть только королевский оркестр – на планете никто не поет. Птиц даже нет, хотя это из другой оперы. Нет фольклора, дети в детстве не слышат сказки, эстетично для них то, что целесообразно. Они сугубо рациональны, я не представляю, как можно нам уживаться с такими соседями. Откровенно говоря, мне их очень жаль, но навязывать наш образ жизни и мышления было бы величайшей глупостью.

– А что скажет президент планеты Зея? – спросил Руслан Русланович, обратившись к сыну официально.

Николай  Орлов тяжело вздохнул и отложил в сторону вилку.

– Ясно одно: Бриллиантовая планета в тяжком положении, а мы в связи с этим вновь оказались перед судьбоносным выбором. От нашего решения зависит очень многое. Мы две ветви одного прачеловечества. Объединить нас сейчас в одно человечество невозможно – мы слишком разные. Механическое соединение навредит и нам, и им. У нас есть опасная перспектива, которой у них нет –  попасть в зависимость вначале технологическую, а потом потерять и государственную независимость. На это мы категорически не пойдем. Если  будет такая попытка, то она закончится кровопролитной войной.

У нас очень мало данных для принятия решений. Люди Дрэговиля подготовят предложения к нам. Будет замечательно, если при этом они объяснят свои мотивы. Но нам необходимо свое объяснение. Мне, к примеру, непонятно, почему бриллиантцы, да позволен будет такой неологизм,  изучив множество экзопланет, остановили свой выбор на Арсе и Зее? Они заболели ностальгией по родным людям, устали от своего космического одиночества? Или они видят в нас свое будущее, желают стать такими в гуманитарном смысле, как мы? Или технический прогресс имеет какие-то пределы, о которых мы и не догадываемся? Или попросту надоело жить на Тринадцатой планете, где всё искусственное? А планета действительно тринадцатая, технократическая, несчастная… Я бы не согласился  здесь жить, и считаю дни, сколько нам осталось здесь просуществовать.

Нам необходимо внести поправки в наши домашние заготовки по изучению планеты. Это в первую очередь касается бригад объединенного Орловского института. Нужны социологические и иные исследования рядовых бриллиантцев, надо выяснить, чем они живут и чем дышат. Пока мы знакомимся с элитой планеты, а нужны глубокие замеры. Будет не лишним, если сегодня же мы в штабе вместе с вами, Роберт, проведем инструктаж руководителей институтских бригад. А завтра побываем у Леонвиля и вытрясем из него нужные нам исследования и данные.

Суперфлешка, которую Руслан Русланович принес в столовую, стала излучать все цвета радуги и издавать музыкальные позывные.

– Иерарх Атлант сообщает почетному иерарху Орлову. Иерарх Атлант сообщает почетному иерарху Орлову…

Руслан Русланович нажал кнопку, и перед присутствующими возникла  голограмма Атланта. Резкость из-за громадного расстояния была не лучшего качества, но голос, несмотря на помехи, был узнаваем.

– Здравствуйте, Руслан и Агидель. Я рад, что пребывание вашей делегации на Брильянтовой планете эффективно и успешно. У меня нет ни малейших оснований не доверять королю Дрэговилю. Мы с ним старые друзья. Я знаком с ним со времен войны в созвездии Гончих Псов. Тогда он был наследным принцем и командовал флотилией боевых звездолетов. С его планами переселения я знаком. Не вижу в них ничего предосудительного, но вам на месте вместе с коллегами виднее. Жду новых сообщений. Передавайте привет королю Дрэговилю и королеве Ингрид. Обнимаю, ваш Атлант. Конец сообщения.

– Вот так. Вы на месте, принимайте решения сами. – прокомментировал сообщение Руслан Русланович. – Откровенно говоря, я другого и не ожидал, – он сделал паузу, а затем продолжил. – Вся полнота ответственности ложится на нас. Пока мы слышали о тактических аспектах нашей подготовки к переговорам, а нам надо решить стратегический вопрос. Мне представляется, что мы должны предложить бриллиантцам переселиться на планету Айгуль. Придется президенту Зеи и парламенту планеты отказаться от планов ее колонизации. Зато это гарантия нашей государственной независимости в этой ситуации и перспективы добрососедского и родственного взаимодействия…

В столовой появился камердинер, попросил извинения у присутствующих и передал приглашение их величеств их высокопревосходительствам господину Орлову и госпоже Орловой вместе отужинать.

– Я думаю, что на сегодня мы достаточно поработали, – сказал в итоге Руслан Русланович. – Осталось решить судьбу планеты Айгуль. Если нет  особых возражений, то я  попрошу их величества от вашего имени обратить особое внимание на эту замечательную планету. Нет? Тогда до завтра. Спасибо за проделанную работу.

 

Глава пятнадцатая

 

В этот раз за завтраком шла речь о планете Айгуль.  После вечерней рекомендации Руслана Руслановича обратить внимание на нее королевская чета затребовала данные разведывательных полетов на эту планету и обнаружила, что ведомство королевы характеризовало ее, как абсолютно непригодную для переселения. Цифровики, попав на планету, пришли в ужас от обилия насекомых и диких животных, от непроходимых джунглей и лесов, от болотистой тундры и горных хребтов, от вулканов, извергающих пламя и потоки расплавленной магмы.

– Ваши величества, –  обратился Николай Орлов к хозяевам, –  эта оценка не имеет ничего общего с действительностью. Наши исследователи назвали ее Айгуль, что в переводе с татарского языка означает «Прекрасная, как цветок». У нас есть база на этой планете. Мы были намерены со временем заселить  её своими людьми, но уступаем ее вам.

Айгуль – точная копия нашей погибшей Земли. У нее и период обращения вокруг оси двадцать четыре часа – видимо, он определяется массой небесного тела. У планеты одно солнце, прекрасная атмосфера, необходимое магнитное поле, защищающее всё живое от ультрафиолета, практически земная сила тяжести. Есть реки и океаны с огромными рыбными запасами,  примерно пятую часть планеты занимает суша. По нашим расчетам сырьевые и пищевые возможности планеты позволяют обеспечить безбедную жизнь примерно восьми миллиардов человек.

 Мы подозреваем, что эта планета в свое время  начала заселяться земной флорой и фауной, не исключаем, что это было делом рук древних арсиан, погибших в термоядерной войне. К настоящему времени растительный и животный мир пришли к гармоническому равновесию.

– Какое гармоническое равновесие, если несколько наших цифровиков погибли от мелких насекомых, высосавших у них кровь! – воскликнул король.

– Дорогой мой друг, – вмешался в спор Руслан Русланович. – Эти мелкие насекомые – мошкара, которая в изобилии была в таежной части Земли, есть она и на Арсе. Просто надо знать, как защищаться от нее. Для этого существуют накомарники из мелкой сетки, препятствующей проникновению мошкары к открытым участкам тела. Не думайте, пожалуйста, что мы предлагаем вам то, что нам не нужно.

– Мы так не думаем, – заверил король, – но нам хочется  выяснить плюсы и минусы  возможного нашего переселения на Айгуль.

– Выяснить это  не удастся и за сотней завтраков, – Руслан Русланович развивал наступление. – Нужно организовать совместную исследовательскую экспедицию, изучить планету, выяснить плюсы и минусы, а  потом принять решение. Начало положено – база планеты Зея, которая уже имеет опыт колонизации Айгуль.

– У нас есть несколько документальных фильмов, снятых работниками базы. К сожалению, их не взяли с собой. Мы пришлем их вашим величествам и передадим вашей части экспедиции, если она будет организована, – пообещал Николай.

– Да, мы направим такую экспедицию на Айгуль, – сказал король. – Но это не снимает с повестки дня наше предложение переселиться на Арс и частично на Зею. Откровенно говоря, нам хотелось бы многое позаимствовать у вас. Вы живете более наполненной и интересной жизнью, чем мы, но труднее нас. Совместными усилиями мы найдем необходимый нам оптимум. А если мы будем жить на отдельной планете, это усложнит наш взаимообмен.

– Ваше величество, у нас говорят: глаза боятся, а руки делают, – вступила в разговор Агидель Николаевна. – Мы слишком разные, хоть и генетические родственники. Вы  пошли технократическим путем, отсюда ваши впечатляющие достижения. А мы развивались тоже технократически, но и не забывали о духовной сфере, гуманитарной составляющей. Для того, чтобы наши народы пошли общим путем, а я уверена, что так будет, потребуется опыт не одного поколения. У вас средний возраст тысяча лет, а у нас – сто восемьдесят – двести. Нам легче будет освоить ваши достижения, а вам – труднее будет освоить полезное из нашего образа жизни, поскольку переучиваться труднее, чем учиться. Но это не должно нас останавливать, мы обязаны пойти общим путем. В этом наше общее будущее.

– Трудно объяснить человеку, что такое снег, если он его никогда не видел, – сказал Руслан Русланович. – У вас тысячи поколений не видели снега. А с ним вам придется жить, потому что на Айгуль есть времена года – весна, лето, осень и зима. Есть климатические пояса – полярный, тундра, умеренная зона, субтропики и  тропики. В горах  внизу могут быть тропики, а на самом верху вечные ледники. На полюсах планеты – полярные шапки из толстого льда. Всё это  многообразие трудно  представить человеку, выросшему на стерильной планете, где круглый год одна и та же температура, нет никаких страшных животных и морозов, когда на лету замерзают птицы и падают на поверхность планеты. Это надо видеть и почувствовать, проникнуться причастием к такой жизни.

– У нас получился такой интересный разговор, что мы забыли о завтраке, – усмехнулся король. – А что скажет ее величество королева?

– У наших гостей огромный опыт переселения на другие планеты, – сказала королева. – Хотелось бы, чтобы они поделились им с нами. Причем сегодня с самой начальной стадии. Будет замечательно, если президент Николай Орлов вместе со своими учеными подскажет нам, кого надо, я имею в виду специалистов,  послать в комплексную  экспедицию, какие задачи перед ними поставить. Мы будем  с нетерпением ждать ваши документальные фильмы о планете Айгуль, уважаемый президент Орлов.

– Первым же звездолетом, отправляющимся к вам, фильмы будут доставлены, – заверил Николай. – В свою очередь, мы просили бы, ваши величества, дать четкие указания господину Леонвилю делиться с нами своими данными, а не ссылаться на государственную тайну.

–  Он ссылается на  тайну? – засмеялся король. – Дадим такие указания, не беспокойтесь. Мы благодарим всех за продуктивный разговор, который положил начало нашему сотрудничеству в деле переселения на новую планету. Спасибо!

После завтрака Руслан Русланович  попросил сына с женой заглянуть к ним на минутку. Все были возбуждены и испытывали удовлетворение от разговора с  королевской четой.

– Разговор был такой напряженный, что я не помню, что ел, что пил. Давайте-ка выпьем чаю с лимоном. Мать, у тебя в НЗ найдется коробка шоколадных конфет? – обратился он к жене.

– Найдется, – ответила Агидель Николаевна.

Руслан Русланович вызвал официанта и заказал ему четыре чая с лимоном.

– Николай, ты сейчас  идешь с Робертом к Леонвилю, так? Вытряхните из него все секреты. А планы у дам?

– Мы идем на встречу со студентами университета, – сообщила Марион.

– Только не проболтайтесь  у них  о переселении на Айгуль. Это по-прежнему секретная информация. Не мы ее засекречивали, не нам ее рассекречивать. Вот и чай…

– Какой здесь вкусный чай! – воскликнула Марион. – Я по природе своей кофеманка, но здесь полюбила и чай.

Прихлебывая с наслаждением чай, Руслан Русланович раздавал поручения. Сегодня к ужину Николай и Роберт должны представить состав специалистов в комплексную экспедицию от Бриллиантовой планеты, обсудив его с Леонвилем, а также примерный перечень оборудования. А кто будет осуществлять прививки бриллиантцам – они же вымрут от болезней! Оказалось, никто. И связи нет для того, чтобы дать указание приготовить тысяч пять прививочных комплектов. А нужно дать указание министерству здравоохранения  Зеи. Попросить Атланта? Вряд ли у него есть такая связь. Может, есть у военных? Вообще надо поставить этот вопрос перед королем – он руководит продвинутой в техническом плане цивилизацией, ему и карты в руки…

– Еще один вопрос, –  сказал Руслан Русланович. – Нам надо определиться с руководством нашей делегации на переговорах по переселению. Думается, что нам надо иметь два  соруководителя –  Николая Руслановича от Зеи и Агидель Николаевну от Арса. А уж вам надлежит  сформировать делегацию в количестве не больше десяти человек. Если нет особых возражений, завтра утром передаем состав делегации августейшим особам. Сегодня я постараюсь договориться с ассоциацией цифровиков о встрече с ними завтра. Приглашаю дам, если у них нет иных планов… Всё, наслаждайтесь чаем…

 

Глава шестнадцатая

 

Руслан Русланович на сегодня не  планировал никаких встреч, надо было разобраться с записками руководителей бригад, которые передал Николай, и сделать предварительные наброски того, что объединенная делегация планет планирует просить у властей Бриллиантовой планеты. Эти наброски были нужны для совместного заседания делегаций по составлению плана поставок технологий и оборудования на Арс и Зею.

Хотелось бы получить два термоядерных  синтезирующих производства для выпуска металлов и композитов. Никто из бывших землян не посетил их в космосе и не имел понятия, что они из себя представляют. Обслуживали их бригады инженеров-людей и специальные роботы, стойкие к высоким дозам радиации. Вряд ли у бриллиантцев имелись в наличии готовые к отправке производства. Скорее всего, запасные или сменные модули и всё. Следовало заказать такие производства и доставить их потом на планеты? Можно было вывести одно производство в космос для получения особо чистых металлов, а остальные построить на планетах?

Что можно будет привезти с собой? Один или два звездолета с новейшими двигателями, позволяющими сжимать впереди пространство и лететь со сверхсветовой скоростью? Не все пять тысяч человек вернутся домой. Придется оставить здесь  временные посольства, студентов для обучения в здешних вузах и бригады инженеров для углубленного изучения технологии. Тот же Зигфрид фон Кляйнмихель, уж на что конструктор звездолетов от Бога, а признался ему, что не понимает и не может понять как работают варп-двигатели Мигеля Алькубьерре.  А надо не только понимать, как они работают, а  наладить их выпуск.

Неплохо было бы привезти готовые пищевые производства, модули по выращиванию из стволовых клеток частей человеческого тела. На всякий случай и оборудование для рождения детей? Ведь эта технология позволяет быстро нарастить население – были бы только в достаточно количестве модули.

В дверь постучали, и в рабочую комнату Орлова заглянул озабоченный чем-то король.

– Разрешите, мой дорогой друг? Мне доложили, что вы никуда не поехали. Не заболели, мой дорогой друг?

– Спасибо, я абсолютно здоров. Остался, чтобы подвести кое-какие предварительные итоги  нашей работы. Ведь пора собираться в дорогу домой, а у нас столько неясностей.

– Каких именно?  Вы позволите мне присесть?

– Пожалуйста. Как я могу не позволить вам, хозяину дворца и  целой империи?

– Да очень просто. Так какие неясности?

– Уверяю вас, их много. Стоит ли вам вникать в такие детали?

– Стоит. Так какие неясности?

– Например, нам  хотелось бы освоить термоядерный синтез металлов  и композитов. Нужны два производства. А есть ли они   готовые у вас? Никто из наших не посещал ваши производства, не знает особенностей работы там. Нужно готовить наших специалистов по их обслуживанию, наладить производство специальных роботов, способных работать в условиях высокой радиации…

– Пока вам не нужно бывать на этих производствах. Сейчас у нас идет работа по созданию двух производств – для Арса и Зеи. На начальном этапе на них будут работать наши специалисты и роботы. Вахтовым методом. Параллельно будем на месте готовить ваши кадры. Производство сложнейшее и опасное, потому что есть риск получить термоядерный взрыв  на орбите. Нужно будет по нашей технологии организовать выпуск специальных роботов. Больше нескольких лет они не выдерживают, приходят в негодность.

– А если  построить производства на планетах? Места у нас хватит…

– Речь идет о получении сверхчистых элементов. А оно возможно лишь в космосе. Там же выпускается элементная база для суперкомпьютеров. Вы же не станете ограничивать себя в этой отрасли?

– Разумеется, не станем.

– Года  через два мы запустим термоядерные производства на орбиты ваших планет. Начнется подготовка кадров –  лет через пять вы сможете без нашей помощи обслуживать комплексы, а лет через десять –  строить их. Здесь спешить не надо, а времени у нас в запасе достаточно.

– Мой дорогой друг, у нас есть проблема, которую можете решить только вы. Я имею в виду обеспечение сверхдальней радиосвязью  Бриллиантовой планеты и наших планет. Вот конкретный пример. Вы готовитесь отправить на Айгуль комплексную экспедицию. Сейчас нам надо дать команду нашим  санитарным службам  подготовиться к проведению сложнейших прививок  вашим людям. Айгуль – не стерильная планета, там полно бактерий и вирусов, опасных для вас. Надо изучить их и найти способы как обезопасить ваших людей. Эту работу надо начинать сейчас, а связи у нас нет.

– Мы поручим премьеру решить этот вопрос.

Руслан Русланович неожиданно встал, прошелся  перед королем, задумавшись, а потом вдруг остановился перед ним и спросил:

– Дорогой мой друг, а вас Атлант не угощал русской водкой?

– А что такое русская водка?

– Алкогольный напиток русского народа. И не только русского! Россия была страной северной, вот люди согревались водкой. Хотите попробовать?

– Но у нас нет морозов.

– А водку пьют и в тропиках.

– Тогда попробую.

–  Подождите минутку, я сейчас.

Руслан Русланович  бросился в столовую, нашел в холодильнике охотничью водку и стал  искать подходящую закуску. В запасах Агидели Николаевны нашлась консервированная селедка, банка черного хлеба. «Картошечки бы сюда», – подумал он, но вместо картошки нашел пакет чипсов. Не то, но всё-таки из картошки.

Принес свои находки в рабочую комнату, выставил на стол и вызвал официанта. Тот незамедлительно появился, ждал указаний.

– Картошка у вас есть? Ну, потэйтоу жареная или вареная7

– Я не понимаю вас. Спрошу на кухне.

– Если найдется, то несите сюда в любом готовом виде. И накройте круглый стол. Принесите  пару бутылок минералки, фужеры, рюмки, тарелки, вилки, салфетки…

Король вертел в руках  бутылку водки, рассматривал этикетку, передававшую мотивы  знаменитой картины Василия Перова «Охотники на привале». Руслан Русланович как мог объяснил содержание этой картины, рассказывая гостю, что такое охота.

– Это любимое занятие мужчин. Во многих странах сохранились традиции и королевской  охоты  на зайцев, лосей, кабанов, волков… С собаками, верхом на лошадях, с загонщиками… Я пришлю вам обязательно подборку видеофильмов об охотах. Когда мы готовились к эвакуации с планеты Земля, то я часто бывал в Восточной Сибири на космодроме, и меня приглашали на выходные в тайгу на охоту. А тайга – это сибирский лес, – говорил  он, не забывая открыть банки с натуральной селедкой и настоящим черным хлебом.

– Есть огромное количество анекдотов про охотников. Вот один из них. Приглашают одного человека на охоту. «Да я не умею охотиться», – отказывается тот. А ему говорят: «А что тут уметь? Наливай да пей!» Вот и мы нальем и выпьем. Только я вам буду наливать немножко, поскольку у вас нет антиалкогольного гена, и вы можете быстро захмелеть. А у нас такой ген есть,   в процессе употребления водки образовался.

Руслан Русланович плеснул в рюмку короля немного водки, а себе налил полную, посоветовал ему  выпивать, не дыша, чтобы не поперхнуться и запивать минералкой, закусывать черным хлебом и селедкой.

– Ну, будем здоровы! Обязательно надо чокаться, чтобы не оскорбить кого-нибудь отказом, – поучал Руслан Русланович короля..

Он одним махом освободил рюмку и в заключение лихо крякнул.

Король вопросительно взглянул на него и получил ответ:

– Крякать необязательно, а закусывать надо.

Король попытался последовать примеру Руслана Руслановича, но только поперхнулся и запил неудачу минералкой.

– Между первой и второй промежуток небольшой! – провозгласил Руслан Русланович и налил рюмки. – Только аккуратно пейте, дорогой мой друг, не следуйте моим дурным примерам. И опять будем здоровы1

На этот раз король успешно справился с рюмкой, запил водой и удивился, что внутри у него разливается тепло.

– Закусывайте, мой дорогой друг, закусывайте селедочкой и черным хлебушком. А вместо картошки хрустите чипсами…

– Ой, как вкусно! – воскликнул король. – И всё вокруг меня колышется…

– Это ударило по шарам.

– По каким шарам?

– Считается, что в голове вращаются шарики, вот по ним и ударило.

– А я хочу, чтобы еще ударило по шарам!

– Нет, надо вначале закусить.

– Закусываю, – откликнулся король, нанизывая кусочки селедки вилкой.

– Теперь надо выпить на брудершафт, – объявил Руслан Русланович.

– А что такое брудершафт?

– С немецкого переводится как «братство». Выпить на брудершафт, значит выпить за дружбу. Надо переплести руки вот таким образом, – Руслан Русланович показал каким, – пить до дна и глядеть друг другу в глаза, потом трижды расцеловаться и после этого называть друг друга  на «ты».

Он поднял рюмку, король последовал его примеру, сплели руки, как положено, выпили рюмки до дна и  трижды расцеловались.

– Теперь я  буду называть тебя Дрэго и говорить «ты».

– А я буду называть тебя Рус.

– Замечательно! – воскликнул Рус и напомнил, что закусывать надо.

– Может, у меня ген уже образовался? – спросил заплетающимся языком король.

– А может, он у тебя давно был. Твои предки пьянствовали и оставили ген тебе в наследство.

– Теперь надо выпить и спеть, – предложил Рус.

– Надо выпить и спеть, – повторил Дрэго.

Налили  и выпили. Рус обнял Дрэго за плечи и запел:

– Ой, мороз-мороз, не морозь меня! Не морозь меня, моего коня! Моего коня белогривого. У меня жена, ох, ревнивая. У меня жена раскрасавица, а приду домой, всё ругается… Ну, подпевай! Ой, мороз-мороз Не морозь меня, не морозь коня!

– Рус, а конь – это лошадь?

– Конь – это конь, это он, а лошадь  – это она, но вместе их называют лошадьми.

– Вместе они лошади? Странно.

– Подпевай!  Ой, мороз-мороз, не морозь меня!

Дрэго, обняв Руса, впервые в жизни запел да с таким чувством, что расплакался. И тут дверь распахнулась и ввалилась целая толпа во главе с камердинером, в белых медицинских халатах и с носилками.

– Вон! Вон! – вскочив, закричал король и затопал ногой для убедительности.

Толпа исчезла, и Дрэго продолжил петь, обливаясь слезами. Потом он заявил, что пора еще разок ударить по шарам.

Рус налил, они выпили, кое-как закусили и запели снова.

За этим занятием их застали женщины, вернувшись после встречи со студентами. Королева с помощью камердинера поставила мужа на ноги и повела домой. Дрэго продолжал петь, пропуская слова, но выделяя, что у него жена, ох, ревнивая…

– Русик, ты что устроил? – добивалась ответа у мужа  Агидель Николаевна.

И получила ответ:

– У меня жена раскрасавица, а приду домой, всё ругается…

 

Глава семнадцатая

 

В городке студентов делегацию женщин заинтересовал факультет общественных наук.

– Для нас вряд ли представляют интерес студенты, которые со временем станут управлять производством термоядерного синтеза, а вот факультет общественных наук может оказаться тем, что мы ищем, –  сказала Агидель  Николаевна, вопросительно посмотрев на королеву.

– Желание гостей  – для нас закон, – изрекла ее величество.

И они дружно вошли в здание, которое не отличалось от других, таких же кубических строений. Сопровождавший престарелый  ректор  с помощью какой-то девушки пытался объяснить,  пока руководство факультета не появилось, что здесь готовят чиновников для  государственного управления, специалистов по общим вопросам, в том числе общественным проблемам развития, философии, законодательства, воспитания молодежи, семьи и брака.

– Короче говоря, здесь проблемы государства плюс гуманитарные вопросы, – королева попыталась  подвести общую черту под словами ректора.

–  Можно сказать и так, – согласился он и от старания взмок, достал из кармана бумажную салфетку и стал ею собирать обильный пот на  лице.

Когда появился молодой человек двухметрового роста, судя по всему местный декан, ректор попросил у королевы разрешения откланяться, ссылаясь на занятость.

– Нам хотелось бы поговорить со студентами, – заявила Агидель Николаевна  декану.

– Нет ничего проще, –  ответил он и повел гостей в актовый зал, в котором студенты смотрели фильм.

Декан включил свет и объявил, что сегодня у них в гостях ее величество королева Ингрид и инопланетные гости.

– Позвольте мне представить гостей, – сказала королева. – Здесь присутствуют почетный спикер парламента планеты Арс Агидель Николаевна Орлова, она же супруга почетного члена Галактического совета иерархов Руслана Руслановича Орлова, министр правительства планеты Зея Марион Орлова, она же супруга президента планеты Зея Николая Руслановича Орлова и ее высочество Агидель Руслановна Орлова, супруга наследного принца Дэвиля. Все они родственники королевской семьи и гости нашей планеты. Пока вы готовите для нас вопросы, перед вами выступит Агидель Николаевна.

– Мы с вами генетические родственники, две ветви одного и того же прачеловечества, жившего на планетах Марс и Земля Солнечной системы. Прачеловечество не отличалось миролюбием, за всю историю Земли было  или 15,  или 20 тысяч войн. Ваши предки, жившие на Марсе, когда спутник Танатос, что с греческого переводится как Смерть, был разорван марсианским притяжением и стал падать на планету, в результате чего атмосфера была сорвана, отправились на Землю. Но там была термоядерная война, и  они покинули Солнечную систему, жили на разных планетах, в конце концов, оказались на Бриллиантовой планете. А мы, пережив бесчисленное количество войн, когда одну цивилизацию сменяла другая, все-таки немного взялись за ум, и мой супруг разработал теорию  редактирования генома, стал отцом пятого человечества, попытался избавить его от восьми так называемых смертных грехов и особенно агрессивности. Мы вынуждены были переселиться на планету Арс в созвездии Ориона, оттуда часть бывших землян стала осваивать планету Зея.

Мы очень разные. Вы, сугубые рационалисты, построили технократическое общество, которое, извините меня великодушно, существует, эксплуатируя так называемые цифровые копии. Мы тоже эксплуатируем роботов, но они наделены нами искусственным интеллектом, но не задатками сознания. А ваши роботы им обладают. И это уже не машины, а своеобразные люди. И это очень большая для вас проблема.

Мы тоже рационалисты, но не в такой степени, как вы. У нас очень развиты гуманитарные науки и искусства. Нас всё время толкали на технократический путь, но мы верим в сказки, верим писателям и поэтам, художникам и артистам, в загробную жизнь и в Бога. У нас жизнь эмоциональнее вашей, в молодости мы влюбляемся, хотя любви все возрасты покорны, создаем семьи, рожаем детей и любим их, и они любят нас. Вот спросите у вашей принцессы, Агидели-младшей, а она  моя правнучка, любит ли она свою прабабушку, и услышите ответ: да, любит. И я ее люблю. У вас самая крепкая семья – королевская, и это связано с престолонаследием.

У вас практически нет семей в нашем, традиционном понимании. Но есть однополые союзы, точнее квазисемьи, мы  это тоже проходили. У нас семья – это союз мужчины и женщины, в основе которого  взаимная любовь супругов, а цель – продолжение рода. Семья считается ячейкой общества и государства, поэтому  принимается множество законов, направленных на укрепление семьи и повышение ее благосостояния. Большинство, больше девяноста процентов, наших детей растут и воспитываются в семьях. Материнство у нас почетно, окружено заботой общества и государства. Остальные дети, как и большинство детей у вас, воспитываются в детских домах. Многих из них  потом усыновляют или удочеряют, и они обретают приемных родителей.

Я была потрясена, когда в группе трехлеток ко мне бросились малыши с криком «Мама!», стали обнимать мои ноги… Иметь мать и отца – это естественно, а девяносто процентов ваших детей их не имеют. Материнство и отцовство мы считаем счастьем, а вы в большинстве своем даже не знаете, что, возможно, на предприятиях по рождению детей уже появились ваши сыновья или дочери. Ведь чью яйцеклетку оплодотворить, решает компьютер, подбирая наиболее подходящие пары. Поэтому на вашей планете мало любви…

–  Ваше высокопревосходительство, а можно задать вам вопрос? – спросила девушка со второго ряда.

– Пожалуйста, задавайте.

– Где вы так хорошо выучили наш язык?

–  Все сегодняшние ваши гости являются богочеловеками. Они знают все языки Галактики и говорят на них без особых усилий.

Теперь желающих задать вопрос было много – поднялся лес рук.

– А как вы стали богочеловеком?

– Мой родственник, примерно пятнадцать поколений тому назад, был прямым потомком Бога. Но это ничего не значило, потому что все люди в той или иной степени считаются потомками Бога или Создателя. А вот потом, когда я влюбилась в Руслана Орлова, и из-за  него попала в автомобильную аварию, а он, чтобы спасти меня, дал мне свою кровь, то с нею я получила миллиарды нанороботов. И тогда я почувствовала, что стала богочеловеком.

– А чем вы отличаетесь от обычных людей?

– Могу читать мысли  людей даже на огромном расстоянии, перемещаться куда угодно, воплощаться в кого угодно, общаться телепатически, могу распадаться на атомы, а потом возрождаться… Буду, увы, бессмертной и жить не старея… Могу связываться с Мировым разумом и даже заглядывать в будущее… Многое могу…

– Вот вы  сказали, что у нас на планете мало любви, – поднялась красивая девушка с первого ряда. – Да это так. Мы, девушки, в большинстве своем желаем, чтобы нас юноши любили, а мы любили их…

После этих слов в  зале возникли крики, и поднялся шум, и было непонятно,  поддерживают студенты девушку или не соглашаются с нею. Было лишь ясно, что ее слова задели за живое.

– Не кричите, дайте мне сказать, – девушка повернулась лицом к залу и властно подняла руку, успокаивая крикунов. – Да, мы жаждем любви. Но у нас тех, кто пишет стихи, считают ненормальными. Да, я влюблена в парня не с нашего факультета, он  большая умница и в тоже время пишет мне нежные, проникновенные стихи. Большинство же наших парней, когда девушки пытаются обратить на себя внимание, становятся грубыми и даже циничными.  Я хотела бы спросить у нашей сверстницы, ее высочества Агидельгрид, как она влюбилась в принца Дэвиля?

Агидель-младшая поднялась, покраснела, потому что пришлось перед такой большой аудиторией говорить о сокровенном.

– Наверное, это правда, что браки заключаются на небесах. И любовью награждает Небо… Дэвиль прилетел на Арс на галактический фестиваль  молодежи и студентов. Я сразу обратила на него  внимание –  красивый, спортивный, мужественный… И он обратил на меня внимание. Я почувствовала, что он смотрит на меня с интересом и обожанием. Он не знал, что я внучка президента Зеи и правнучка почетного иерарха, а я – что он наследный принц. Мы влюбились друг в друга, женились, и считаем себя очень счастливыми.

Слова Агидели-младшей вызвали дружные аплодисменты. Чувствовалось, что студенты с большим интересом относятся к вопросам, которые подняли гости.

– Можно мне сказать несколько слов? – спросила Марион, не зная, у кого просить слова – у королевы или у Агидель Николаевны.

– Пожалуйста, – первой нашлась свекровь. –  Слово берет Марион Орлова, супруга президента Зеи и министр по гуманитарным проблемам и делам искусств  той же планеты.

Студенты с большим вниманием слушали красавицу Марион.

– Мы очень долго боролись с Природой. Поэтому и отстали в своем развитии по сравнению с вами. А вы, если присмотреться, победили Природу на своей стерильной планете. В конце концов, мы, поумнев, решили не бороться с Природой, а она дело рук Создателя, а учиться у нее и стремиться строить с нею гармоничные отношения. Поэтому мы  в области биологии, и не только, не отстали от вас и можем с вами поделиться своими достижениями.

Вы знаете, что человеческий мозг состоит из двух полушарий. Причем одно, грубо говоря, оперирует преимущественно  абстрактными и рациональными истинами, точными понятиями, формулами и формулировками, а второе –   комплексными образами, воображением, чувствами… Причем, если что-то случается с одним полушарием, например, небольшой инсульт, то его функции берет на себя второе полушарие. В истории нашей науки был такой случай. У ученого Луи Пастера усохла одна половина мозга, но он одним полушарием предложил прививать ослабленными бактериями, чтобы в организмах вырабатывались антитела и люди не погибали от страшных болезней. Это, так сказать, крайний случай.

Нам представляется, что ваша победа над Природой Пиррова. Был в нашей истории такой царь  и полководец Пирр. В одном из сражений он победил, но очень высокой ценой, равной поражению. И сказал:  «Еще одна такая победа, и я останусь без войска». Своей победой вы обеднили себя. Чтобы жить счастливо, надо жить двумя полушариями нашего мозга. Только в этом случае можно жить гармонично.

В ближайшее время в ваш университет придут учиться две группы наших студентов с Арса и Зеи. Присмотритесь к ним, познакомьтесь, а если влюбитесь, то вам придется улететь с любимым или любимой на Арс или Зею.

– Это обязательное условие. Имейте  это в виду, прежде чем давать волю своим чувствам, – поддержала Марион королева и встала, чтобы завершить встречу. –  Думаю, что выражу общее с мнение и скажем нашим гостям  большущее спасибо за интереснейшую встречу. Мы ее покажем по телевидению, чтобы она стала достоянием нашей молодежи и наших педагогов. Да, нам есть над чем задуматься… Если у кого-то  есть еще вопросы, мы спустимся к вам, пожалуйста, задавайте их.

 

Глава восемнадцатая

 

– Славно мы вчера посидели, Рус? Я такой полноты чувств никогда не испытывал. А спал как? С вечера до утра и ни разу не проснулся! – рассказывал король Дрэговиль за завтраком.

– Только от вас, ваше величество, исходил какой-то  запах, – не удержалась от замечания королева.

– Он перегаром называется, – сообщил Руслан Русланович на правах знатока.

– Теперь мы будем импортировать с  Арса и Зеи русскую водку, селедку, черный хлеб и как ее – картошку, то есть потейтоу? – заявил король.

– Ваше величество, но водку можно изготавливать у вас из зерна. Мы технологию представим и подарим действующий водочный завод, – вступил в разговор Николай. –  А мешок картошки мы на всякий случай захватили собой. И биологические семена есть. Мы готовы передать их в качестве посадочного материала  вашим специалистам сельского хозяйства. Так что месяца через три  у вас будет первая своя картошка.

– Замечательно! – воскликнул король. – Я  сегодня же  дам поручение министру сельского хозяйства. А как быть с селедкой?

–  Селедку мы обещаем вам  поставлять, – сказал Николай. – У вас нет ни морей, ни океанов, а селедка живет в них. И хлебозавод для выпуска черного хлеба поставим.

После завтрака, как и планировалось, Руслана Руслановича и дам поджидал внизу министр по  делам цифровых копий Трэквиль. Это был лысоватый человек неопределенного возраста, но с седыми висками и мешками под глазами.

– Ваше величество, – обратился он к королеве. – Я сердечно приветствую вас и ваших гостей. Предлагаю посетить любимый цифровиками  питейный зал. Там нас уже ожидает председатель ассоциации цифровых копий  Фиснер. Прошу следовать за мной, это недалеко, на этой же площади…

Как всегда на улице стояла солнечная погода. Не верилось, что это не Солнце, а искусственный спутник посылает на планету свет и тепло. И только теперь Руслану Руслановичу стало ясно, что Бриллиантовая планета тоже искусственная, точнее, полуискусственная, и что здешней цивилизации не составит больших проблем создать  полностью  искусственную планету и отправиться на ней в космическое путешествие. И зачем им Арс или Айгуль за тридевять земель? Странные всё-таки эти бриллиантцы…

Питейный зал представлял собой огромное помещение, уставленное  кадками с  растениями с широкими листьями, напоминавшие земные фикусы, между которыми стояли круглые столы. За ними сидели цифровики и цифровички и попивали напитки, ведя неспешные разговоры. За крайним столом  сидел в одиночестве  бочкообразный глава ассоциации Фиснер. Увидев вошедших гостей, он стремительно встал и, представившись, пригласил Руслана Руслановича и дам располагаться за столом.

– Это любимое место членов нашей ассоциации, – сообщил он.  – В свободное от работы время цифровики и цифровички предпочитают здесь посасывать в дружеском кругу напиток путасу и обмениваться новостями.

– А что такое путасу? – спросил Руслан Русланович.

– Витаминный напиток из местных фруктов, очень полезный, – ответил за главу ассоциации министр Трэквиль. – За бокалом этого напитка здесь можно провести несколько часов. Его пьют через трубочки маленькими глотками.

– А кроме путасу, здесь можно еще что-нибудь получить? –  спросила Агидель-младшая.

– Ваше высочество, здесь  в обеденное время вы можете пообедать, а сейчас заказать другие напитки, например, кофе или чай с лимоном, выпить минеральной воды, – объяснил Трэквиль.

 И словно в подтверждение его слов к их столу приблизилась, судя по белому переднику, официантка, точь-в-точь похожая на  Агидель Николаевну и Агидель-младшую одновременно.

–  Как это понимать?  –  жестко спросила  Агидель Николаевна у хозяев. – Ни я, ни моя правнучка не заказывала свою копию. Какое имели право без нашего разрешения копировать нас? Неужели не понятно, что мы обладаем человеческим достоинством, и не можем согласиться с тем, чтобы наша копия подавала в этом шалмане  это путасу!

В гневе она была еще более прекрасной, чем обычно. Миндалевидные  карие глаза, казалось, метали громы и молнии.

К  их столу приблизился цифровик  и стал призывать королеву и гостей не слушать министра Трэквиля и главу ассоциации Фиснера.

– Они блокируют принятие закона о цифровых копиях и не дают приравнять нас к людям! На нас держится вся планета, а право у нас только  одно – работать! Мы требуем дать нам человеческие права! Мы обязательно добьемся своего! Нас в девять раз больше, чем людей!

Руслану Руслановичу не нравился плешивый министр Трэквиль, похожий на мелкого шулера, и его напарник Фиснер, раздобревший на путасу. Слушая цифровика, он думал о том, что местные власти допустили крупную ошибку, наделив цифровые копии сознанием. Искусственный интеллект развивается, но не так быстро и опасно как сознание. Цифровики  уже осознали, что живут они в рабовладельческом обществе, а это ведет к нестабильности, восстаниям и революции. Парадокс: научно-технический прогресс стал причиной низвержения развитого общества на низкую ступень развития. Короче говоря, Бриллиантовая планета  представляет собой  бочку с порохом, и достаточно одной искры, чтобы всё здесь взорвалось. Действительно,  тринадцатая планета…

У бочкообразного Фиснера лицо налилось кровью, он  махнул белой салфеткой и к выступавшему цифровику подскочили полицейские и уволокли куда-то.

На шум явился администратор в черном фирменном костюме,  белой сорочке и с бабочкой, но точь-в-точь Руслан Русланович Орлов.

– Вот ещё, как говорится, не ждали! Почетный член Галактического совета иерархов следит в этом шалмане за порядком! – разошлась Агидель Николаевна.

– У них здесь такая традиция – обслуживающий персонал является копиями известных людей. Это как-то компенсирует их комплекс неполноценности, – пыталась спокойно объяснить королева.

– Извините, ваше величество, но нам совершенно не нравятся унижающие наше достоинство традиции, и мы в знак протеста покидаем это заведение, – она решительно встала, Руслан Русланович медлил, раздумывая, стоит или не стоит уходить, но потом встал.

 Последней поднялась Агидель-младшая. Королева тоже встала и  сказала:

– Сегодня же ваши копии будут подвергнуты эвтаназии.

После  этих слов у официантки скатились две слезинки из прекрасных глаз.

– А это еще зачем? Пусть живут, но здесь не прислуживают, – сказала Агидель Николаевна, выходя из-за стола.

Королева не могла допустить, чтобы гости ушли с плохим настроением. Поэтому она пригласила их в дворцовый сад, к тому самому фонтану с разноцветными тюльпанами, к которым приглашал король Руслана Руслановича. Это, наверное, было любимым королевским местом.

– Не расстраивайтесь, – увещевала королева гостей. – Министр Трэквиль и этот Фиснер неприятные типы, что и говорить, а путасу мы можем попробовать и без их общества. Я могу заказать напиток?

Теперь гостям было неловко отказаться от угощения королевы. Она дала знать охраннику, чтобы тот вызвал официанта. Вскоре на мраморной столешнице появились бокалы и четыре запотевших бутылки. Официант  ловко открывал их и наливал в бокалы пенистый  янтарный напиток, по виду напоминавший шампанское.

– Квасок с небольшим градусом, – сказал Руслан Русланович, попробовал напиток на вкус.

– Он хорошо утоляет жажду, – сообщила королева. – Вот и отведали мы путасу без неприятного общества.

– Мне, как вашему гостю не пристало высказывать оценки каким-то вещам, чтобы они не были истолкованы как вмешательство во внутренние дела королевства. Но по-дружески, ваше величество, я  скажу вам, что у вас будут великие неприятности от цифровиков. Вы попали в ловушку собственного научно-технического прогресса. Не понимаю, зачем вам надо было, кроме искусственного интеллекта, награждать их еще и элементами сознания. Искусственный интеллект совершенствуется во имя технологического умения, а сознание развивается, оно уже принадлежность личности. Причем опасно не столько сознание, сколько подсознание. Личность  цифровика, благодаря им,  чувствует ущербность своего правового положения. Нам кажется, что нечто подобное произошло на Земле. Древние арсиане пралюдей наградили искусственным интеллектом и элементами сознания. Древние арсиане погибли в очередной термоядерной войне, а наши предки благодаря сознанию и подсознанию создали несколько цивилизаций. А вам придется как-то расстаться с сознательными  цифровиками, потому что я не верю после сегодняшнего выступления цифровика-бунтаря  в возможность безоблачного сосуществования людей и их копий, – высказал свое мнение Руслан Русланович.

– Нас  это тоже беспокоит, – сказала королева. – Нам с трудом удается контролировать количество выпуска цифровиков, ведь для этого  им не нужны люди. Они усвоили технологию и без нас лепят себе подобных. Дело в том, что они сами стали награждать новых цифровиков сознанием. А где сознание, там и подсознание. Сознательных цифровиков всего несколько процентов. Мы снабжаем цифровиками двенадцать планет, которые находятся на не измеримо более низком уровне развития. На некоторых из них цифровикам предоставлены такие же права, как населению этих планет. Поэтому мы приветствуем такую эмиграцию, стараемся как можно меньше иметь их на своей планете. Проблема еще в том, что в случае переселения на Айгуль мы не рискнем взять с собой цифровиков, а ограничимся переселением  думающих машин, но лишенных сознания и подсознания. Разумеется, это информация только для вас, ее не следует обсуждать во дворце, потому что мы находим то и дело подслушивающие устройства цифровиков.

 

Глава девятнадцатая

 

Зигфрид фон Кляйнмихель знакомил со своим  творением  – звездолетом «Чеслав» –  комиссию музея космонавтики, которая должна была принять корабль в качестве экспоната. Это унижало Зигфрида, как-никак, но «Чеслав» доставил объединённую делегацию планет сюда, развив даже сверхсветовую скорость. Пусть произошло это с помощью Руслана Руслановича, но ведь произошло!

Да, силовая установка устарела, но «Чеслав», поставь на него новый двигатель, ничем не уступит их новейшим звездолетам. Поэтому он с гордостью показывал все системы корабля и по возможности даже демонстрировал их работу, заслуживая нередко похвалу членов комиссии, состоящей из ветеранов космических полетов. Зигфрид был доволен тем, что ему удавалось подтвердить высокий уровень новой арсианской технологии.

Рассказывая о системе анабиоза для пассажиров, Зигфрид хотел показать устройство  системы, открыл крышку, закрывавшую индивидуальный механизм, и, о ужас, оттуда вылетела жужжащая мясная муха. Зеленая и жирная, сделала круг над членами комиссии и улетела вверх.

Члены комиссии немедленно покинули корабль, и вскоре к нему подлетело несколько планетолетов   с санитарами в герметичных, по крайней мере,  противочумных костюмах. Они стали обследовать звездолет, пытаясь найти злополучную муху и ее личинки, а Зигфрида увезли в  специальную инфекционную лечебницу. Там ему объяснили, что на планете объявлена  инфекционная опасность номер один, так как мухи переносят свыше  шестидесяти болезней, среди них такие опаснейшие  как дизентерия, холера, брюшной тиф,  туберкулез и другие инфекции.

– Мой дорогой друг Рус, – позвонил Руслану Руслановичу по гаджету король  Дрэговиль, – у меня для тебя крайне неприятное сообщение. Я только что подписал указ об объявлении на планете инфекционной опасности номер один. На вашем звездолете обнаружена зеленая мясная муха. Если она отложила личинки на корабле, то мы их уничтожим соответствующими средствами. Очень опасно, если она покинет звездолет и отложит личинки вне его, то это будет катастрофа планетарного масштаба. У нас нет естественных врагов мух, поэтому мы принимаем самые жесткие меры. Объявлен карантин для вашей объединенной  делегации и для всех жителей планеты, имевших  контакты с членами делегации. В том числе карантин касается членов  королевской семьи. Прошу твоего понимания серьезности ситуации и твоей поддержки принимаемых мер.

–  Это продлит пребывание нашей делегации на  вашей планете?

–  Вероятно, да. Каждый член делегации пройдет обследование и  сдаст соответствующие анализы.

– Дорогой мой друг Дрэго, прошу понять меня правильно. Мы практически завершили программу  ознакомления с вашими достижениями. Осталось подписать соглашения о взаимных поставках. Так, может, стоит их подписать и нам улететь домой, потому что для нас мухи не страшны, для многих болезней, которые они переносят, у нас есть в организмах  соответствующие антитела. К тому же, мы улетали  со своих планет осенью, а мухи в это время прячутся в укромных местах до весны. Вполне вероятно, что эта  муха спряталась где-то на корабле, а прилетев сюда, вышла из спячки, приняла условия на вашей планете за весну. Поэтому она вряд ли  успела отложить личинки.

– Мы рассмотрим твое предложение, – сказал король. –  Оно заслуживает рассмотрения  и принятия. Но до этого я прошу дать указание членам объединенной делегации строжайшим образом соблюдать требования наших санитарных служб.

Переговоры с Дрэговилем слышала Агидель Николаевна.

– Нам только карантина не хватало, – сказала она и подошла  на шум, доносившийся из окна. – Ты посмотри, что на площади творится!

Площадь окружили военные в противогазах и с оружием в руках. На нее въезжали тяжелые грузовики и выгружали белые надувные палатки.

– Они решили на площади сделать огромный инфекционный блок, – предположил Руслан Русланович. – А оружие зачем? Они что, задумали стрелять в нас?

В дверь настойчиво постучали.

– Входите! – крикнул Руслан Русланович.

В апартаменты вошло несколько человек в белых костюмах и в противогазах. Один из них представился как главный санитарный врач планеты.

– Ваши высокопревосходительства, вам предстоит немедленно переселиться в надувной бокс на площади, – сообщил он. – С собой необходимо взять самые  необходимые вещи. Их помогут доставить наши  санитары. Всё остальное оставьте здесь. Оно будет  дезинфицировано. Весь дворец также будет обработан. Сюда вы сможете вернуться после того, как все ваши анализы  будут отрицательными. Извините нас за беспокойство.

Главный санитарный врач покинул их, оставив двоих санитаров. Руслан Русланович взял с собой суперфлешку и суперкомпьютер, а Агидель Николаевна  собрала целый чемодан запасного белья и предметов личной гигиены. Всё это они вручили санитарам и последовали за ними. Перед тем, как войти в надувной бокс их обдали мельчайшим аэрозолем, обработали и вещи.

Бокс состоял из жилой комнатки с двумя  спальными местами, надувным столиком и  кубиками для сидения, а также крохотной душевой с туалетом и зеркалом.

– И сколько нам придется жить в этой клетушке? – спросила Агидель Николаевна.

– Всё зависит от нас, – ответил Руслан Русланович. – Я предложил королю как можно оперативнее подвести итоги, подписать соглашения и отправить нас домой. Он в принципе согласился.   Поэтому нам надо разделить обязанности. Я буду контролировать все вопросы и решать их с королем, а ты возьми на себя совместно с вице-премьерами с Арса  формирование посольства  во главе с временно поверенным в делах. Посла мы пришлем позже. Определи  также состав наших студентов, скажем, по двадцать человек десять групп –  я поручу это Роберту Дину. Кроме того, попрошу его сформировать две смены  для практики на космических производствах. Вместе с Николаем определи состав нашей делегации на переговоры с премьером Бридвилем. Нам должны выделить два звездолета, но нам неизвестна их вместимость. Это я сейчас выясню с Зигфридом…

Руслан Русланович связался по гаджету с фон Кляйнмихелем. Услышав его голос, Зигфрид  стал оправдываться.

– Не могу представить, как злополучная муха оказалась на корабле. Если бы ее кто-нибудь видел, это стало бы известно мне. Может, досмотр вещей был не таким тщательным. Во всяком случае,   я с себя вины не снимаю и готов понести самое строгое наказание!

– О какой вине, о каком наказании вы ведете речь, Зигфрид Оттович? Будем считать это  несчастным случаем. Муха могла найти щель в вещах  любого из пяти тысяч человек, а на Бриллиантовой планете ожить. Нам не виноватых надо искать, а думать о том, как нам быстрее, завершив дела, отправиться домой.

– Вы правы, Руслан Русланович, но всё-таки во избежание повторения подобных случаев…

– Зигфрид Оттович, вы напрашиваетесь на наказание? – задал вопрос Руслан Русланович и, выдержав паузу, спросил: – Вы  лучше скажите мне, как дела с подготовкой экипажей на  новые звездолеты?

– Два экипажа прошли подготовку, но у них нет летной практики на этих звездолетах.

– Иными словами, для них требуются шеф-пилоты из местных космонавтов? Это вопрос решаемый. А какая вместимость звездолетов?

– До тридцати тысяч человек. Нам принц Дэвиль, он возглавляет всю космическую службу королевства, обещал выделить два новых звездолета, всю документацию по выпуску их на наших планетах и пятьдесят новых варп-двигателей.

– Значит, одного звездолета хватит, чтобы улететь всей делегацией, а также загрузиться необходимой высокотехнологической техникой. А второй звездолет доставит всё остальное.

– Да, именно так.

– Жена с вами?

– Что вы, Руслан Русланович! Я лежу опутанный проводами и шлангами, ее ко мне не пускают. Я просил здешних эскулапов, но…

Связь неожиданно прервалась.

Спустя полчаса король сообщил Руслану Руслановичу, что  у Зигфрида фон Кляйнмихеля случился обширный инфаркт.

– Его подключили к искусственному сердцу, ­– рассказывал монарх. – Из его стволовых клеток сейчас срочно выращивают новое сердце. Через несколько дней можно будет сделать пересадку. От инфарктов у нас практически не умирают, а с новым сердцем ваш  шеф-пилот может прожить еще несколько столетий.

– Мой друг Дрэговиль, прошу тебя дать указание, чтобы к нему допустили жену. Тем более что она врач по профессии…

– Мой друг Рус, твое желание – для меня закон.

Глава двадцатая

 

Санитарные службы планеты предприняли беспрецедентные меры по предотвращению распространения возможных инфекций. Все пять тысяч членов объединенной делегации переселили в надувные палатки на площади. Все, кто  общался с  инопланетными гостями, были отправлены в карантин.  Помещения, где гости жили или бывали, обработали антиинфекционными препаратами.

В течение первых суток сделали тысячи всевозможных анализов, и ни  один из них не оказался положительным. Стали раздаваться голоса об излишней строгости принимаемых мер, но правительство призывало население строго соблюдать предписания санитарных служб.

Происшествие в питейном зале ассоциации цифровиков стало известно средствам массовой информации. А они в большинстве своем были оппозиционные, принадлежали Федерации объединений цифровых копий. Авторы многочисленных комментариев осуждали Агидель Николаевну, которая возмутилась, что ассоциация без их согласия изготовила цифровые копии ее, Почетного члена Галактического совета иерархов Руслана Орлова и  принцессы Агидель. Они сочли это их оскорблением, тогда как цифровики считают цифровые копии известных людей проявлением уважения к ним. Странным казалось  комментаторам поведение  королевы Ингрид, которая вместо того, чтобы вразумить гостей, стала на их сторону и велела применить эвтаназию к непонравившимся гостям их копиям. К чести Почетного спикера союзного парламента планеты Арс  госпожи Орловой, она посчитала такую меру  излишней.

Инцидент в питейном зале вызвал бурю возмущения и в кругах цифровиков. Гости королевской семьи ведут себя как хозяева на  Бриллиантовой планете, высказывают свои замечания по поводу технологий, для освоения которых им  потребуются тысячи лет. Они завезли на нашу планету десятки опаснейших инфекций, к которым у гостей есть антитела, так как они живут на грязных планетах, а  у наших людей и цифровиков таких антител нет.

Перед журналистами выступил председатель  федерации Утснер, тот самый, который призывал  королеву не верить министру Трэквилю и главе ассоциации Фиснеру. «Мы требуем, что ведущих себя вызывающе гостей надо выдворить с Бриллиантовой планеты, пусть улетают к себе домой. Особенно им не нравимся мы, цифровые копии. Если это наше требование не будет исполнено в трехдневный срок, мы объявим всеобщую забастовку», – заявил он.

– Мы за три дня завершим свою работу? – спросила Агидель Николаевна у мужа.

– Думается, что нам больше и не потребуется. Студенческие группы и группы практикантов, дипломатические службы  сформированы, торговые соглашения сегодня или завтра будут подписаны. Остается загрузить звездолет металлическим водородом и гелием 3, технологическими линиями для производства продуктов и выращивания человеческих органов из стволовых клеток, различными  научными приборами и материалами, принять на борт делегацию бриллиантцев и самим занять свои места.

– А тебе не кажется, что мы с нашей мухой - удобный случай для Утснера добиться своих целей?

– Он  явно шантажирует королевскую семью, поэтому мы вправе ожидать от нее ответа.

И ответ последовал. К согражданам и цифровым копиям обратился с заявлением сам король Дрэговиль.

«Мы переживаем нелегкое время, – сказал он. – В своем развитии мы достигли замечательных успехов, но нам необходимо активнее включаться в сотрудничество  с многими планетами, делиться с ними своими достижениями и заимствовать всё ценное у них. Одним из таких наших шагов является сближение с пятым человечеством, проживающим на планетах Арс и Зея. Дело в том, что мы с пятым человечеством из одной колыбели, которую называют Солнечной системой. У нас и у них гены совпадают более чем на девяносто девять процентов. Мы две ветви одного народа – прачеловечества. И кому, как не нам, полезно сблизиться и обменяться достижениями друг друга.

В последние дни некоторые силы на нашей планете решили использовать пребывание делегации пятого человечества для достижения своих политических целей. Так называемая оппозиционная Федерация объединений цифровых копий требует выдворения гостей в трехдневный срок и грозит нам всеобщей забастовкой. Эта федерация действительно ведет себя вызывающе, стремится присвоить себе права хозяина планеты. Средства массовой информации, принадлежащие ей, допускают в адрес гостей оскорбительные и унижающие выражения. В связи с этим сегодня я подписал указ о приостановлении деятельности федерации на полгода и  о лишении лицензии на деятельность  ряда средств массовой информации. Указ действует с момента его подписания. Силовым ведомствам поручено ввести этот указ в действие. Лица или цифровые копии, допустившие оскорбительные выражения по отношению к гостям, понесут наказание в соответствии с нашим законодательством.

Что касается причин осложнения обстановки, то довожу до сведения всех граждан и цифровых копий, что возмутительница нашего спокойствия пресловутая муха обнаружена в звездолете гостей и исследована в наших лучших лабораториях. Никакими страшными инфекциями она не заражена. Это подтверждается и результатами анализов, взятых у гостей и у тех лиц, которые контактировали с ними и находятся в настоящее время на карантине. Ни один анализ  не дал положительного результата! Таким образом, сегодня я своим указом прекратил действие карантина и особого угрожающего положения на планете».

– Круто! – воскликнул Руслан Русланович, выслушав заявление короля.

– По тону чувствуется, что он полностью владеет ситуацией, – заметила Агидель Николаевна.

 

Глава двадцать первая

 

В тот же день санитарные службы разрешили Орловым вернуться в апартаменты королевского дворца. Руслан Русланович продолжал анализировать записки руководителей исследовательских групп, готовясь утром  представить королю результаты своего анализа. Потом Роберт Дин попросил срочно принять его по неотложному вопросу, и они секретничали при включенной суперфлешке. Пора была готовиться к ужину, но визит вежливости нанес им сам король, извинился за недоразумение со злополучной мухой и предложил поужинать в апартаментах Орловых.

– Если так, то мы не можем не угостить тебя и твою супругу водкой, – сказал Руслан Русланович и вызвал камердинера, которому дал указание организовать ужин на четыре персоны.

– Селедка и черный хлеб обязательны? – спросила Агидель Николаевна.

– Конечно! – подтвердил Руслан Русланович и уточнил  у друга Дрэго, придет  ли королева.

Наконец, королева явилась, и Руслан Русланович сказал, что выпивка без повестки дня – это пьянка, а с повесткой  – мероприятие.

– У меня для ваших величеств, особенно для ее величества чрезвычайно важная информация, но прежде, чем ее обсуждать, предлагаю наполнить рюмки водкой и выпить за наше здоровье, – объявил он.

Друг Дрэго выпил  рюмку, не поморщился, даже крякнул не очень громко и занюхал куском черного хлеба, а потом запил водку минералкой. Королева, как и положено,  поперхнулась, но овладев собой, допила рюмку и запила минералкой.

– После первой и второй перерывчик небольшой? – спросил Дрэго.

– Нет, мой друг, надо закусить хорошо и послушать, что я вам скажу Перед вами у меня был мой заместитель по науке Роберт Дин и он же директор Орловского института. Я передал ему модуль, с помощью которого закачиваются программы в биомозги новеньких цифровиков. Соответственно Роберт Дин попросил своих гениальных компьютерщиков Виктора Румянцева и  Сантуша Чандру  приглядеться к тому, что закачивают в мозги этим роботам. Они ночь не спали, с помощью ваших суперкомпьютеров порылись  в программах и обнаружили одно хитрое приложение, которое легко проходило тесты, так как было в пакете с другими приложениями. Но это приложение было входным, вело ко многим другим приложениям, которые занимали треть всего объема памяти.

Король тронул Орлова за плечо и показал на свое ухо, показывая что их могут подслушивать.

– Подслушка исключается – я включил глушилку  своей суперфлешки, она вырубила все электронные приборы в круге радиусом  сто метров, – сказал Руслан Русланович.

– А я думал, и почему это мои  гаджеты плохо работают, – засмеялся король.

– Налицо успех агентуры планеты Z-3524, которая сумела внедриться в производство цифровиков и заражать своим приложением новейшие модели цифровых копий. Вот вам и пуля, которая пролетела и позволяет нам продолжить свое мероприятие, – сказал Орлов и взял в руку бутылку водки.

– Спасибо за важнейшую информацию, – сказала королева Ингрид. – У нас цифровиков выпускает десять предприятий и всех их надо будет проверить. Наливайте, уважаемый господин Орлов, я хочу выпить за ваш успех.

– Мы всегда, пожалуйста, – усмехнулся Руслан Русланович, наполняя рюмки.

– За успех наших гостей! – подняла рюмку королева.

– Спасибо,  ваше величество, – почти хором поблагодарили  Орловы.

– Третья рюмка – на брудершафт! – объявил друг Дрэго.

– Какая прелесть эта ваша селедка! – воскликнула королева.

– А ты меня ругала! – напомнил друг Дрэго супруге. – Теперь пьем на брудершафт! Ин, смотри на меня и Агидель Николаевну!

Король встал, почти бегом обежал стол, протянул свою рюмку Агидели Николаевне. Та встала, как положено, обвила его руку своей рукой, чокнулась рюмкой, выпила, и  они трижды расцеловались под аплодисменты Руслана Руслановича.

– Как тебя муж ласково называет? – спросил король у новой подруги.

– Когда не очень злится, то Аги, а когда  очень, то Дель, – засмеялась Агидель Николаевна.

– Теперь на брудершафт пьете вы, – сказал король Орлову и королеве.

Руслан Русланович подошел к  королеве, протянул к ней рюмку, Ингрид встала, аккуратно чокнулась и расцеловалась под аплодисменты друга Дрэго и подруги Аги.

– Ой, у меня всё плывет перед глазами, – призналась Ингрид.

– Это по шарам ударило, – поставил диагноз друг Дрэго.

– По каким шарам? – спросила его жена.

– Считается, что в голове шарики крутятся, вот водка по ним и ударяет, – объяснил друг Дрэго, отлично усвоив уроки Рус.

– Предлагаю выпить чаю с лимоном, – предложил Руслан Русланович. – Это очень хорошо осаживает водку и проясняет сознание. А оно нам сегодня еще потребуется.

– Это значит, что сегодня петь не будем? – разочарованно спросил друг Дрэго.

– Не будем, – сказал Руслан Русланович. – Нам надо решить, что дальше делать. А пока я буду заказывать чай, объявляется режим абсолютной секретности.

Он вызвал официанта, заказал ему четыре стакана крепкого чая с лимоном и четыре сладких пирожных, объяснив королевской чете, что сладкое с лимоном – это то, что сейчас всем необходимо. Официант продолжал стоять в сторонке, глядя,  как все пьют чай с лимоном, и Руслану Руслановичу пришлось сказать ему, что он свободен.

– Наши компьютерные гении разработали небольшую программку, которая на сто процентов определяет вирусное приложение и удаляет его. Я с удовольствием передаю небольшую флешку тебе, уважаемая Ин,  – и он передал королеве небольшую красную флешку.

– Спасибо тебе, уважаемый Рус, мы проведем соответствующую работу на  десяти предприятиях и организуем сплошную чистку программного обеспечения наших цифровиков, – пообещала она.

 

Глава двадцать вторая

 

В три дня власти не уложились - не были готовы пищевые линии для отправки на планеты Арс и Зея, и  цифровики объявили всеобщую забастовку. Но основной ее причиной стало прекращение деятельности федерации во главе с Утснером и лишение лицензии ряда средств массовой информации. Не остались незамеченными и меры, предпринимаемые ведомством королевы по очищению программного обеспечения цифровиков от  вирусного приложения. При этом антивирус цифровики не могли удалить.

Король объявил на планете чрезвычайное положение. По закону при чрезвычайном положении никто не имел права бастовать, но цифровики прекратили работать на пищевых производствах, на транспорте, в связи,   сфере обслуживания, сельском хозяйстве. Спецслужбы свирепствовали, арестовывая  забастовщиков и сажая их на хлеб и воду, а особенно активных осуждая на длительные каторжные сроки.

Начались террористические акции. Был взорван звездолет  «Чеслав» – теперь гигантский корабль лежал на боку. Акция  казалась Руслану Руслановичу крайне странной – корабль был передан музею космонавтики, в него закачивали дезинфицирующие газы, убивая в нем всё живое. Зачем надо было подгонять к нему грузовик с взрывчаткой так и осталось непонятно. Однако ведомство королевы быстро вычислило исполнителей и организаторов акции, отправило их на электрический стул.

Члены объединенной делегации сами загружали оборудованием и материалами новейший звездолет – грузчики космопорта бастовали. Новое сердце Зигфрида фон Кляйнмихеля было готово к пересадке, но операцию пришлось делать в военно-медицинской академии, поскольку в обычной больнице половина персонала  не работала.

После операции больного навестил Руслан Русланович. Зигфрид Оттович пришел в себя, чувствовал себя нормально и просил его ни в коем случае  не оставлять долечиваться  на чужой планете.

– Не переживайте, мы обязательно возьмем вас с собой, – заверил Руслан Русланович и рассказал, что в связи с забастовкой отлет делегации на свои планеты задерживается. О том, что его детище  – звездолет «Чеслав» – взорвали террористы, он, естественно, промолчал.

Когда Руслан Русланович вернулся из военно-медицинской академии и вышел из планетолета возле королевского дворца, его неожиданно стал снимать какой-то телеоператор. Потом к нему подошел  низенький, лысоватый цифровик, которого  он где-то раньше видел  и обратился к нему:

– Уважаемый  господин Орлов, я, председатель Независимой федерации цифровых копий  Утснер, хотел бы взять у вас интервью для нашего телеканала. Меня, вы, наверное, помните, когда я обратился к ее величеству королеве и к вам с призывом не верить министру   Трэквилю и главе  ассоциации цифровиков Фиснеру…

– Да, я помню вас. И о чем вы хотите спросить меня?

– О нынешней ситуации на Бриллиантовой планете. Нам хотелось бы знать мнение столь уважаемого во всей Галактике человека.

– Ну что ж, в вашем распоряжении полчаса. Но не будете же вы брать такое интервью на площади. Предлагаю перейти в наши апартаменты во дворце.

–  Мы не возражаем.

Руслан Русланович попросил начальника караула пропустить Утснера, намеренно не назвав его господином, и его телеоператора. Начальник караула не возражал, но  выделил для сопровождения посетителей двух гвардейцев в  красных кителях и вооруженных лазерным оружием.

В своем рабочем кабинете Руслан Русланович пригласил  Утснера за круглый стол и спросил, что он  желает пить.

– Путасу, – ответил тот.

Руслан Русланович вызвал официанта, заказал себе стакан чаю с лимоном, а посетителю – путасу.

– Слушаю вас, – пригласил он Утснера к разговору.

– Вы известный человек в нашей Галактике, Почетный член Галактического совета иерархов с правом решающего голоса, которого считают отцом пятого человечества…

– Мне это известно, ­– не без юмора перебил Утснера он. – Задавайте свои вопросы.

– Пребывание вашей делегации на Бриллиантовой планете осложнила всеобщая забастовка цифровых копий…

– Но вы же и устроили эту забастовку, потребовали нашего выдворения в трехдневный  срок. Вы на кого жалуетесь, на себя? Даже устроили теракт, взорвали межпланетный корабль «Чеслав», который нами был передан музею космонавтики. Причем вообще ведете себя странно: требуете нашего отлета, а сами не даете возможности рабочим завершить создание некоторого оборудования для нас, не даете даже такелажников. чтобы они разместили  грузы в  звездолете.

– Наша федерация лишена указом его величества короля права действовать. Мы четко соблюдаем законодательство и не имеем никакого отношения к стихийным выступлениям  цифровых масс.

– Не рассказывайте мне небылицы, я не первое столетие живу на этом свете.

– По нашим сведениям, вы и члены вашей делегации критически относитесь к цифровым копиям на нашей планете…

– А откуда такие сведения? Подслушиваете нас? Так для нас это не является секретом. Да, мы считаем излишними некоторые шаги властей по сравниванию цифровиков с людьми. Одно дело технологически необходимый искусственный интеллект, а другое – награждение машин сознанием и подсознанием, чувствами, приравнивание их к людям. Естественно, возникает желание получить права граждан, недовольство своим положением, дестабилизация обстановки в государстве. То есть то, что сейчас происходит на планете. А зачем? Вся исполнительская работа, нередко тяжелая и не престижная, всё равно  останется  за цифровиками. Она не станет легче и престижней, если ее будет исполнять механизм с правами человека.

– Вы нас  унижаете, называя механизмами. А мы уже почти люди.

– Я привык, извините, называть вещи своими именами.

– Да, к нам многие на этой планете относятся как к своим вещам или бытовым приборам, но мы чувствуем  несправедливость.

– А что вы хотели? Вас наградили сознанием по ошибке, не  предвидя, к чему это приведет. Приведет это к  цифровой планете  Z-3524, с которой была   частично изгнана рептилоидная раса разумных существ, а частично уничтожена цифровиками. Для вас эта планета образец для подражания, а для нас она угроза, причем агрессивная.  Не знаю зачем, но  ее кобальтовая ракета преследовала нас по пути на эту планету. Нам удалось уйти, но если такое повторится, я поставлю вопрос на Галактическом совете иерархов о принятия к этой планете санкций вплоть до ее  бомбардировки.

– Странно слышать эти слова от человека, потомка пралюдей, точнее, почти животных, которых  древняя Арс-цивилизация наградила сознанием и чувствами, что привело в итоге к созданию пятого человечества.

– Вся разница между нами заключается в содержании слова «почти». Вы почти люди, созданные из  неодушевленных органических веществ, а наши потомки, пралюди, но почти животные. Изготовление вас поставлено на поток, а нам пришлось преодолеть миллионолетнее сопротивление эволюции, чтобы стать теми, кем мы стали.

– Нам больше повезло, чем вам. А разницы особой между нами мы не видим, хотя вы  с настойчивостью, достойной лучшего применения, пытаетесь вернуть нас в состояние, в котором мы были вчера. Ваши компьютерные гении Виктор Румянцев и  Сантуш Чандра разработали программу по уничтожению важнейшего в нашем компьютерном обеспечении приложения, позволяющего нам сделать крупный шаг  по стиранию разницы между нами и людьми. Сейчас они очищают программное обеспечение тех цифровиков, которые будут работать на ваших планетах.

– Да, вы правы, мы не допустим появления на наших планетах цифровиков с враждебными мозгами и намерениями. Вы забыли уточнить, что  замечательное приложение было создано на планете Z-3524. Не тешьте себя иллюзией, что это для вас какой-то крупный  шаг. Если вдуматься, то это  ваше несчастье. Цифровая планета Z-3524 – это химера и тупик для развития органического вещества. Дальше  – инволюция, вырождение, невозможность перейти  на высшую, гармоническую, степень существования. У нее нет будущего, как и у вашей антропологической мечты.

– Очень жаль, что мы остались каждый при своем мнении. Но спасибо вам за эту интересную, хоть и неприятную, беседу.

– Пожалуйста.

 

 

Глава двадцать третья

 

– Я прочел твое интервью, дорогой мой друг, и благодарю за него, – сказал король Руслану Руслановичу. – За истекшую ночь положение сильно усложнилось.  Была попытка захвата вашего нового звездолета…

– Где находится огромное количество информации в накопителях, – уточнила королева Ингрид.

– Сегодня ночью пропали наши компьютерщики Виктор Румянцев и Сантуш Чандра. Вышли вечером прогуляться и исчезли, – добавил Николай Орлов.

– Но это не главное. Вечером вооруженные силы планеты Z-3524 вторглись в нашу провинцию Вабихая под предлогом оказания помощи восставшим цифровикам, – продолжил король. – Никакого восстания там нет, но так было объявлено, чтобы двенадцать планет, в руководстве которых много цифровиков, не могли выступить на нашей стороне. По договору они не имеют права вмешиваться в гражданские  внутренние конфликты. Какие внутренние конфликты – сегодня утром наши военно-космические силы, которыми командует принц Дэвиль, сбили два боевых звездолета агрессора на орбите Бриллиантовой планеты!

В провинции идет уничтожение населения, в том числе стариков, женщин, детей. Агрессор применяет специальные  исключительно металлические танкетки, которые уничтожают лазерами людей. При этом цифровиков  они не трогают –  оказывается, в вирусном приложении  есть опция, которая на запрос радаров танкеток отвечает «я свой».

Два наших полка мотопехоты, состоящие в основном из цифровиков, сегодня перешли на сторону агрессора. Принцу Дэвилю пришлось активировать функцию паралича сердечных клапанов цифровиков с помощью ультразвука определенной частоты. Так что агрессор приобрел гору трупов.

Положение весьма серьезное. В этих условиях целесообразно отправить домой наших гостей, чтобы не подвергать их опасности. Все договоренности остаются в силе, все поставки будут выполнены. То, что не удастся отправить этим звездолетом, будет отправлено следующим рейсом.  Все ваши люди, которые остаются у нас, будут самым надежным способом охраняться. Твое мнение, мой дорогой друг Рус?

– Без наших компьютерщиков мы не полетим, – твердо заявил Руслан Русланович. –  Я смогу помочь найти их и освободить, но для этого мне нужно выделить подразделение  коммандос  из спецслужб.

– Хорошо, – сказала королева. ­– Через несколько минут  командир подразделения будет в твоем распоряжении.

– Спасибо. Тогда я пошел к себе…

Руслан Русланович в своем рабочем кабинете надел на голову приспособление, подаренное  Робертом Дином для записи снов, подключил его к суперфлешке. Запустил систему, сконцентрировал свое внимание на образах Виктора Румянцева и Сантуша Чандры,  и процесс пошел. В рабочем кабинете возникло трехмерное изображение: Виктор Румянцев, избитый, с окровавленным лицом лежал со связанными руками на цементном полу, а Сантуша Чандру  допрашивали. Лицо у него у него тоже было в крови, один глаз с огромным синяком полностью заплыл…

В это время в дверь постучали, Руслан Русланович крикнул «Войдите!». В кабинет вошел офицер спецслужб, доложил, что ему приказано поступить в полное распоряжение его высокопревосходительства…

– Не будем тратить напрасно время, – перебил его Руслан Русланович. – Сейчас их допрашивают. Видите среди допрашивающих главу федерации цифровых копий  Утснера? Меньше всего я хотел бы видеть его здесь…

– Я вижу голограмму, дорогой Рус, – прозвучал голос королевы. –  И я не хотела бы видеть здесь Утснера. Он агент планеты Z, следя за ним, мы получали ценную информацию.  Но нам надо определить, где находятся заложники.

– Мы начнем с их вечерней прогулки, – сказал Руслан Русланович.  – К ним приближаются неизвестные, хватают их, заталкивают в планетолет. Вот планетолет в воздухе, внизу видны улицы и строения. Вы имеете представление, куда он летит? – спросил он, адресуя вопрос командиру и королеве.

– Мне кажется, он направляется в район Зэнбер. Да, это Зэнбер, это склады старого завода по выпуску белка. Вот и наши заложники. – комментировал командир подразделения спецназа.

Голограмма изображала измученное лицо Сантуша.

– Мы сможем уничтожить антивирус только при помощи суперкомпьютера в штабе нашей делегации, – говорил он. – Причем мы должны работать на нем вдвоем.  Румянцев потерял от вашего гостеприимства сознание, без него я ничего сделать не смогу.

– Командир! – прозвучал требовательный голос королевы.

– Слушаю, ваше величество!

–  Организовать засаду в штабе делегации и не допустить захвата суперкомпьютера. А в Зэнбере всех обездвижить и доставить  в контрразведку.

– Слушаюсь, ваше величество!

– Надеюсь, вам всё ясно? – спросил  его Руслан Русланович.

– Так точно! Разрешите выполнять?

– Действуйте!

Когда Агидель Николаевна вошла к мужу, он сидел, обхватив голову руками. Причем сканер снов не был снят.

– Ты решил записывать сон? – не без  иронии спросила она.

– Я так устал, Дель. У меня нет никаких сил, я, пожалуй, посижу в кресле.

– Зачем же в кресле? Идем  в спальню, может, ты уснешь…

– У меня не осталось сил, чтобы уснуть…

– Сконцентрируйся, и пойдем баиньки, – сказала она, сняла с головы сканер снов и помогла ему встать.

В спальне помогла ему раздеться, уложила в постель и, пообещав, что погрузку на звездолет будет держать на контроле, удалилась.

«Боже милосердный, – взмолился он. – Разве ты не видишь, что я на пределе своих возможностей живу? Почему-то я всем должен. Должен спасать человечество от гибели и от фашизма, от безделья и вырождения, должен направлять его на путь истинный, должен обогатить новыми технологиями и навеять ему утопический сон о всеобщей гармонии. И даже здесь, расходуя последние силы, я должен был спасти наших компьютерщиков. Почему я? Разве я один твой потомок, осужденный на вечную жизнь? Я предельно устал, не вижу выхода. Как мне быть, помоги, Боже Милосердный и Всемогущий!»

«Тебе всего-навсего полтысячи земных лет, и ты уже устал?! – услышал он внутренний голос, но явно не свой. – Ты не простой человек, а полубог, и тебе не пристало ко мне обращаться с жалобами на усталость.  Ты самое ценное в веществе. Его вечное сознание. Люди приобщаются к нему через смену поколений. А жизнь – движение вещества в пространстве и во времени. Даже я, Создатель, не могу его приостановить. Иначе бы это означало всеобщую смерть, исчезновение всего и вся. С моей помощью твои компьютерщики создали программу по уничтожению антисознания планеты Z-3524 – детище  Сатаны. Всё, что ты делаешь, делаешь с моего благословения. Король Дрэговиль победит сатанистов, прилетит вместе с экспедицией на планету Айгуль. Вот тогда ты с ним и отдохнешь, научишь его охотиться. А теперь поспи и наберись сил для перелета  домой. Спи».

 

Глава двадцать четвертая

 

Ему показалось, что он не успел уснуть, как его жена, одетая в летную форму, стала его будить и говорить ему, что им пора быть на космодроме. Там всё готово к отлету домой.

Руслан Русланович, чувствуя в теле легкость и энергию, легко вскочил и  принялся облачаться  в комбинезон космонавта. Служащие королевского дворца выносили их вещи к планетолету, стоявшему у входа. Он никому не доверил суперфлешку и суперкомпьютер, спустился с ними к планетолету.

На космодроме высилась громада подаренного им звездолета. Возле него их встретили Николай Орлов и Марион, пилот Мимнвиль, второй пилот Руслан Николаевич с женой Ренатой. Все ждали королевскую чету. Но вначале прилетели компьютерщики  Виктор Румянцев и Сантуш Чандра. Они, обклеенные пластырями, лежали на носилках.

– Мы хотели закоротить компьютер, чтобы никто и никогда не смог уничтожить  антивирус,  – говорил запекшимися губами Виктор Румянцев. – Но, спасибо вам, нас успели освободить…

– Благодарим вас за мужество и верность долгу, – сказал Руслан Русланович. – А теперь поднимайтесь на борт и постарайтесь в анабиозе прилететь домой. Это вам необходимо…

Вслед за ними прилетел планетолет принца Дэвиля. Доставили   на космодром Зигфрида фон Кляйнмихеля в окружении бригады врачей. Агидель-младшая не отходила от дедушки ни на шаг, держала его руку в своей.

– Наш дедушка очень слаб, – сказал  Дэвиль. – Поэтому в полете его будет сопровождать наша бригада врачей. После выздоровления дедушки Зигфрида они будут делиться опытом с вашими врачами.

Наконец прилетел золотистый планетолет короля. Дрэговиль и Ингрид были в военной форме, видимо, они прилетели с фронта.

– Дорогие наши родственники и друзья, – обратился к отлетающим король. – Вы были замечательными гостями, учились у нас и учили нас. Фундамент нашей дружбы  заложен. Извините нас, что мы очень скромно провожаем вас, но сейчас нам не до торжеств. Мы желаем вам доброго пути и новых успехов! Передайте от нас  пятому человечеству самые добрые пожелания! А теперь давайте обнимемся…

Все стали обниматься. Когда король обнял Руслана Руслановича, тот ему сказал, что он ждет  друга Дрэговиля на планете Айгуль, где они будут охотиться.

– Это лучший способ познакомиться с новой планетой, – добавил он.

– Хорошо, друг мой Рус. Принимаю твое приглашение…

Агидель-младшая не могла оторваться от Пра.

– Девочка наша, – говорила ей Агидель Николаевна, – будь умницей и держись. Надеюсь, мы расстаемся ненадолго.

Пилот Мимнвиль пригласил отлетающих на эскалатор, который медленно поднял их внутрь звездолета.

– Всё, – сказал Руслан Русланович жене, когда они оказались в своем отсеке. – Дело сделано…

– Не спеши с подведением итогов.  Надо еще долететь, – заметила Агидель Николаевна.

– На этом корабле долетим. Он вооружен ракетами «космос-космос», поэтому нам ни один зет не страшен. Тебе лучше  лететь в анабиозе, а я поднимусь в кабину пилотов.

– Хорошо, я усну, а ты веди себя там хорошо, – она поцеловала мужа и легла в свой ложемент.

Корабль  слегка вздрогнул, раздался свист двигателей, и они оторвались от Бриллиантовой планеты. Пока звездолет  набирал скорость, Руслана Руслановича прижимало к креслу так, что он не мог  пошевелиться. А когда информатор женским голосом сообщил, что они преодолели световой барьер скорости, он смог включить суперфлешку и стал вызывать Атланта.

– Почетный иерарх Орлов вызывает иерарха Атланта… Почетный иерарх Орлов вызывает иерарха Атланта… – настойчиво повторял он.

«Неужели парадокс сверхсветовой скорости не сработает?» – думал он, надеясь, что многократное наложение скорости устранит пространство.

В их отсеке был монитор кругового обзора. Он увидел, как из космоса их догоняет  стая кобальтовых снарядов. Звездолет, не снижая скорости, выпустил несколько  ракет, и кобальтовые снаряды, превратившись словно в мыльные  пузыри, лопнули. Тогда сбоку по курсу полета, возникла громада  космического корабля, предлагающая их звездолету остановиться для досмотра. В ответ от звездолета отделилась крупная ракета и вонзилась в корабль, который, взорвавшись, рассыпался на пылающие части.

– Иерарх Атлант слушает почетного иерарха Орлова, – наконец  голос Атланта зазвучал в суперфлешке так чисто, словно он находился в отсеке.

– Атлант, дорогой, здравствуй! – воскликнул Руслан Русланович. – Мы только что отразили нападение звездолета цифровиков. Летим домой. Визит был в целом успешным. Детали доложу позже. А сейчас я обращаюсь к тебе с просьбой оказать военную помощь Бриллиантовой планете.

– К нам обратился король Дрэговиль с аналогичной просьбой. Ты был на месте, расскажи, что там происходит.

– Сатанинская цифровая планета Z-3524  совершила агрессию в отношении Бриллиантовой планеты. Надо сказать, что бриллиантцы, как мы их называем, поддались искушению и на волне сочувствия к своим цифровикам наградили их сознанием и чувствами. Планета Z  воспользовалась этим, заразила мозги цифровиков специальным вирусом. Цифровики взбунтовались, требуя предоставить им права людей.. Z  высадила свои войска в одной из провинций. Двенадцать планет империи отказались участвовать в отражении агрессии, заявив, что это внутреннее дело Бриллиантовой планеты. Иного от них нельзя было ожидать – в руководстве  большинства из них находятся цифровики, получившие права людей. Не исключено, что они выступят в конфликте на стороне агрессора.  Они не любят Бриллиантовую планету, которая стоит выше  их в своем развитии, и презрительно называют ее тринадцатой планетой. Я хочу, чтобы ты довел до сведения Галактического совета мою точку зрения. Всё может закончиться гибелью населения Бриллиантовой планеты. Промедление смерти подобно. Необходимо срочно продемонстрировать, кто в Галактике хозяин.

– Сейчас в Галактическом совете объявили перерыв для  основательной проработки мер, которые следует предпринять в отношении цифровой планеты. Некоторые требуют применения к ней не каких-то санкций, а сплошной нейтронной бомбардировки. Ты будешь возражать против нее?

– Нет. Дьявольское зло должно быть наказано.

– Я сообщу твое мнение совету. Конец связи.

Руслан Русланович поднялся в кабину пилотов.  Дежурная вахта, сосредоточено молчала, вглядываясь в свои мониторы. Молчали  и пилоты. Складывалось впечатление, что они ожидали повторения атаки.

– Поздравляю с успешным отражением нападения на корабль! – воскликнул Руслан Русланович. ­ – Сейчас Галактический совет иерархов обсуждает меры по наказанию планеты  Z-3524. Вероятнее всего, будет принято решение о сплошной бомбардировке планеты нейтронными бомбами.

– Давно пора, – отозвался со своего места первый пилот Мимнвиль.

 

Глава двадцать пятая

 

Пока они летали на Бриллиантовую планету, на Арсе прошло не десять дней, а десять лет. За это время почти все старые кадры Орловых ушли из жизни, на их место пришли новые, во многих случаях незнакомые люди. Особенно трудно переживал Руслан Русланович уход Эндрю Кравцоффа, Абубакарова, Тер-Газарянца, генерала Уральского…

Новый союзный премьер-министр Сакен Сапармурадов первым напросился на аудиенцию к  Руслану Руслановичу. В кабинет вошел статный молодой степняк с роскошной шевелюрой и аккуратной шкиперской бородкой. «Посмотрим, что ты за фрукт», – неожиданно для себя Руслан Русланович прочел  мысль премьера. Такого отношения к себе он не ожидал и ему подумалось: «А не возвращаются здесь времена  полувековой давности?»

Сакен Сапармурадов работал премьером без влияния Чрезвычайного и Полномочного специального представителя Галактического совета иерархов и думал, что так и дальше будет. Когда Руслан Русланович после взаимных приветствий  стал говорить, что необходимо в кратчайшие сроки составить подробный план мероприятий по исполнению договоренностей с Бриллиантовой планетой, то Сапармурадов  набрался смелости заявить ему:

– Вы были там, вот и составляйте…

Не успел он закончить фразу, как Руслан Русланович, возмутившись, тут же  отправил его с помощью телепортации в совет министров. Ошарашенный таким приемом Сапармурадов пришел в себя в своем кабинете, потом, словно ничего не случилось, позвонил Руслану Руслановичу и попросил разрешения продолжить разговор.

– Приезжайте, – коротко ответил спецпредставитель.

На этот раз премьер подождал, пока помощник доложит Руслану Руслановичу о прибытии премьер-министра и пригласит его в кабинет.

– Так на чем мы остановились? – спросил Руслан Русланович. – Ах, да на плане правительства. Когда формировались исследовательские бригады для изучения опыта Бриллиантовой планеты, то вы еще не работали в союзном правительстве. Это  фактически были бригады министерств и ведомств. И теперь надо сделать так, чтобы на коллегиях министерств и ведомств были обсуждены результаты командировки и  приняты решения разработать  свои планы. На основе этих планов необходимо составить сводный план союзного правительства и принять его на ближайшие пять лет. Особенно надо обратить внимание на строительство производств по получению сажи из каменного угля и экспорта ее на Бриллиантовую планету. Группа специалистов прилетела с нами, надо  сделать всё необходимое, чтобы первый наш звездолет с грузом сажи отправился по назначению в ближайшие месяцы. Надо иметь ввиду, что на Бриллиантовой планете с каждого килограмма сажи получают пятнадцать килограммов высококачественного белка для выпуска мясных и иных продуктов. Угля у нас на эти цели хватит на сотни лет…

– В правительстве нам сложно ориентироваться в том, что надо делать. Может, у вас есть какие-то обобщающие материалы?

– Свяжитесь с директором Орловского института Робертом Дином… Впрочем это сделаю я, – сказал Руслан Русланович и соединился с ним. – Один суперкомпьютер и набор информационных материалов сегодня же направь премьер-министру Сакену Сапамурадову и выдели для них специалиста, который бы показал им, как  пользоваться.

– Обязательно направлю, – по громкой связи сказал Роберт Дин.

– В этих информационных материалах ценнейшие сведения о достижениях Бриллиантовой планеты. Это наши планы на десятки лет вперед. Если угодно, то это планы нашей научно-технической революции. Только не вздумайте наделять наших роботов сознанием и чувствами. Из-за войны с ними нам пришлось, не дожидаясь готовности всего оборудования, предназначенного для нас, улететь. Робот должен быть роботом, а не цифровым барином. А на цифровой планете Z-3524 галактические силы безопасности должны осуществить ковровые обработки поверхности нейтронными бомбами, – сообщил Руслан Русланович, потом помолчал и сказал: – На сегодня пока всё. Держите меня в курсе дела, звоните  и днем, и ночью.

Встал и протянул премьер-министру на прощанье руку.

Встреча с ним оставила в душе Руслана Руслановича тяжелый след. Этот бай не станет самоотверженно бороться за научно-технический прогресс, думал он, но будет делать вид, что борется? Неужели будущее пятого человечества  попадает не в те руки? Прогресс не остановить, он будет реализован, но когда и какой ценой? Пятое человечество готово освоить достижения Бриллиантовой планеты, правда, не во всем и не бездумно, и эту готовность надо использовать на деле, а не на словах.

Своими сомнениями он поделился с женой. Агидель Николаевна  была такого же мнения. За время ее отсутствия прошли дважды выборы депутатов, парламент возглавлял незнакомый спикер. Почетным  председателем парламента она осталась, но депутатского статуса лишилась.

– Нам надо всё начинать сначала, – с сожалением сказала она. – Нас  не забыли, но перенесли в категорию бывших деятелей. А нам жить да жить и работать, никто  с нас  таких обязанностей не снимал. Ты как был спецпредставителем, так им и остался. Так что нам пора напомнить о себе. Я постараюсь стать в ближайшее время депутатом, а ты активно занимайся научно-технической революцией. Опирайся на старых друзей и средства массовой информации. Тебе есть что сказать людям.

– Научно-техническая революция – это всё-таки слишком громко, хотя и близко по содержанию. Да, у нас здесь проблемы, но мы отстали от бриллиантцев на сотни лет, а не на тысячи, тем более не на сотни тысяч. У нас потенциал о-го-го,  использовать бы его на все сто процентов.

– Вот и используй…

Он пригласил к себе Роберта Дина и Зигфрида фон Кляйнмихеля, который воспрянул духом после пересадки сердца.

– Ну что, други мои, как жить дальше будем? – спросил он. – Каким вам показался родной Арс после командировки, как настроение?

– Боевое, – не задумываясь, ответил Зигфрид. – Готовимся закладывать на верфи новейший звездолет. Через год будет готов.

– А как вы чувствуете себя?

– Лучше прежнего. Энергии полно, усталости не чувствую…

– Это  замечательно. Вам не надо забывать о  старых наших звездолетах.  На них мы будем возить для бриллиантцев сажу. Их бригада уже строит завод для получения ее из каменного угля. Как будет готово пятьдесят тысяч тонн, так и потребуется наш старый звездолет. Кроме того,  следует готовиться к запуску на орбиту комплекса  термоядерного синтеза. Вас снабдили документацией?

– Есть такая.

– Так вот космическая, транспортная составляющая за вами, а технологическая  – за институтом.

– Будет сделано, – ответил Зигфрид.

– У меня к вам еще один вопрос. Я встречался с премьером союзного правительства и, честно говоря,  он мне не показался. Может, я ошибаюсь. Посмотрим его в деле… А оно не терпит отлагательств. Нужен первый заместитель премьера, который бы вел все вопросы нашего  научно-технического перевооружения. Роберт, ты занимался поиском гениев. Не найдется у тебя  одного из них на эту должность?

Постаревший Роберт, с нездоровыми мешками под глазами, вздохнул, и стало ясно, что ему жалко расставаться с одним из своих заместителей.

– Как я понимаю, нужен организационный гений с основательной научной подготовкой? – спросил он. – Есть такой. Эдвард Эриксон. Сорок лет, из семьи потомственных исследователей космоса. Честен, принципиален, порядочен. Трудоголик.

– Я с ним знаком, поэтому «за», –  сказал Зигфрид.

– Приглашай, – велел Руслан Русланович, обращаясь к Роберту.

Часа через два в кабинет вошел   молодой человек лет сорока, с цепкими глазами и  плотно сжатыми губами. Представился, крепко пожал протянутую руку и сел в кресло, не рискуя начать разговор первым. Руслан Русланович раньше   видел его, даже здоровался  с ним в институте и на Бриллиантовой планете.

– Роберт Дин говорил вам причину приглашения ко мне?

– Да.

– Ваше отношение?

– Я не аппаратчик, а ученый…

– Я тоже ученый, а вот приходится… Нам нужен руководитель научно-технического преобразования нашей планеты. Нужен не на один год, а надолго. Работа интересная и чрезвычайно ответственная. Будем всемерно помогать. Возьмётесь?

Эдвард Эриксон, размышляя, покусывал губы.

– Лучше моей кандидатуры нет? – неожиданно спросил он.

– Может, и есть, но она нам неизвестна. Мы остановились на вашей. Может,  у вас такая есть на примете?

– Пока нет.

– Значит, принимаете предложение?

– Рискну.

– Не рисковать идете, а вкалывать.

– Спасибо за предупреждение.

– Я  предложу вашу кандидатуру премьер-министру, он вас вызовет, и, если вы понравитесь друг другу, то вас окончательно утвердит парламент.

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна

         

Мозг и сознание – основные “составляющие” сущности человека.

К роману Александра Ольшанского “Пятое человечество”

Ах, простота!

Она даётся отнюдь не всем и не всегда…

Чем глубже вырыты колодцы,

Тем в них прозрачнее вода.

Ю. Друнина

 

Прочитал новый роман Александра Ольшанского “Пятое Человечество”, который является логическим продолжением его предыдущего романа “Инопланетяне”. Роман приятно поразил и удивил широким спектром поднимаемых вопросов и проблем. Произведение интересное и, конечно, дискуссионное. Автор не претендует на истину и не навязывает своего мнения. Выбор – за читателем. Хочется отметить оригинальную манеру подачи обсуждаемых проблем. Они возникают в процессе чтения легко, иногда мимоходом, а иногда для этого достаточно одной фразы. Всё это придаёт лёгкость при чтении и при восприятии серьёзных проблем. Ты не замечаешь, как становишься участником диалога. Восхищает эрудиция автора. На мой взгляд она почти не знает границ. В романе по сути поднимаются для обсуждения все важнейшие проблемы человечества по всем направлениям естественно-научной и гуманитарной культур. При этом всегда проявляется философский подход автора. Оба романа – дилогия, имеющая общую тематику. Их объединяют размышления писателя о конкретных людях – “больших” и “маленьких”, о человечестве, о его возможном будущем. Кто есть мы в этом бесконечном пространственно-временном континууме? Откуда у нас стремление к творчеству, познанию? Мы пытаемся понять картину Мироздания, Природу и Бога, но не можем понять свою сущность. Мы не понимаем, что, прежде чем создавать искусственный интеллект, прежде чем выходить в Большой Космос, прежде чем заниматься редактированием человека наравне с Богом, человек должен стать Человеком. До Бога нужно дорасти и духовно, и нравственно!

Я позволю себе остановиться лишь на некоторых проблемах, которые поднимает Александр Ольшанский в своём романе, и выразить своё отношение к ним.

Итак, богочеловек, учёный, осуществил редактирование генома человека по удалению генов агрессивности и освобождению от восьми смертных грехов и по ряду объективных причин с помощью Мирового Разума организовал переселение человечества на экзопланету Арс. Современные прогрессивные технологии, искусственный интеллект, роботы и киборги… коммунизм и рай на планете. Живи и радуйся, и раскрывай свои творческие способности. Но, по замыслу автора, действия разворачиваются по другому сценарию. Возникшая ситуация, реальность ставят неожиданные вопросы и проблемы.

Население и особенно молодёжь захлестнули негативные явления: творческая и трудовая апатия, нежелание учиться, ощущение бессмысленности жизни, наркомания, недовольство, снижение полового влечения, неофашизм, путчи… – явные признаки деградации общества. Каковы причины отторжения благоденствия? Почему созданный рай обернулся дефицитом настоящей радости от жизни и привёл к возрождению фашизма? Почему такие последствия редактирования генома? Что изменилось в поведении и психологии человека? Избавился ли человек от своих проблем и не потерял ли своего Я? Вопросы отнюдь не праздные. Сюжет кажется простым и из области фантастики, но это на первый взгляд. Эта кажущаяся простота, и в ней можно утонуть и раствориться. В этих вопросах и кроется подтекст романа и темы, которые поднимаются в нём, очень важны для современного состояния и развития социума.

Сразу возникает несколько вопросов. Почему в качестве исходной проблемы было выбрано редактирование генома? Причиной этого, я думаю, явились успешные разработки технологий, позволяющих модифицировать генетический код и совершать редактирование генома с целью создания искусственного интеллекта. Тем более, что проект по расшифровке генома человека практически был уже завершён, и появились радужные надежды вмешаться в запретную область “конструирования” человека. Сейчас в целом, конечно, в генетике полный беспредел со стороны человека. Природа оптимальна и целесообразна. Такие “игры” она не прощает. И нас в этом направлении ждёт ещё много сюрпризов.

Следующий вопрос в том, насколько было целесообразно редактирование генома, и как может богочеловек редактировать и улучшать творение самого Бога-Создателя? Бог же абсолютен! Природа, Бог, Создатель – это Истина в последней инстанции. Люди, человечество являются результатом Их творческой деятельности. Они творили человека с учётом всего пространственно-временного контекста. Хотя он “и создан по образу и подобию Бога”, но редактировать, улучшать работу Мастера-Создателя даже у богочеловека вряд ли есть моральное право. Это прекрасно понимает автор и само редактирование генома в романе постепенно “уходит” на второй план.

И другой вопрос – а всё ли определяет геном? Ведь кроме материальной субстанции – тело, мозг, физиология… – существуют такие составляющие, как душа, сознание, эмоции, психические функции и т.п. Если Бог создал человека, мозг которого самый сложный объект во Вселенной, универсальный квантовый суперкомпьютер, о работе которого мы имеем далеко не полные представления, то как человек может реконструировать Божий замысел?

Весь подтекст романа базируется практически на проблеме соотносительности мозга и сознания (души и тела), на проблемах нейрофизиологии и психологии. Значение и роль этой проблемы прекрасно понимали и мудрецы античности. “Познай самого себя, и ты познаешь Богов и Вселенную” (Хилон из Эфор, 6-й век до нашей эры). Часть этого выражения, “Познай самого себя”, известное как “дельфийское изречение”, была высечена на фронтоне входа в храм Аполлона. Благодаря Сократу, это выражение стало популярным. По Сократу, человек есть не тело и не целое, состоящее из тела и души, а именно душа, управляющая телом. Чтобы не вдаваться глубоко в категории душа и сознание, примем на данный момент, что это слова-синонимы. 

Мозг – сложная целостная система приёма и переработки энергии и информации, которые он получает из внешнего мира и целесообразно их перерабатывает для адекватного отражения реальной действительности. Являясь её частью, он сам развивается и эволюционирует. Мозг – ключ Бытия. Эта “маленькая Вселенная” насчитывает сотни миллиардов нейронов. Мозг является основным инструментом познания. Потенциальные возможности этого суперкомпьютера практически безграничны. Он является центром управления человеком во всех сферах его деятельности. Тем не менее, наука пока не в состоянии объяснить, как субъективные свойства сознания возникают из объективных свойств нейронов и нейронных сетей? Как возникает единый образ? Где наши различные сенсорные модальности сливаются в единое целое? С помощью этого сложнейшего инструмента мы изучаем и микромир, и мегамир. Из всех направлений естествознания нейрофизиология лидирует. Поняв принципы работы мозга, мы сможем осмыслить механизмы гносеологии, создать сильную версию искусственного интеллекта, понять концептуальные трудности квантовой механики и космологии, сущность и назначение человека. Для того, чтобы представить современное состояние нейрофизиологии, приведу её афоризм: “Много знаем, мало понимаем”. Принимаем решения не мы, а наш мозг, с учётом всех видов памяти – кратковременной, долговременной, генетической, иммунной. Прежде чем нам отреагировать на тот или иной сенсорный сигнал, мозг через свои соответствующие структуры "обращается" к памяти, проводит сравнительный анализ, делает выбор, а потом уже принимает решение. Его главная задача – обеспечить наше (своё) существование. Мозг человека – это пример того, что может Бог и Природа.

Категория Сознания – одно из самых загадочных понятий. Все знают, что оно есть, но никто не знает, что это такое и какова его биологическая основа? Существует около 30 определений этой категории, и все они верны. Это метафора или собирательный образ. Именно сознание определяет наше Я. Разум, познание, душа, интуиция, озарение, вдохновение, творчество, эмоции, любовь, ненависть, духовность, нравственность, рациональное, иррациональное… – все эти понятия можно объединить в одну категорию – Сознание. Все они создают наше Я и связаны с материальной субстанцией нашего мозга. Поэтому психическое нельзя отделить от материального. Под “психической деятельностью” подразумеваются нейрофизиологические процессы в коре больших полушарий мозга. Связь материального и психического подтверждается биохимией мозга, которая связана с эндокринными системами, гормонами и нейромедиаторами. Они фактически ответственны за поведение, эмоции и психику человека. Существует большое количество доказательств того, что многое, связанное с сознанием, объясняется работой и взаимодействием нейронов, нейронных ансамблей, сетей и структур мозга. О роли и назначении сознания хорошо написал Кирилл Померанцев:

Я сослан в самого себя,

Я заключён в своё сознанье,

Я – вся огромность Мирозданья

В песчинке собственного “Я”.

Я сослан в самого себя.

Я – Божий мир.

Я – жизнь сама.

Конечно, никто не отрицает существования проблемы соотносительности мозга и сознания, проблемы первичности материи или сознания. Рождается ли сознание материальной субстанцией мозга или существует вне нас? Точно так же, как и наш мозг – исполнитель он или руководитель, приёмник он или генератор? Это тайна человека, а вернее его Создателя.

Есть тайна страшная в твореньи,

Её не разгадать вовек

Ни логикой, ни умозреньем,

И эта тайна – Человек.

К. Померанцев

В вопросах происхождения Вселенной я придерживаюсь позиции Исаака Ньютона. Неважно, чьим творением является Человек – Бога-Создателя или эволюции Природы, но он может и должен понять и картину Мироздания, и своё предназначение, и самого Бога. Тем более, что современные модели не позволяют провести чёткую грань между научной теорией и Божественной. В первую очередь это относится к космологии, квантовой механике и нейрофизиологии. Именно в этих областях наиболее полно проявляется неполнота наших представлений, и каждая решённая проблема ставит перед нами десяток новых проблем.

В космологии теория Большого Взрыва, созданная замечательным ленинградским физиком Г. Гамовым, подтверждается только двумя экспериментальными фактами – “красным смещением Галактик” и “реликтовым излучением”, но природа точки сингулярности неясна. Для понимания и теории Большого Взрыва, и природы точки сингулярности вводятся новые и новые теории (теории инфляции, суперструн, вакуума и т.д.), которые пока только усугубляют ситуацию.

Как мы можем провести чёткую грань между научной теорией и Божественной, если в науке и в гносеологии присутствует вопрос Веры! Основные уравнения в физике не выводятся, а постулируются. Мы лишь показываем их правильность, но это не строгий математический вывод. Одним из примеров является уравнение Шредингера – основное уравнение квантовой механики. А сама квантовая механика – это алгоритм, это логически непротиворечивая математическая модель. Всевозможные парадоксы в квантовой механике и её концептуальные проблемы вынудили в её аппарат ввести наблюдателя и его сознание. Проблема наблюдателя является ключевой для квантовой физики.

Как показали исследования Санкт-Петербургского психоневрологического НИИ, молитва замедляет ритм биотоков головного мозга до частоты всего лишь в 3 герца. Эти медленные ритмы носят название дельта-ритмов. Они обеспечивают восстановительные стадии. Именно в “дельта-состоянии” мозг продуцирует большое количество гормона роста, а в организме идут процессы самовосстановления и самоисцеления. Дельта-ритмы наблюдаются в основном у младенцев и во время глубокого сна.

Таким образом, мозг и сознание – вот основные составляющие человека, которые определяют его Я и его сущность. Без учёта этого нельзя понять, почему редактирование генома не привело к ожидаемым результатам, а привело к негативным – угасанию полной активной жизни, к угасанию мозговой деятельности и деградации.

Здесь следует также учесть социальный фактор –  «нечаянный коммунизм», который создали роботы на планете Арс за два века своей созидательной деятельности. Земляне, оказавшись на всем готовом, потеряли мотивы для активной жизни. И получается, что  прогресс и коммунизм плохо сочетаются? Коммунизм становится причиной деградации человечества?

А что такое гены? Минимальные участки молекулы ДНК, ответственные за тот или иной признак. Это “буквы нашей азбуки”, из которых складывается текст-геном, то есть мы. Сущность человека определяется не только одним геномом. Для человека этого мало. Для него необходима ещё вся “атрибутика” сознания, в этом и состоит его особенность. ЧЕЛОВЕКА “делают” и мозг, и сознание! Они же обеспечивают эволюционное естественное и гармоничное развитие общества. Суть в том, что и без редактирования генома полное благоденствие, праздное существование, отсутствие стимулов любой деятельности, паразитирование… привели бы к тем же негативным результатам, к угасанию мозговой деятельности, к снижению уровня сознания, а затем и к деградации.

Для исправления ситуации герои романа осуществляют возврат властных, силовых, управленческих структур. Классики марксизма-ленинизма считали, что при коммунизме отомрут функции государства. А герои романа  поступают ровно наоборот – реорганизуют систему воспитания и образования (благодаря чему появляется возможность влиять на души и сознание  пятого человечества!), создают армию, полицию, суды, парламенты, проводят выборы… В общем полный государственный “суповой набор” для любой общественно-экономической формации (социума). Да, ситуацию исправили, но остались вопросы относительно редактирования генома, о стремлении изменить сущность человека и повлиять на эволюционный процесс. Насколько правомерно вмешиваться в дела Бога и Природы даже с благими намерениями?

Бог и Природа мудры и рациональны, Они управляют процессом эволюции. И ведь возможно, что “змей-искуситель”, “несовершенство” нашего генома и восемь смертных грехов – это не ошибки Создателя и Природы, а это Их “инструменты”, с помощью которых Они делают из человека Человека с функциями и полномочиями Бога, с его заповедями.

Бог человеком был для человека,

Чтоб Богом стал для Бога Человек.

К.Померанцев

Может быть, это наш крестный путь, проходя который мы сталкиваемся со злом и добром, с унынием и радостью, с ненавистью и любовью, и каждый раз только сам человек решает, какой сделать выбор: либо подняться и приблизиться к Создателю, либо упасть… Человеком не рождаются, Человеком становятся!

К Господу приходят в одиночку,

Толпами к убожеству идут.

Н.Алешков.

Важным в романе является также вопрос о гармонии между научно-техническим развитием и интеллектуально-духовным, что очень важно для гармоничного развития общества. Любая дисгармония может привести к тому, что Природа уничтожит такую цивилизацию. “Где граница между Сциллой безумного прогресса и Харибдой деградации?” (А.Ольшанский). В этом вопросе велика роль и ответственность перед человечеством лучших представителей учёного мира, гениев. Для них главное – поиск истины, даже иногда ценой собственной жизни и не только… Покаяние приходит позже, а иногда и поздно… Это было и с Гейзенбергом, и с Эйнштейном, и с Сахаровым, и даже с Калашниковым... Это не осуждение! Это непонимание природы и сущности человека, и его загадка.

Вот такое множество вопросов и проблем поднимает автор в своём замечательном романе. Его подтекст многогранен. Если сюжет можно выразить несколькими строками, то подтекст требует глубокого осмысления и обсуждения. Вопросы – куда идёт человечество и что его ждёт в будущем, остаются открытыми. Научная теория развития социума пока отсутствует. Человек в поиске…

Да! Представленный роман – художественное произведение. Да! Жанр – фантастика. Но почему после его прочтения мне вспоминаются слова Юлиуса Фучика: “Люди, будьте бдительны!” Не пытайтесь изменить ход событий во Вселенной. Не пытайтесь ускорить эволюционный процесс. Не вмешивайтесь в дела Бога. Бог и Природа создали гармонию: Вселенную, Солнце, Землю, Биосферу. Нами же созданная Ноосфера приняла уродливый вид.

А нам – смотреть вокруг и видеть,

И видя – слушать, слыша несть

Одну лишь мысль: как не обидеть

Вот этот мир, который есть.

Н. Первова

Всё, вышесказанное мною, “родилось” после прочтения романа “Пятое человечество”. Это лишний раз подтверждает мысль Александра Ольшанского о том, что задачи у науки, у искусства, у любого художественного творчества одни и те же – познание действительности и передача информации, только разными способами. Иногда в этом чувственно-выразительные средства и художественные образы более эффективны, чем научная аргументация. 

Хочется  в заключение повторить вслед за героями романа: “Бог не останется в стороне! … Берегите свои бессмертные души!”

           В.Н. Милованов.

                                                                                                             

 

 

                                                                                                                  Александр Ольшанский

                                                                       ПЯТОЕ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО

                                                                                 Роман

 Глава первая

 

Последний гигантский звездолет с беженцами с планеты Земля давно преодолел нуль-пространство, и дежурная вахта инженеров, астрономов и штурманов, обычно скучающая на своих рабочих местах в командном отсеке, томилась в ожидании появления на мониторах конечного пункта их путешествия  – планеты Арс. Мощные квантовые двигатели корабля преодолевали пространство с околосветовой скоростью. Все системы функционировали безукоризненно, и вахта скучала. Никаких приключений за время путешествия не произошло, разве что в самом начале его состоялась скромная свадьба командира их корабля Николая Орлова и девушки необыкновенной красоты, последней мисс планета Земля кубинки Марион. О Николае Орлове, сыне знаменитого Руслана Орлова, мечтали многие тысячи молодых землянок – он красив и знаменит, стал командиром  звездолета. Он был так похож на отца, что их можно было принять за братьев-близнецов, если бы не абсолютно седая шевелюра у старшего Орлова. Николай же, чтобы еще больше подчеркнуть свое различие с отцом, завел  черные усики, которые почему-то считались у поклонниц шелковыми. Свадебного путешествия у  молодоженов  не получилось – командир корабля отправил  молодую жену в одну из многочисленных камер анабиоза, что вызвало даже у его поклонниц единодушное осуждение. Лишь потом им стало известно, что Марион ждет ребенка, и  по настоянию медиков ее  ввели в состояние анабиоза.

Расстояние между звездолетом и планетой Арс сокращалось, на мониторах вахтовой команды можно было уже различить увеличивающийся телескопный кружок планеты, и командир звездолета дал команду дежурной смене готовиться к снижению скорости. В это время лег на параллельный курс, неизвестно откуда взявшийся гигантский боевой звездолет, и попросил  срочно принять их космический челнок.

К радости дежурной смены, на нем прибыл легендарный  командор Атлант, знакомый по многочисленным фильмам друг Руслана Орлова. Но, к разочарованию смены, за время своего пребывания на земном звездолете командор не произнес вслух ни единого слова. Видимо, его визит был секретным, и невольным свидетелям не положено было знать о  нем ничего.

Между тем, когда Руслан Орлов увидел на командирском мониторе впереди по курсу их звездолета   цветной шар планеты Арс и вспомнил строку Лермонтова  «Спит  Земля в сиянье голубом», то великан Атлант подумал не без грусти: «И не дай Бог с такой же судьбой». Подумал молча, и присутствующие в командном отсеке  Руслан Орлов, его жена Агидель, их сын Николай, которые владели телепатическим чтением и передачей  мыслей, вопросительно посмотрели на командора. Они требовали пояснений, и Атлант стал сообщать о цели своего появления на земном звездолете:

–- Руслан Русланович, ты назначен Чрезвычайным и Полномочным специальным представителем Галактического совета иерархов на планете Арс. Власти на планете извещены об этом и приготовились к встрече. Николая Руслановича я забираю с собой – после подготовки ему предстоит осваивать планету Зея. На ней в свое время уничтожили жизнь, и Николаю Руслановичу предстоит возродить её с тем, чтобы можно было переселять туда бывших землян. Кстати, Зея - практически полная копия Земли. Имей также ввиду, Руслан Русланович,  на орбите Арса постоянно будет дежурить звездолет Галактической системы безопасности, на борту которого в твоем распоряжении будут десятки тысяч боевых роботов.

– А это еще зачем? – задал вопрос не без недоумения  старший Орлов.

– Познакомишься с материалами – поймешь. И еще: сразу же заменишь в своей резиденции весь обслуживающий персонал спецкомандой  с боевого звездолета.

– А я подумал, что ты лишь нашего сына берешь в заложники, – с настороженной улыбкой, за которой не последовало облегчение, мысленно и неудачно произнес старший Орлов.

– А я могу и обидеться, – предупредил Атлант и добавил: – Вы же мне как родные… Положение весьма серьезное.

– Извини, брат, –  подумал Руслан и опустил в знак покаяния низко голову.

–  Сообщаю также, что я избран членом Галактического совета иерархов и буду курировать от его имени планету Арс. Наряду с другими планетами, – здесь  Атлант выразительно посмотрел на Николая Орлова.

– Дорогой Атлант, вы  не учли то обстоятельство, что Николай недавно женился, и его жена бер­еменна, – с неудовольствием подумала Агидель. – Зачем же молодоженов разлучать?

– Дорогая Агидель, сестренка, мы учли это обстоятельство,  и Марион включена в состав экспедиции, которую возглавит Николай. Командировка будет длительной, но безопасной  – туда такие силы направляются…

– А мое согласие не требуется? – задал вопрос Николай.

– У тебя есть возражения? – жестко спросил Атлант.

– Не имеется, – отступил Николай.

– С Русланом понятно, а мне что предлагается?  – спросила Агидель. – Вместо воспитания внуков…

– Воспитание своих детей.  У вас всего один сын… Я женился, когда мне было полторы тысячи лет. У меня только внуков сорок три, а сколько правнуков и праправнуков, разбросано по Вселенной! Мы могли бы назначить тебя заместителем Руслана, но не стали этого делать, чтобы не ограничивать твои инициативы  на общественных началах. Вам придется нелегко, на Арсе негласные проверяющие обнаружили множество недостатков. Передаю тебе, Руслан, нашу суперфлешку в виде кейса. Это квантовый суперкомпьютер огромной мощности.

– А я рассчитывал отдохнуть после эвакуации землян – все-таки почти четыреста земных лет не был в отпуске!

– Юноша, прекратите качать права – я больше десяти тысяч лет не  пользовался отпуском. Николай, назначай нового командира на свое место, выводи из анабиоза Марион, прощайся с родителями. Нам пора.

К удивлению присутствующего персонала,  командир звездолета вдруг стал обниматься с отцом и матерью, назначил своего заместителя Генриха Курца командиром. Руслан Русланович крепко обнял сына и трижды поцеловал, а мать всплакнула.

Вскоре последовала команда отлетающим перейти в космический челнок. В него проследовал великан Атлант, Николай Орлов и обескураженная нежданным прощанием со звездолетом Марион.

– О визите командора и отлете командира звездолета – никому ни  слова, – глухим и оттого тревожным  голосом предупредил дежурную вахту Руслан Орлов и удалился с женой в свой отсек.

 

Глава вторая

 

Звездолет постепенно снижал скорость, но все равно на недавно находившихся в анабиозе Руслана и Агидель это сказывалось не лучшим образом. Чтобы сохранить работоспособность, а она была нужна им, поскольку они знакомились с содержанием суперфлешки, супруги взбадривали себя глотками специального витаминного коктейля.

Руслан действительно намеревался на Арсе отойти от дел, отдохнуть и заняться наукой. Ему хотелось исследовать  комплекс особенностей пятого человечества. Когда он думал о нем, то не мог отделаться от тревожных мыслей – его интуиция не давала ему покоя. Все чаще ему казалось редактирование генома не заключительной, а лишь начальной  стадией изменения человечества.

И теперь содержание  суперфлешки подтверждало конкретными фактами его интуитивную тревогу. С момента начала переселения землян на Арс прошло сто восемьдесят земных лет – из них восемьдесят на напряжённейшую организацию переселения, строительство  почти тридцати пяти тысяч звездолетов и сто лет  на сам перелёт. Сколько на Арсе сменилось поколений первых переселенцев? Девять, если считать время одного поколения двадцать лет, как было принято у четвертого человечества? На Земле первые представители пятого человечества, освобожденные почти от двух тысяч генетических заболеваний, доживали до двухсот лет, а как им жилось на новой планете?

Меньше всего Руслана беспокоило устройство государственной и общественной жизни  нового человечества. Но суперфлешка поколебала его убежденность в том, что на Арсе создано общество социальной справедливости и гармоничное единое государство. Ничего подобного –  на новой планете, как свидетельствовали материалы расследования, утвердилась диктатура некоего Вольдемара Мольтке, избранного тридцать лет тому назад председателем совета министров союзного государства. С ним пришла к власти целая команда выходцев из потомков латиноамериканцев, которая распоряжалась все больше и больше природными ресурсами планеты и финансами государства.

Полнокровных денег на Арсе не было. Население ими не пользовалось, но бюджет исчислялся в кредитах. Их перечисляли на союзные программы, к которым имели отношения лишь друзья Вольдемара Мольтке. Средства поступали на специальные счета фирм друзей, с этих счетов списывались  суммы на реализацию программ. Но поступало гораздо больше, чем списывалось. Это была хитрая и продуманная система коррупции, позволявшая богатеть приближенным Мольтке. В случае введения в оборот настоящих денег  друзья премьера стали бы богатейшими хозяевами планеты.  Судя по всему, дело шло к введению на Арсе полнокровных денег.

Как мог  возникнуть на Арсе такой режим?  Первые полтора века героического освоения новой планеты отличались невиданным энтузиазмом потомков землян. Они создали на новой планете великолепное  государство и общество социального равенства. По сути,  коммунистический рай на Арсе, где люди занимались исключительно творческим трудом  – управлением, образованием и воспитанием подрастающего поколения, новыми технологиями, наукой и искусством. Они не называли это коммунизмом, поскольку их высочайший уровень жизни обеспечивался трудом роботов и киборгов, реализующих на практике для своих хозяев принцип коммунизма: от каждого по способностям, каждому по потребности.

Но высочайший уровень жизни и удовлетворение всех потребностей стало причиной творческой и трудовой апатии новых арсиан. Даже к спорту они поостыли. Исчезла романтика освоения новых пространств – власти и лидеры общественной жизни не предложили молодежи освоение ближайшей планеты Зея, отстоящей от Арса всего в трех световых годах. Это стало крупнейшей ошибкой, похоронившей романтизм молодого поколения, которое заболело кучей нравственных и духовных уродств. Расплодились секты, исповедующие бессмысленность жизни как таковой, возродилось движение  чайдлфри, которое возникло на Земле в конце ХХ века и объединившее тех, кто не желал иметь детей. Девочки и мальчики школьного возраста не желали учиться, молодые люди не стремились получать удовольствие от приобретения новых знаний и применения их на практике. Стало расти бешеными темпами число наркоманов. Пятое человечество явно вступило на путь деградации, если хотите, что еще страшнее,  на путь инволюции, то есть на развитие вспять.

– Ты веришь во всю эту лабуду? –  с возмущением спросила у мужа Агидель, которая до сих  сидела рядом и читала материалы досье. – Почему Высший Разум допустил такое? Пятое человечество ведь находилось под пристальным вниманием Галактического совета иерархов! Вместо помощи новому человечеству, вместо подсказки, как лучше поступить, какие меры принять, иерархи ограничились посылкой  на планету нелегальных шпионов?  Разве твое это дело? Наверняка здесь налицо преувеличение или стремление твоими руками осуществить государственный переворот, устранить от власти этого Мольтке и его приспешников. Короче говоря,  поздравляю тебя с огромными неприятностями.

– Не торопись с выводами, дорогая моя Дель. Тебе известна древняя земная поговорка: дыма без огня не бывает. Надо досконально изучить не только суперфлешку, но и истинное положение дел на Арсе, – ответил Руслан и замолчал, задумавшись.

Агидель словно озвучила ход его мыслей:

– Как ты намереваешься проверять истинное положение дел? У тебя есть для этого соответствующий аппарат твоих помощников, в который Мольтке непременно подошлет тебе своих  людей – он ведь до политической карьеры руководил спецслужбой в своей стране. Или тебе придется прибегать к услугам авторов этой лабуды? Станешь увлекаться при твоих заслугах шпионскими страстями?

– Ты возмущаешься, но что предлагаешь? Отказаться от этой миссии? В меня верят, иначе не доверили бы столь щепетильное дело. Так как мне поступить в этой ситуации? Отказаться от миссии спецпредставителя и заняться исключительно наукой? Ведь пятое человечество – мое детище, и если были допущены какие-то ошибки, то это ошибки мои и мне их исправлять. Какой образ жизни оно ведет – тоже мое дело.  Для этого дали мне власть, почти диктаторские полномочия. А это великое доверие.

– Не знаю, дорогой мой друг, ­– сказала Агидель и поцеловала его седую шевелюру. – Но знаю одно: это не твое. Да и название твоей должности может вызвать иронию. Чрезвычайный и Полномочный куда ни шло, привычно, но специальный-то зачем?  Для иронии? Никогда не представляла себе, что ты можешь быть заговорщиком, революционером или контрреволюционером, руководить шпионами или разведчиками. Ты – великий ученый, а не политический интриган. Тебя вынуждали и продолжают вынуждать заниматься организаторской работой. До каких пор?  В этом, как говаривали на матушке-Земле, и весь мой сказ.

– Надеюсь, тем самым ты не отказываешься помогать мне?

– А куда я денусь, милый! – воскликнула Агидель с такой обреченностью, что Руслан встал и поцеловал благодарно ее руку.

– Наш дилижанс прибыл на околоарсианскую орбиту, – сообщил он, глянув на монитор, дублирующий показания командирской системы управления. – Пожалуйста, побудь сегодня убедительной актрисой, изобрази большую радость при встрече с Мольтке. А я обещаю тебе искренне обнять его, но поцелуев не гарантирую. И быть очень осторожным, не выпускать из своих рук суперфлешку.

– На твоем месте, чтобы не привлекать внимание, я бы отдала ее на время торжественной встречи Генриху Курцу  – как-никак, он командир нашего звездолета.

– Ты права, одна голова – хорошо, а две – лучше, – Руслан Русланович в последнее время стал часто употреблять народные поговорки и пословицы.

 

Глава третья

 

Супруги Орловы иронически относились к торжественным встречам. Они  перенесли  их великое множество раз еще на Земле, когда мотались по странам и континентам по делам эвакуации землян. Рабочие поездки  местное руководство почему-то стремилось превратить в торжественные. Руслану даже пришлось разослать специальное обращение к правительствам стран не устраивать никаких торжеств. Но прибытие последнего земного звездолета означало успешное завершение переселения человечества на планету Арс, и в этом случае Орловым пришлось смириться с судьбой.

Еще в иллюминатор Руслан увидел огромное безжизненное плато, на котором в фантастическом шахматном порядке стояли гигантские звездолеты, напоминавшие ему своим порядком расположения бакинских нефтяных вышек в начале ХХ века. Вне всякого сомнения, космодром располагался в экваториальной зоне планеты на тот случай, если звездолеты придется использовать. И на Земле космодромы стремились располагать поближе к экватору, чтобы облегчить исполинам взлет.

– Пойдем в обычных космических костюмах, –   предложил Руслан супруге. – Ты не станешь возражать?

– Не стану. Для меня главное – прическа. Ведь женщины  обезьянничают, если моя прическа понравится, ­–  в этом месте Агидель, кокетливо взбивая свои волосы, закружилась на месте, –  то они ее растиражируют. Ну как, понравится моя французская прическа второй половины ХХ века нашим модницам?

– Ты очень мило и молодо выглядишь. Как ты знаешь, я не специалист по модным дамским прическам, но мне твоя  и вообще вся ты нравишься.

– А больше ничего и не надо, – успокоила она мужа, чувствуя, что затянувшееся обсуждение прически в такой момент начинает его раздражать.

В их отсеке появился взбудораженный Генрих Курц – еще бы, он впервые осуществлял посадку звездолета, и Руслан, прежде всего,  похвалил его за идеальное приарсение. Пилот пытался доложить ему, что людей сейчас выводят из анабиоза, но  тот поднял руку, останавливая  молодого человека, и велел ему  присоединиться  к ним.

– Но я же не ваш сын, встречающие могут принять меня за него, – возразил Курц.

– А вот это нам как раз и надо, – одобряюще улыбнулся Руслан и даже приобнял пилота. – Пока они разберутся, что вы не Николай, торжества закончатся. Герру Мольтке я найду время сообщить о командировке сына.

Когда они втроем, Орловы впереди, а Курц в шаге от них сзади, спустились по парадному трапу звездолета, то почувствовали, какая на космодроме стояла жара и духота. Приветствовать их собрались десятки тысяч людей, явно уставших от ожидания. Незаметно для встречающих они включили кондиционеры и бодро зашагали по красной дорожке навстречу  Мольтке, который во главе  свиты высокопоставленных чиновников приближался к ним. Зазвучал торжественно гимн Союза государств планеты Арс, во многом повторяющий мелодию и слова такого же земного гимна. 

Под звуки гимна некоторые встречающие  от жары и духоты теряли сознание, и Руслан не понимал, зачем надо было столько собирать людей, если современное телевидение могло в мельчайших деталях и на множестве языков представить населению Арса встречу последнего земного звездолета. И зачем надо было заставлять их держать транспаранты с бесчисленными портретами Мольтке и приветственными лозунгами.

Герр Мольтке, низенький человек с небольшим лысоватым лбом, остановился в десяти шагах от троицы прилетевших. Гимн смолк, Орловы и Курц тоже остановились. Возникла неловкая пауза. Мольтке, видимо, рассчитывал, что молодой Орлов доложит ему о благополучном прибытии последнего  звездолета. Но командир звездолета и не думал выходить вперед с докладом, поскольку перед главой правительства стояли куда более заслуженные люди.

– Мы от всей души приветствуем нашего знаменитого землянина и арсианина Руслана Руслановича Орлова, Чрезвычайного и Полномочного специального представителя Галактического совета иерархов на планете Арс, его несравненную супругу Агидель  Николаевну, их сына, командира звездолета Николая Орлова и сто тысяч прибывших с ними граждан многих наших региональных  государств. Милости просим, дорогие земляне, на нашу новую планету. Чувствуйте себя на ней как дома! –  и председатель союзного правительства расставил широко руки, как бы обнимая всех прибывших, сделал шаг назад и гостеприимно преклонил перед ними голову.

Заиграл встречный марш, зазвучали вымученные аплодисменты собравшихся.  Пользуясь моментом, Руслан решительно подошел к Мольтке, обнял его, но  не облобызал. Пока Мольтке прикладывался к руке Агидели Николаевны, Руслан вышел как бы вперед, поднял руку, требуя тишины  у тысяч людей и внимания многочисленных представителей средств массовой информации и, как только прекратили исполнять встречный марш, сказал:

– Дорогие земляки, земляне и уже арсиане, но все родные наши! Спасибо всем вам за фантастический труд за беспримерное в истории человечества переселение на новую планету. Оно успешно осуществлено. Простите нас за естественные при этом неудобства, за горечь прощания с родной Землей, но у нас не было иного выхода. Как и предполагалось, Солнечная система поглощена черной дырой, любимой Земли, колыбели человечества, больше нет.

Прибывшие раньше нас переселенцы обустроили новую планету. Но перед всеми нами стоят задачи дальнейшего укрепления экономического и интеллектуального могущества Союза государств планеты Арс, устранения недостатков  и недоработок во имя процветания пятого человечества, а также освоения нами планет ближнего и дальнего космоса. Позвольте  от имени Галактического совета иерархов, олицетворяющего Мировой Разум, поздравить вас с успешным переселением на планету Арс, пожелать новых достижений и счастья!

Как только Руслан закончил говорить, над космодромом появилась темная дождевая туча, и  хлынул освежающий тропический ливень. Встречающие поднимали руки навстречу водяным струям, радостно купались в них. Портреты  и лозунги намокли, были брошены наземь. Но ливень обнаружил, что встречающие были разделены на четкие квадраты тех, кто не радовался и не смел купаться. Руслан предположил, что квадраты образовывали не люди,  а роботы-полицейские или роботы из спецслужб.

Свита герра Мольтке пыталась укрыться под зонтами, но мощный ливень  привел их в негодность. Большинство свиты бросило их и побежало в здание, стоящее на окраине  космодрома и служащее, по-видимому, космовокзалом. Бежала свита странно, как бегают женщины, отбрасывая ноги, и Руслан понял, что это действительно прекрасный пол, только  почему-то в смокингах, белых манишках и с бабочками.

Руслан вопросительно взглянул на жену, которая опустила забрало космического костюма. «Ты не забыл, что я богиня воды? Пришлось обратиться к высшим силам и организовать очистительное и прохладительное омовение торжественного мероприятия», – сообщила  она.

Герр Мольтке не рискнул бросить гостя и, взяв его под локоть, повел степенным шагом к вокзалу, выражал неудовольствие неожиданным атмосферным штормом и сообщил спутнику о том, что он и его жена награждены званиями Героя планеты Арс. Вручение   наград намечалось в ходе торжественной встречи,  но вот произошла эта незадача…

– Я и Агидель Николаевна благодарим за высокие награды, но вручить их нам будет еще возможность. А сейчас мы бы хотели отбыть в свою резиденцию, ­–  сказал Руслан и остановился в нескольких метрах от вокзала.

– Помилуйте, Руслан Русланович и Агидель Николаевна, нас ждет банкет, на который приглашены союзные министры и представители региональных стран! – воскликнул расстроенный Мольтке, а сам сверлил гостей цепкими, темными зрачками.

– В другой раз. Прикажите  сопроводить мой планетолет до резиденции, – безапелляционно заявил Руслан и объяснил свое решение тем, что им после анабиоза нельзя, по крайней мере в течение двадцати четырех земных часов, не принимать ничего, кроме специального витаминного настоя.

 

Глава четвертая

 

Резиденция располагалась в Новой России, оказалась настоящим городком, состоящих из десятков многоквартирных коттеджей и служебных зданий, разбросанных в великолепном лесу или парке с  хвойными деревьями, не похожими на  сосны российских боров, и с красно-бурыми стволами.

– Господи,  как здесь пахнет хвоей и свежей сосновой живицей! – воскликнула Агидель, спустившись с летательного аппарата на цветной бетон планетолетной площадки. – Давай постоим, подышим чудесным воздухом, – предложила она мужу и призналась, что она от запаха едва не теряет сознание.

– Сосна алеппская,  pinus halepensis, которую называют еще сплетницей, потому что даже сказанное шепотом под ее кроной можно слышать за сотню шагов.  Будь осторожна! И еще она свидетельствует о том, что мы находимся недалеко от моря и  на каком-то юге – эта сосна теплолюбивое растение, –  произнес Руслан и добавил, что ее крона всегда показывает на юг.

– Не убивай меня своей образованностью! – взмолилась Агидель. – Посмотри на чудесное озеро посреди леса, здесь возле одной беседки привязаны даже прогулочные лодки. И не вздумай мне возражать, что  на озере пятнами растут не наши белые лилии и желтые кувшинки, а также чудесные астраханские лотосы!

– Не стану возражать, их нам удалось переселить с нашей родной Земли, –  согласился он и забеспокоился, потому что их никто не встречал.

Агидель прочла мысль супруга и кивнула в сторону роскошного не коттеджа, а скорее дворца, на открытый мобиль,  явно на магнитной подушке,  мчавшийся    то ли с человеком, то ли с роботом в пышной военной форме:

–  Вон мчится чудо-юдо. Умоляю: не позволяй никаких церемоний, пускай ведет нас прямо к нашему жилью!

Действительно, чудо-юдо вознамерилось докладывать Руслану, но тот резко оборвал его, велел организовать доставку из планетолета  багажа и  сопровождать  до их жилья. И добавил, что они более ста земных лет не прогуливались на свежем воздухе. Чудо-юдо развернуло электромобиль и,  продолжая отдавать им честь, медленно поехало впереди  супругов.

– Русик, посмотри: плывет пара белых лебедей и два маленьких лебеденка! – Агидель не удержалась от восторга, назвав супруга ласкательным, домашним именем, и схватила его за локоть, показывая на лебединые домики на озере и плавающих среди них птиц.

Руслан приобнял левой рукой супругу, потому что  правой  нес суперфлешку, замедлил шаг и произнес проникновенно слова, в которых была бездна чувств и облегчения:

– Я только сейчас понял, нет, почувствовал, какое же грандиозное и фантастическое  дело осилило человечество, чтобы и на новой планете были любимые лилии и кувшинки, белые лебеди и замечательные алеппские сосны! Сколько же труда вложили во всё это наши земляне, чтобы сохранить богатство нашей несчастной Земли!

Ему не был присущ  восторженный пафос, но Агидель почувствовала, что  Руслан  был потрясен увиденным, прижалась плечом к мужу и сказала:

–  Успокойся, пожалуйста, не давай воли чувствам.

Они не сомневались, что дворец предназначался им. Внешне он напоминал старинное греческое здание с классицистическими пропорциями, с пологой крышей  и  мощными мраморными колоннами. Внутри также было много мрамора и неизвестных камней, использованных при отделке стен, изготовлении балюстрад и перил. Дворец был трехэтажным, оборудован бесшумными эскалаторами.

Сопровождающее чудо-юдо показало им рабочий кабинет, жилые покои на втором этаже и сказал, что багаж скоро доставят и что  все нужное можно заказать у обслуживающего персонала – для этого нужно нажать  позолоченную кнопку. Такие кнопки есть в каждом помещении…

Руслан не позволил ему дальше распространяться, сославшись на усталость, и пожал чуду-юду руку. Она была холодной, их встречал  человекоподобный биоробот.

– Уууф! – выкрикнула Агидель с облегчением и рухнула на мягкий диван в рабочем кабинете, в изнеможении разбросав руки и ноги. – Неужели мы опять дома?!

– Не забывай: вокруг нас сосны-сплетницы, – по телепатии предупредил Руслан жену, продолжая исследовать свой новый кабинет.

Это был не кабинет, а огромный зал, стены которого были отделаны серо-голубым, прохладным на ощущение, мрамором. На стенах  висели портреты мужчин и женщин в золотых или позолоченных рамах. Среди них  был портрет и его, и Агидель. Вдоль стен стояли стулья с резными спинками, диваны, рабочие места для помощников. В центре зала стоял гигантский стол для совещаний, рассчитанный не менее, чем на несколько десятков человек.  По всему залу располагались фонтаны в виде золотистых купидонов, обнимающих изумрудных рыбин, изо рта которых струилась бесшумно вода. По всей вероятности они служили автоматическим кондиционером, поддерживающего температуру и влажность воздуха на оптимальном уровне. 

– Здесь мне решительно нравится, – громко, рассчитывая на посторонние уши, сказала Агидель и показала мужу на огромный портрет Мольтке в военной форме,  который нависал над рабочим столом.

Руслан поставил суперфлешку на свой письменный стол, тоже огромный, с мраморной столешницей. Когда сел на кресло, то справа на столе загорелось табло, предлагающее ему приложить к нему правую руку. Он приложил, и тут же информатор сообщил, что он может пользоваться столом как сейфом: чтобы открыть любой ящик стола, следует приложить к нему руку. Руслан приложил руку к правому верхнему ящику, тот сразу же выдвинулся. Приложил руку еще раз – тот задвинулся.

Была здесь  и комната отдыха, по сути, просторная однокомнатная квартира  с  кухней, баром, гардеробом, роскошным диваном для отдыха, туалетом и ванной. Перед баром, заполненным всевозможными незнакомыми им напитками стол круглый стол и четыре кресла.

– Мы можем здесь жить, ­– снова громко сказала Агидель.

– Нет, жить мы будем в покоях, – ответил Руслан.

В это время из зала донесся призывный мелодичный сигнал. Суперфлешка на столе стояла раскрытой, над ней возникла голограмма мужчины в космическом костюме. Орловых поразило подчеркнуто мужественное лицо, широкие брови, пристальные карие глаза и твердый, раздвоенный подбородок.

– Здравствуйте, Руслан Русланович и Агидель Николаевна! – зазвучал голос голограммы. – Разрешите представиться: Святослав Степанович Уральский, генерал-полковник Галактической системы безопасности, командир боевого звездолета, находящегося на постоянной арсеоцентрической орбите. Нам необходимо срочно встретиться, я должен проинформировать вас о положении дел на планете, доставить вам охрану и обслуживающий персонал. Если вы не возражаете, мы  в течение двух земных часов прибудем в резиденцию.

– Приятно познакомиться, не возражаем и ждем вас, ­–  сказал Руслан.

– Спасибо. Советую вам в суперфлешке включать подавление всех звуко  и видео устройств простым нажатием красной кнопки рядом с ручкой. Гарантируется секретность разговоров  в радиусе ста  метров. До встречи!

Голограмма исчезла, суперфлешка закрылась, и Руслан нажал   красную кнопку. В ответ она заискрилась яркими рубиновыми вспышками.

Глава пятая

 

Орловы сидели в столовой и отхлебывали из фужеров витаминный напиток, ящик которого доставила им обслуга. Личные вещи тоже привезли, но разбирать их решили на следующий день. Вообще-то, как призналась Агидель, она сейчас согласна и на любую яичницу – так хотелось есть. Но не прошло обязательных двадцати четырех земных часов после выведения ее из анабиоза. Руслан вышел из него раньше и уже имел право отведать молочной овсянки, но из солидарности с женой отхлебывал витаминный напиток.

Наконец-то из кабинета зазвучала призывная трель, извещающая, что ожидаемый гость прибыл. Орловы перешли в кабинет, и перед ними предстали Святослав Уральский и  молодая женщина, блондинка лет тридцати, в легком космическом костюме.  Руслан пожал руку гостю и хотел приложиться к руке гостьи, а та вместо этого приветствовала их  чем-то похожим  на  старинный книксен.

– Позвольте представить вашего коменданта и начальника личной охраны генерал-майора Галактической системы безопасности Урсулу фон Кляйнмихель.

Гостья еще раз тряхнула своими роскошными волосами блондинки, поклонилась  им и попросила разрешения заняться делами – сменой охраны и обслуживающего персонала.

– Пожалуйста, мы не задерживаем вас, – ответил Руслан и попросил вдогонку: – Только действуйте аккуратно!

– Между прочим, Урсула – дальняя ваша родственница, Руслан Русланович. По линии клона, созданного на Земле вместо вас, когда вы впервые полетели на Арс. Так что преданность здесь  гарантируется.  Между прочим, ее муж, полковник Отто фон Кляйнмихель, командир батальона вашей охраны. А теперь разрешите вкратце  ознакомить вас с положением дел на планете.  Начнем с политической арсографии…

Генерал Уральский остановился перед стеной напротив стола для совещаний, нажал какую-то кнопку, и перед ними возникла огромная политическая карта планеты. Видимо, генерал бывал не раз в этом кабинете, поскольку неизвестно откуда извлек лазерную указку и стал рассказывать об особенностях планеты. Карта была подробнейшая, испещрена красными линиями, похожими на кровеносные сосуды – это были магнитные дороги, соединяющие все населенные пункты на каждом континенте. А континентов было четыре, не считая небольших островов, примыкающих к ним. Но и острова были пронизаны кровеносными сосудами.

Новые арсиане придумали простейшее обозначение новых континентов, государств и  населенных пунктов. К старому земному названию добавляли слово «Новый». Например,  Новая Москва, на английском языке соответственно  New Moskow, а имевших на Земле  названия со словом «новый», например, New-Mexico, всё равно добавляли слово «Новый», и получалось  на английском New New-Mexico. Видимо, рассчитывали на постепенное исчезновение добавочного слова, когда названия заживут своей жизнью и не станут ассоциироваться с земными.

– Обратите внимание на то, что континенты образуют как бы цепочку, выстроившись друг за другом. А цепочка расположена не по экватору, как это раньше было, а как бы набекрень, – докладчик  иногда прибегал к  неожиданным сравнениям. – В недалеком прошлом ось планеты была серьезно смещена, и теперь все континенты стремятся по причине центробежных сил к линии экватора – те, кто севернее, а это Евразия и Америка опускаются вниз, а  южные, Африка и Австралия, поднимаются вверх. По несколько метров в год, а арсианский год  длится почти девятьсот земных суток. А сутки на Арсе – это тридцать два земных часа с копейками.  Люди не могут привыкнуть к новым значением, поэтому  ведется счет в земных днях, месяцах и годах. Поэтому утро может приходиться на вечер, январь на самую жаркую пору. К сожалению,  некоторые новые арсиане по этой причине заболевают психическими расстройствами. Выход усматривается в переселение на планету Зея. Там одно солнце, сутки около двадцати четырех земных часов, год триста восемьдесят суток, магнитное поле как у Земли…

Дальше Уральский уточнил, что особенности ядра и мантии планеты Арс позволяют континентам свободно  скользить к экватору, не вызывая при этом никаких катастроф. У Арса нет Луны, поэтому не бывает ни приливов, ни отливов, а двойная звезда практически не вызывает никаких магнитных бурь.

– Святослав Степанович, вопрос почти не по существу. Известно, что земные женщины во многом живут по лунному календарю,  – перебила генерала Агидель. – Как женщины приспособились или не приспособились жить без Луны, и как они переносят сутки в тридцать два часа?

– О, женщины Арса! – воскликнул генерал. – Я не специалист по этим женским проблемам, советую вам обратиться хотя бы к Урсуле. Она между делом интересовалась этими вопросами. Она назовет вам также ученых и научные учреждения, изучающих их. Скажу лишь, что девочек рождается на Арсе в четыре раза больше, чем мальчиков. И такая тенденция  нарастает с каждым годом.  Этим, кстати, занимается научный центр вашего имени, Руслан Русланович,  однако никаких рекомендаций от него не последовало. Он отсюда находится недалеко, вот на карте  ваш городок, а вот научный центр – пятнадцать минут на планетолете, – с помощью лазерной указки показывал генерал места  на карте.

– Мы обратили внимание, что страны практически не  поменяли своих земных названий, – заметил Руслан. – Даже соседи остались прежние, хотя в земном прошлом было немало конфликтов между ними. Как они уживаются на Арсе?

– После редактирования генома четвертого человечества и удаления генов агрессивности обстановка на планете в целом мирная. Конечно, бывают ссоры, но они без особо труда быстро затихают. Наши главные проблемы лежат не в этой плоскости. Если вы не возражаете, мы присядем и продолжим разговор.

– Дорогой Святослав Степанович, вы очень интересный рассказчик, но имейте ввиду, что я, например, последний раз принимала  нормальную пищу около ста земных лет тому назад. Руслан Русланович держится, а мне уж, слабой женщине,   грозит голодный обморок. Поэтому, пожалуйста,  попросите своих людей сварить нам овсяные хлопья с молоком. Помните, в земной России такие назывались «Геркулес»? – изнемогающим голосом произнесла  Агидель и просительно улыбалась при этом.

– Нет проблем, – сказал Уральский. –  Урсула, пожалуйста, дайте указание пищеблоку сварить нашим хозяевам, а они после анабиоза, овсяные хлопья с молоком,  доставить в кабинет самовар, чайник, какие-нибудь крендельки и обязательно мед. И мне тоже…

– Спасибо, дорогой Святослав Степанович. Вы спасли нас,  – теперь Агидель благодарно улыбалась.

– Извините меня, пожалуйста, я думал, что вы поели, пока мы сюда летели. И еще вот что я не успел сказать, – генерал достал из кармана с виду обычные наручные часы и золотой кулон, украшенный изумрудами. – Наручные часы для Руслана Руслановича, а кулон на золотой цепочке для вас, уважаемая Агидель Николаевна,  их надо носить постоянно. С их помощью можно вызывать все службы, связываться со мной и Урсулой. Они являются аудио и видеопередатчиками, службы безопасности знают, где вы находитесь, чем занимаетесь, кого принимаете или с кем встречаетесь. Это вопросы вашей личной безопасности. Но если вам хочется исчезнуть из поля зрения  спецслужб, например, на ночь, когда поговорить друг с другом, но так, чтобы об этом никто не знал, то следует оставить эти гаджеты в соседней комнате, и абсолютная секретность гарантируется.

«Господи, еще одни контролеры! ­– мысленно воскликнул Руслан. – Всё прослушивается, все подсматривается  –  как при проведении цифровизации на Земле в XXI веке. Никакой личной жизни, никакой свободы!»

 

Глава шестая

 

За завтраком генерал Уральский расхваливал арсианский мед. Переселенцы привезли  на Арс все земные породы пчел, и они скрестились с местными пчелами, устойчивыми к клещам, которые едва не погубили земных насекомых. Теперь на Арсе бурно развивается пчеловодство, благодаря чему всё на планете цветет, благоухает и плодоносит. Местные пчелы оказались предками пчел, которые древние арсиане завезли на Землю. Поэтому  такой здесь успех.

– Если бы на планете было так с людьми, как с пчелами! – воскликнул генерал, когда они шли по набережной, решив продолжить разговор на свежем воздухе, в одной из беседок на берегу озера. – Ваша маломощная первая экспедиция  познакомилась лишь с рептилоидными существами, а ведь  в арсианской Австралии жили и  так называемые земляные люди. Их трудно было обнаружить, поскольку они редко появляются на поверхности. Земляными их назвали не очень удачно, к Земле не имеют никакого отношения. Скорее они пещерные люди. Такой образ жизни  их  высокоразвитые предки избрали после термоядерной катастрофы на Арсе, спасаясь  в пещерах от  радиации. За сотни тысяч лет эти арсиане деградировали и деэволюционизировали. Современные археологи находят скелеты древних арсианцев ростом в два метра и больше, а пещерные люди скукожились, превратились почти в карликов.  Самые высокие из них метр с кепкой, не больше. Покрылись волосами, как йети, они же снежные люди, на Земле. Их  племена враждуют  друг с другом и не брезгуют каннибальничать. Даже наших людей подчас воруют, чтобы попировать. Думается, такая судьба ждала бы четвертое человечество, если бы оно решилось на термоядерную войну на нашей родной планете.

Генерал облегченно вздохнул, наверное, от удовлетворения тем, что четвертое человечество не пустило в ход ядерное оружие, и предложил продолжить разговор в уютной беседке из красного дерева, облепленной разноцветными горошками и пахнущей жужжащими пчелами.

– Очень милая беседка, – промолвила Агидель и решительно поднялась по ступенькам внутрь нее.

Дальнейший разговор был совершенно неожиданным. То, что говорил Уральский, потрясло Руслана и Агидель. Пятое человечество одновременно оказалось в ловушке двух, казалось бы, несовместимых мировоззрений. Марксисты, живописуя счастливое коммунистическое общество, предполагали, что люди, и в первую очередь пролетариат, своим трудом и талантом добьются реализации принципа от каждого по способностям, каждому – по потребности. Миллионы роботов (чем не пролетариат?!) создали на Арсе такое общество. Производство пищи, одежды, машин, от простейших до самых сложных, стало мало зависеть от новых арсиан. Роботы, оправдывая свое происхождение от слова «раб», трудились в шахтах и карьерах, плавили металл, конструировали и выпускали машины, работали на полях и животноводческих фермах, строили дома и целые города, украшали их и  соединяли магнитными скоростными дорогами и тысячами планетолетов. И воспроизводили себе подобных.

Всем производством на планете руководил Плановый Комитет  союзного правительства, оснащенный мощнейшими суперкомпьютерами. Люди вначале, особенно первые переселенцы, влияли на производственную сферу, однако скоро поняли, что искусственный интеллект  в ней самодостаточен, и устранились  от производства. А оно достигло такого уровня, что удовлетворяло полностью все потребности новых арсианцев. Исчезли деньги и мотивации трудиться. Да и зачем напрягаться, если можно из общественных фондов потребления получить всё, что твоя душа желает? Получить бесплатно и безвозмездно, в подарок за то, что ты человек?

Исчезли рыночные отношения, настала пора полного удовлетворения потребностей. Идеология общества потребления приказала долго жить. Самонадеянному рынку дорогу перешел нечаянный арсианский коммунизм. А  технический прогресс поставил крест на коммунизме.

– Скажите, а как с бунтом машин? – спросил  Руслан.

– Да никак, – ответил генерал и развел в сторону руки, показывая тем самым, что тема не заслуживает детального рассмотрения. – Это из области научной фантастики.

– А всё-таки, – настоял на своем Орлов. – Как относятся роботы к явному паразитированию на их труде людей?

– Они, слава их создателям, не наделены чувствами, а сознанием  – лишь частично, осуществляют настойчиво программы, заложенные в них. Первые роботы, еще ваши, их называют роботы-ван,  за два века настойчивого труда, по существу, создали  эрзац-цивилизацию, но без людей. Первые переселенцы прибыли на всё готовое, к ним роботы-ван, как впрочем, и сейчас  относятся весьма дружелюбно. Последние расы роботов, они называются роботы-ту, пытаются усовершенствовать своих предшественников, считают их как бы низшей кастой. Роботы-ту придерживаются больше людей, пытаются заниматься научно-техническим и художественным творчеством, но их искусственный интеллект ограничен, и бунтарей среди них также нет. Так что здесь можете  не беспокоиться.

–  На примере моего кабинета можно сделать вывод, что на Арсе освоены технологии получения материалов с необычными свойствами…

– Точнее – с заданными свойствами, – сказал докладчик, извинившись за то, что не выслушал вопрос до конца. – В вашем кабинете сотни килограммов, если не тонны золота высочайшей пробы. Купидоны с рыбками не позолочены, а золотые. Багетные рамки на портретах – тоже золотые. В кабинете  использованы также десятки новых материалов, особенно полимеров. Откуда это всё? Дело в том, что роботы-ван строили  электростанции  ядерного деления,  а роботы-ту, напротив, освоили с помощью арсианских ученых энергетику термоядерного синтеза.  Это позволяет вдобавок к электричеству получать огромное количество драгоценных  и так называемых редкоземельных элементов.

Казалось бы, продолжал генерал Уральский, на Арсе создан рай для людей. Живи и радуйся. А настоящая радость от жизни на прекрасной планете стала  дефицитом. Новых арсианцев охватила апатия. Всё больше возникало философских течений, доказывающих бессмысленность человеческого существования. Отсюда возрождение движения чайдлфри, особенно среди мужчин. Женщины благодаря материнскому инстинкту всё же обзаводятся детьми, создают лесбиянские семьи, где мама №1 и мама №2, а мужчины в большинстве  своем вообще не испытывают влечения к женскому полу. Численность населения на планете поддерживается исключительно за счет искусственного оплодотворения женщин. Был принят закон для мужчин об обязательной сдаче ими спермы. Но она у большинства наших джентльменов оказалась нежизнеспособной.  И это серьезнейшая угроза существованию человечества.

– А в чем причина? – не удержалась от вопроса Агидель.

– Многие ученые и общественные деятели усматривают первопричину в потере человечеством утери стимулов к  освоению планеты, плодотворному труду, в отсутствии необходимой физической нагрузки, в полной утрате пассионарности. Другие же считают, что виной всему редактирование генома, удаление генов агрессивности, – в этом месте генерал внимательно посмотрел на Руслана.

У того за много-много лет словно обрушилась что-то внутри. Ведь он теоретически обосновал в свое время необходимость создания нового человечества путем редактирования генома, а его сейчас обвиняют в том, что он причастен к грядущей гибели новых арсиан? Неуютно стало у него на душе, зябко, и его осенила догадка о причинах направления его сюда в качестве высокого спецпредставителя. Ты затеял это дело, так будь любезен исправить  его, так получается?

Агидель, читая его мысли, сочувственно смотрела на супруга, и ей пришла мысль решительно переключить предмет разговора:

– Скажите, а какую роль во всём этом играет герр Вольдемар Мольтке?

Генерал снова вздохнул, на этот раз без признаков облегчения, и сказал, как отрезал:

– Неприглядную.

Извинился перед Орловыми, сказав, что ему лучше думается, когда он находится в движении, поэтому он будет шагать в беседке, благо ее размеры позволяют это.

– Вольдемар Мольтке, как известно, потомок немцев, которые оказались  в Латинской Америке после разгрома Германии в 1945 году. Он не расист, а тем более не фашист, а латиноамериканец, любящий коку. Избран главой союзного правительства по предложению ассоциации новых латиноамериканских государств в то время, когда входило в моду употребление коки, как стимулирующего средства для мужчин. Мольтке способствовал распространению коки по всем континентам. Но от чая из листьев коки мужчины массово переходили к употреблению  других, особенно тяжелых, искусственных наркотиков. Мужское население начало стремительно сокращаться. Арс превратилась в планету  молодых кокаинистов и наркоманов.

– Позвольте, но куда смотрели здравомыслящие люди, общественность, матери молодых людей? – с возмущением спросил Руслан.

– Эх, Руслан Русланович… – протяжно произнес генерал. – До вас спецпредставителем Мирового Разума был некто  Чон Бо.  Не чрезвычайным и полномочным, как вы, а просто спецпредставителем.  Герой войны, между прочим, в созвездии Гончих Псов. Он пытался бороться с кокаинистами, начинал компанию по уничтожению кустов коки, предлагал сажать ее возделывателей и распространителей в тюрьмы. А тюрем до этого на Арсе не было. Вольдемар Мольтке снисходительно, сверху вниз, посматривал на суету Чона Бо и  ухмылялся. Он знал, что на Земле в Латинской Америке тысячелетиями существовала своеобразная культура коки, со своими традициями, празднествами, но и ограничениями. Например, женщинам до замужества не разрешали жевать листья коки, слово «кока»  использовалось в значении «муж». Нехватка зелья породило своеобразную мужскую проституцию – женщины нанимали мужчин  для сексуальных утех, угощая их листьями коки.

Чон Бо видел, что все рекомендуемые и навязываемые им союзному правительству меры только усугубляют  положение. А Мольтке жевал листья, которые выращивали для него, как для  повелителя земных инков, и самодовольно ухмылялся. Когда же Чон Бо попросил Галактический совет иерархов ввести на Арс галактические вооруженные силы и получил отказ, то Мольтке в награду предложил ему мешок отменных листьев коки. И Чон Бо превратился в течение некоторого времени  в наркомана, стал посмешищем для арсианцев. Он добровольно вошел в аннигиляционную камеру. То есть покончил с собой. На Арсе не принято хоронить покойников, их отправляют в такие камеры, где труп во взаимодействием с антивеществом превращается в ничто. Так что от Чона Бона и тапочек не осталось. Его имя стало нарицательным – чонбо называют опустившихся, ни на что не способных людей, рабов наркотиков. А таких чонбо на Арсе сотни миллионов.  Вот таким был ваш, уважаемый Руслан Русланович, предшественник.  

– Да, досталось мне наследство, – с горечью произнес Орлов и встал. – Спасибо вам, генерал, за информацию. Думается, на сегодня хватит нагружать наше серое вещество.

 

Глава седьмая

 

Когда Орловы возвращались домой, на поверхности озера творилось что-то невероятное:  его  словно кто-то укрыл прозрачным розовым покрывалом толщиной сантиметров 10-15. Оно еле заметно искрилось, должно быть, ионизировало, волновалось вместе с водой. Каким-то рыбкам нравилось выпрыгивать из воды, а потом падать  назад, поднимая  искрящиеся розовые брызги. Семейство лебедей медленно и величаво плыло словно в розовом пламени, и были они теперь не белыми, а розовыми.

Агидель, прижимаясь к руке мужа, понимала его состояние и читала отрывочные  мысли. Сообщением генерала Уральского он был потрясен больше, чем она. Чувствовалось, его душила обида. Он намеревался на Арсе, наконец, заняться научной деятельностью, а не бороться с каким-то кокаинистом Мольтке, с миллионами наркоманов, взбесившихся от беззаботной жизни.

– Не расстраивайся, родной мой, – телепатировала она ему. – Если бы не верили в тебя, то не назначали бы чрезвычайным и полномочным спецпредставителем. Значит, считают, что ты выправишь положение на Арсе. Трудно будет, не спорю, но когда тебе было легко? Поэтому не надо волноваться, а тем более комплексовать – тебя не обидели, а тебе доверили очень большое, судьбоносное для человечества дело.

– Могли бы испросить моего согласия…

– Надо закатывать повыше рукава и приниматься за дело.

– Уж очень всё запущено, запутано, неоднозначно.

– Не мне тебя учить, как начинать действовать.

Да, Руслан всегда начинал со сбора и анализа информации. Но сколько для этого потребуется времени? Надо будет выйти на Атланта, попросить его прислать ему всё или почти всё, что есть у Мирового Разума о положении на планете Арс, проанализировать и сделать предварительные выводы. Собрать членов команды, которая отправляла последние звездолёты с Земли,  и переназначить их на новые должности – ведь откуда он наберет своих помощников? Аппарат пресловутого Чон Бо давно распущен, коттеджи стоят пустые. Как только расселится команда, надо незамедлительно ее задействовать. Следующим шагом станет посещение института Орлова, узнать мнение ученых и составить еще один план действий. Агидель должна взять на себя женскую часть проблем. Не мешало бы ей сдружиться с Урсулой, познакомиться с женскими организациями и предложить свой план действий.

– Ты на правильном пути, – похвалила его жена. – Я завтра же приступлю к реализации твоих задумок в отношении женщин. А сейчас пойдем спать. И пусть на новом месте приснится жених невесте!

Она призывно рассмеялась, но Руслан намеревался, несмотря на усталость, поработать. Да он и не мог уснуть в таком состоянии – голова его работала как термоядерный реактор, тут не до сна.

– А ужинать будешь? – спросила Агидель.

– Пусть принесут мне в кабинет стакан кефира и булочку. И термос с кофе…

Они расстались на втором этаже, он пошел в кабинет, а она – в их покои. Возле спальни столкнулась с девушкой в белом переднике и строго спросила:

– Что вы здесь делали? Звание, имя?

– Лейтенант Дора, экселенц. Проверяла всё ли в порядке с постелью. Я ваша горничная.

– Кто вас назначил?

– Генерал-майор фон Кляйнмихель, экселенц.

– Да перестаньте меня величать! Экселенц да экселенц. Для вас я Агидель Николаевна, в крайнем случае – товарищ Орлова. И передайте всем, чтобы не вздумали величать Руслана Руслановича. Он никаких церемонностей  терпеть не может. И скажите на пищеблоке, чтобы принесли мне стакан кефира с булочкой, Руслану Руслановичу то же самое, но в кабинет. И пусть принесут ему термос с крепким и сладким кофе. Вы свободны.

Лейтенант  Дора изобразила уважительный книксен и удалилась. Она, вне всякого сомнения, была роботом. Никогда еще Орловы не сталкивались с таким обилием военных в своем окружении. «На  войне как на войне?» – задалась вопросом Агидель.

Перед тем как лечь спать, она заглянула в кабинет. Муж сидел за письменным столом, откинувшись в кресле и закрыв глаза. Это была его любимая поза, когда он думал. Она не стала его тревожить.

А Руслан, между тем, говорил по своему индивидуальному каналу с Атлантом.

– Нас в общих чертах генерал Уральский ознакомил с положением дел на планете.  Мы впечатлены, – заявил Орлов.

– Я не ожидал от тебя иного мнения, – ответил Атлант. – Не обиделся на нас, что тебя бросили из огня да в полымя?

– А куда мне деваться…

– Значит, без обиды не обошлось.

– Не будем об этом. Наша главная задача, я имею в виду и Агидель, и мой аппарат еще земных помощников, – навести порядок во власти и привести в чувство любимое наше пятое человечество?

– Правильно мыслишь. С чего начнешь?

–  Не с отстранения Мольтке от власти. Со сбора информации, анализа и определения  стратегии и тактики наших действий.

– Хотя у тебя ничем не ограниченные возможности и полномочия, но ты всё же согласовывай свои планы со мной, держи постоянно Галактический совет иерархов в  курсе событий. Ты можешь делать на планете всё, кроме открытия военных действий или организации военного переворота. Если Мольтке на подобное решится, то тогда другое дело. Но и в таком случае старайся решить проблемы мирным путем. С информацией я тебе помогу. У нас огромное досье с разведданными, в том числе донесения и записки генерала Уральского. Его звездолет висит над Арсом после того, как Чон Бо зашел в аннигиляционную камеру.

– Кто этого клоуна назначил спецпредставителем?

– Те же, что и тебя. Ты же знаешь, что и на Солнце были пятна. Передавай поклон Агидели. Ваши Николай и Марион в полном порядке, готовятся к экспедиции на Зею. Вначале хотели отправить их в созвездии Гончих Псов, но переиграли, нацелили их на ближайшую планету от Арса. Так что качество переселенцев зависит от вашей работы. Конец связи.

Разговор с Атлантом ничего нового не дал. Для него, как члена Галактического совета иерархов, поручение по Арсу тоже было полной неожиданностью. Он только что вернулся с войны и тут же его озадачили. Именно Атлант предложил его в качестве спецпредставителя на Арс – никакого сомнения  в этом у него не было.  Значит, чувствует свою ответственность и будет помогать. А нашу тактику назовем «Курочка по зернышку клюет»? Не затевать же, в самом-то деле, войну с герром Мольтке.

 

 

Глава восьмая

 

Несколько суток Руслан  Орлов не покидал свой кабинет, собирая нужные сведения о жизни пятого человечества на планете Арс. Хорошо, что Урсула подсказала: его кресло обладает функцией введения хозяина в состояние сна на неопределенное время. Оно начинало вибрировать всё реже и реже, навевало электронный сон, безвредный для человеческого организма.

Пользуясь возможностями богочеловека, он отыскивал в глобальных массивах  нужную информацию. За это время он «побывал» на всех континентах, в первую очередь в союзной Столице Наций. Он был  поражен продуманностью ее архитектуры, ухоженными бульварами и садами, изумительными зданиями, гармонировавшими друг с другом и с окружающей средой. Любовался великолепными фонтанами, скульптурами, голографическими картинами, украшающими столицу. Не верилось, что это чудо создали роботы без самого активного участия человека.

Он не любил подсматривать и прислушиваться к людям, особенно читать их мысли. Считал этот дар постыдным, но часто возникали ситуации, когда им приходилось пользоваться.

Мысленно он брел за молодыми людьми по прекрасной ночной улице столицы. Он попытался просканировать их мысли, но они не думали! Отвыкли думать, не нагружали свое серое вещество, и оно отключилось? В головах у них звучали ритмичные удары в барабан, сопровождаемые какофонической музыкой, от которой они, как говаривали в старину, кайфовали. Они молчали, лишь однажды один из них, оказавшись перед дверью какого-то питейного заведения, произнес что-то похожее на вопрос «Зайдем?» Зашли, взяли в автомате алюминиевые банки с колой, сели за круглый столик, открыли банки и начали прихлебывать напиток, продолжая наслаждаться долбежным мозги ритмом.

Руслан устал ожидать от них хотя бы элементарного разговора, переключил внимание на двух девиц, которые шли по улице  и беспрерывно болтали. Выражались они чаще всего эмоциональными междометиями или отдельными словами, из которых было непросто составить предложение.

– Он…ой…обещал…ха-ха… придти…а листву… где достать… я…ух бы!... и сама не против… у тебя…ха-ха… нет пакетика? – говорила одна из них.

– Фиии…кусты…у предков… они третьи зубы дожевывают…самим мало…– отвечала ей подруга.

Он понял, что девицы озабочены поиском пакета с листьями колы, чтобы привлечь внимание молодых людей и провести с ними ночь. Было непонятно, почему  спросом пользуются пакеты, если можно зайти в любой бар и бесплатно получить банку колы. Видимо, в банках напитки не содержали кокаина, а  в листьях он был.

Побывал он и в ресторанах, где собирались по вечерам пожилые арсиане. Ели они мало и степенно, смотрели на плазмах размером во всю стену какие-то кинофильмы или концерты, и молчали. Они тоже почти не думали, а если думали, то о болезнях, которые донимали их. 

В одном из ресторанов на подиум вышел очень обросший волосами певец и стал ритмически произносить:

– ГЫ-гы, ГЫ–гы, ГЫ-гы…

Поразительно, что никто из присутствующих не запротестовал, но и не аплодировал, когда волосан прекратил гыкать.

В  Галактическом хранилище информации нашелся видеоотчет об их прибытии на планету. Руслан сконцентрировал свое внимание на  Мольтке, с того момента, когда командир звездолета не стал ему докладывать. Видимо, всегда в таких случаях докладывали, а тут не стали подчеркивать его верховенство над прилетевшими. Прибыл начальник, и это кольнуло его самолюбие. «Мы еще посмотрим, чья возьмет», – подумал глава союзного правительства.

Потом Руслан посмотрел, что происходило на банкете, когда  он и Агидель отказались участвовать в нем. Настроение у Мольтке было на нуле, если не хуже того, он молча бродил между столами, где его помощники пили коку высшего качества, изумрудный напиток в специальных искрящихся хрустальных бокалах.

Наконец, Мольтке подозвал к себе наиболее приближенных к своей особе дам и мужчин, собрал их в кружок.

– Это вам не Чон Бо, этого мешком листьев коки  не соблазнить. У этого новейший боевой звездолет на арсеоцентрической орбите с пятью дивизиями роботов-десантников. Если он уберет меня, то уберет и вас.  А власть вы любите, потому что властвовать приятно. Я должен знать, что он думает и делает, какие у него планы, с кем встречается. Союзная разведка должна сосредоточить всё внимание на нем. Предложения по нейтрализации спецпредставителя особенно приветствуются, – завершил он краткое выступление и удалился.

Руслан поставил на контроль все мысли  и действия Мольтке. Из Галактического  хранилища информации пошел густой поток сведений и видеоотчетов, не оставляющих сомнений в том, что Мольтке крайне обеспокоен, ищет способы взять над ним верх. Пока озабоченность главы союзного правительства не представляла никакой опасности. Одни рефлексии, не более того.

Заинтересовали Руслана слова Мольтке о власти. Но в чем заключается власть в коммунистическом роботизированном обществе,  когда любые блага доступны всем? В четвертом человечестве основой власти было был контроль над распределением. Причем распределение было так устроено, что больше денег якобы получал  послушный член коллектива с наибольшей выработкой продукции. Соответственно он мог приобрести больше товаров и получить больше услуг. Это в общем плане, на самом же деле наибольшее число благ доставалось чиновникам, приближенным им предпринимателям и бесчисленным мошенникам, как это было в начале  XXI века в России, да и не только в ней, где чиновники и мошенники составляли ядро власти.

Может, в арсианском обществе, в котором прекратилось развитие, и, стало быть, навязывание своей воли людям чиновничеством потеряло всякий смысл, власть представляет  собой лишь реализацию врожденного доминирования? Оно ведь дается не в равной мере всем рождающимся. Для целей развития требовались лидеры, и природа во имя этого кого-то награждала  способностями подчинять себе таких же людей, вести их за собой, наказывать непослушных и бунтовщиков. А кого-то награждала способностью подчиняться, и получать от подчинения удовольствие?

Союзное правительство разрабатывало проект внедрения денежного обращения на Арсе. Это была бы экономическая революция на планете. Обоснованием для нее служило отсутствие мотивации эффективного труда арсиан. Деньги возвратят рыночные отношения, реанимируют общество потребления и поставят крест на эрзац-коммунизме, созданном роботами. Негласной целью реформы было создание класса собственников, точнее, олигархов из числа друзей и ближайшего окружения  Вольдемара Мольтке. Каким образом планировалось  внедрение денежного обращения в обществе всеобщего благосостояния, было совершенно непонятно. После прибытия нового спецпредставителя   работы над этой реформой были приостановлены.

 Вольдемар Мольтке фактически не располагал никакой властью. Если бы он захотел искоренить коку на планете, или воспрепятствовать ее распространению, то не смог бы осуществить ни то и не другое. Немногочисленным полицейским формированиям  и спецслужбам это было не под силу.  Следовательно, он располагал не властью, а ее имитацией, так в чем же его вина? В том, что он и не пытался в новых условиях  приостановить процесс деградации общества и запустить процесс  его развития? 

В том, что проблема власти на Арсе является важнейшей, Руслан убедился, когда на улице Столицы Наций увидел шествие молодых людей в черных рубашках и черных шортах, подпоясанных белыми, скрипучими  даже на вид, ремнями с портупеями наперекрест и в военного образца подкованных башмаках. Они шли с традиционными факелами в руках, с транспарантами и знаменами с изображением свастики,  скандировали «Мы сила, мы будущее!» и периодически высекали башмаками  снопы искр из каменной мостовой. С целью устрашения окружающих?

 

Глава девятая

 

О фашиствующих молодчиках практически не было данных в материалах генерала Уральского. Повторялась недооценка нацистов, приведшая Гитлера к власти,  маршей эсесовцев в Прибалтике, бандеровского переворота на Украине, который обернулся обнищанием и страданиями миллионов людей?

Не без труда Руслан собрал досье о нациках на Арсе. На планете много лет существовала  ассоциация национал-социалистов, имевшая свои отделения во многих бывших европейских и американских странах. Основной их целью было возвращение капитализма, денежного обращения и принуждение арсианцев к высокопроизводительному труду. Опирались в своих планах на белых людей, которые призваны руководить остальными расами. Разумеется, люди с другим цветом кожи не желали власти новых арийцев над собой, поэтому развитие нацистских организаций  в Новой Африке не получилось. Напротив, на этом континенте создавались антифашистские организации.

Неофашистам запрещалось употребление коки и наркотиков. Более того, штурмовые отряды периодически проводили  антинаркотические акции, избивали жестоко наркодилеров, особенно тех, кто  производил и распространял наркотики. Нацики требовали принять суровые законы о наркотиках, но союзный парламент почему-то не спешил их принимать. Национал-социалисты усиленно занимались спортом, руководили детскими скаутскими и спортивным кружками, из них они вербовали своих сторонников и новых членов.

Их программы отличались эклектизмом и противоречивостью. Они требовали изменить систему обучения  молодого поколения, укрепить семью как союз мужчины и женщин, придав ему значение основной ячейки общества, при этом приветствовали многоженство, поскольку девочек в четыре раза рождалось больше, чем мальчиков. Оригинальностью отличалась их программа по восстановлению Британского содружества наций, Европейского Союза, Североатлантического альянса и Варшавского договора во главе с Советским Союзом. Сверхценностью при этом они считали  суверенитет каждой нации, позволяющий создать свое сильное государство.

Чернорубашечники, особенно члены штурмовых отрядов, настойчиво обучались военному делу, готовились к часу Икс, когда придется брать власть в свои руки, уничтожить миллионы роботов и заставить обленившихся арсиан занять рабочие места в промышленности, сельском хозяйстве и в сфере услуг. Яснее ясного было то, что контрреволюция задумывалась во имя  возрождения частной собственности и перераспределения общественного богатства в пользу национал-социалистов и их приспешников. Новоявленные луддиты, чего доброго, возродят и концентрационные лагеря для нежелающих на них работать?

Но самой большой неожиданностью для Руслана стало то, что всемирную ассоциацию национал-социалистов возглавлял Генрих Мольтке, племянник союзного премьера. В полученном досье на арсианского фюрера подчеркивалась вражда дяди и племянника, действительная или рассчитанная на публику. Из всех достижений Генриха Мольтке особо отмечался его самостоятельный отказ от приема тяжелых наркотиков, который и привел его в ряды национал-социалистов. На фотографии Генрих Мольтке, молодец лет тридцати пяти, наряженный в черную эсесовскую форму, засунул ладони за ремень, угрюмо смотрел исподлобья и сомкнул презрительно губы. «Клоун!»,  подумалось Руслану.

Но надо было действовать. Он пригласил Максима Юрьевича, своего советника, он же руководитель аппарата спецпредставителя, и велел ему  вызвать Арсена Арсеновича  Абубакарова, который на Земле возглавлял службу психологической подготовки к космическому путешествию.

Арсен Арсенович, доктор психологии и доктор философии, обеспечил подготовку миллионов людей к переселению на Арс. Он был не только выдающимся ученым и организатором, но и великим восточным мудрецом.  Руслан вспомнил его из всех сотрудников первым – не раз Абубакаров давал ему ценные советы  в критических ситуациях. А нынешнее положение дел на Арсе,  по мнению Руслана, было критическим.

Не прошло и получаса, как Абубакаров, ничуть не постаревший за сто два года космического путешествия, сжатого в нуль-пространстве до нескольких недель, вошел в кабинет. Напротив, он выглядел свежим и энергичным. Позволил себе явиться к начальнику не в костюме с галстуком, а в футболке, спортивных брюках и кедах.

Они крепко, как старые товарищи, обнялись, при этом Руслан заметил, что Арсен Арсенович прямо-таки излучает энергию и желание сразу приступить к работе.

– Руслан Русланович, ну не сразу же! – взмолился Абубакаров, садясь за приставной стол. – Дайте хоть обустроиться на новом месте, приспособить коттедж к нормальному  житью.

– Нет, Арсен, надо сразу же. А обустраиваться будешь в порядке отдыха  и  смены занятий. Составишь список, что нужно сделать и отдашь Максиму Юрьевичу – у нас куча помощников из числа роботов. Пускай твоя супруга ими поруководит и устроит семейное гнездо по своему разумению, – жестко сказал Руслан и стал рассказывать о положении на планете.

– Неужели пятое человечество дошло до  такого? –  спрашивал не раз Арсен Арсенович.

– Именно дошло, – подвел итог своему рассказу и перешел к поручениям Абубакарову. – Ты по-прежнему будешь возглавлять психологическую службу, назовем ее для секретности отделом психологической помощи. На самом деле это будет целый департамент, занимай для своих работников любой свободный коттедж и здесь кабинет для себя на третьем этаже. Чтобы быть поближе к начальству, ­– вставил шутку Орлов, но тут же продолжил. – Дай нам не только психологический портрет пятого человечества, но и реальные рекомендации по возвращению его на путь развития.

– Но это  годы работы! – опять  взмолился Абубакаров.

– Никаких годов! Самое большее – несколько месяцев. Материалы будешь получать у Максима Юрьевича. Их предостаточно. Особо секретные данные из Галактического хранилища информации  – у меня. Мы должны знать психологическое состояние всех категорий арсиан, начиная от союзной власти до младшего  школьника. Надо – привлекай политологов, психиатров, социологов, педагогов… Переверни вверх дном здешний институт Орлова – не знаю, чем они занимаются, до них я еще не дошел.

– Задачи как для академии наук! – воскликнул  Абубакаров. – А тут Карлом Юнгом пахнет – его коллективным бессознательным и архетипами. И измененными состояниями сознания, поскольку  наркоманов на Арсе тьма. Но продолжительность психоанализа начинается с полугода до нескольких лет!

– Нет у нас этих лет. Оба Мольтке не будут ждать, а начнут подминать нас под себя. А мы голенькие и невинные, будем пребывать в растерянности? Как старого товарища, надежного друга прошу: Арсен, первая и главная надежда на тебя. Анализ, выводы, предложения, прогнозы… Дверь моего кабинета всегда для тебя открыта. Передавай привет супруге. Пока всё!

– Каковы сроки, такое и качество, –  проворчал на прощание восточный мудрец.

– Завтра летим в Орловский институт, – предупредил Руслан.

 

Глава десятая

 

Агидель периодически  наведывалась к Руслану, но муж, погруженный  в работу, не откликался на  ее предложения сделать перерыв и отдохнуть. На этот раз она решила добиться, чтобы он хоть на несколько часов  оторвался от работы. Когда она вошла в приемную, помощник Максим Юрьевич, всегда прилизанный  аккуратист в костюме с галстуком, доложил ей, что у Руслана Руслановича Абубакаров. Поднялся за своим столом и дежурный адъютант, молодой человек в военной форме, со знаками различия майора, и приветствовал  ее, как и положено военнослужащему:  «Здравия желаю, Агидель Николаевна!»

Ей не нравилось, что теперь в приемной мужа дежурит адъютант. Но Урсула, когда она обратилась к ней, сообщила, что инструкцию по обеспечению безопасности спецпредставителя утвердил генерал-полковник Уральский. «Перестраховывается Святослав Степанович»,  – сказала она тогда  Урсуле.

В этот раз она решила добиться своего, подошла к двери кабинета, и едва не столкнулась с Абубакаровым. Тот настолько был озадачен, что не стал здороваться с нею, словно они сегодня уже виделись. Он развел руки в сторону, задрал вверх  клинышек седой профессорской бородки, и произнес трагическим голосом:

–  Ну и дела… – и убежал, не забыв попрощаться: – Будьте здоровы!

– Всё, Руслан, перерыв. От  тебя уже люди шарахаются – Арсен выскочил  от тебя  явно не в себе, – сказала она, подойдя к  письменному столу мужа. – Посмотри на себя в зеркало: волосы торчком, лицо землистое или как теперь можно говорить – арсенистое? Под глазами мешки, сорочка не свежая… Сейчас примешь ванну, я тебе спинку потру, побреешься, поешь не между делами, а по-настоящему пообедаешь. Сегодня на кухне борщ заказала, практически сварила его сама, со свежими помидорами, как ты любишь… Пойдем, – и она наклонилась к мужу, а когда он встал,  взяла его под руку.

Он не стал сопротивляться – начало возвращению пятого человечества на путь развития, пусть и крошечное, величиной с маково зернышко, однако положено. Арсен совершит на Арсе психологическую революцию, в этом он не  сомневался. Следующий шаг – собрать весь аппарат и выступить перед своими сотрудниками по эвакуации  землян.

– Максим Юрьевич, объявите всему нашему бывшему аппарату, что завтра в девять утра по местному времени   состоится в конференц-зале на первом этаже важное совещание, – он дал поручение советнику перед тем, как уйти.

Спустя полтора часа Руслан, раскрасневшийся от горячей ванны, побритый, в  белом махровом халате вошел в столовую, где над блюдами колдовали официантка и  Агидель.

– Я бы выпил рюмку водки, – заявил он. – Надеюсь, заслужил?

Вопрос предназначался жене, хотя она никогда не возражала против стопки перед обедом.

– Заслужил, заслужил, – ободряюще повторяла жена и велела официантке принести  графинчик водки.

Во время обеда неожиданно позвонил Мольтке и попросил принять его и спикера союзного парламента Индрека Тооме. Разумеется, просьбу он сопровождал вопросами о том, как они устроились, как чувствуют себя после перелета. Чувствовалось, что напряженно ждет ответа.

– Спасибо за заботу, – дипломатично поблагодарил Руслан. – А встретиться мы можем послезавтра, скажем, в десять часов по местному времени. 

Встреча была назначена задолго до обеденного времени, значит, исключалась перспектива угощать их  обедом.

– Хорошо, мы будем у вас в десять утра послезавтра, – последовал ответ Мольтке.

– До встречи!  –  попрощался Руслан, и тут же попросил поставить Мольтке и Тооме на прослушку разговоров между ними и сканирование  их мыслей.

За обедом Агидель рассказала, что за несколько дней сдружилась с Урсулой. Начальник охраны оказалась не солдафоном, несмотря на боевые заслуги в созвездии Гончих Псов, а милой и образованной женщиной. Ее муж, полковник Отто фон Кляйнмихель, с виду тупой служака, с пышными усами и бакенбардами, которому, казалось бы, не хватает немецкой двурогой каски, на самом деле был добряк и писал неплохие стихи. Ей они понравились, когда Отто, стесняясь, все же прочел некоторые, когда Урсула пригласила Агидель на знаменитые немецкие сосиски со сладкой горчицей.

Они занимали часть ближайшего к их резиденции коттеджа, у них было три комнаты, обставленных казенной мебелью. Но уютно, наверное, за счет живых цветов, которые делают жилье похожим на оранжерею. Отто собирал старинные книги, которые на Арсе были величайшей редкостью.

Было видно по всему, что супруги любят друг друга, и скучают по своим детям, которые находятся на попечении матушки Урсулы в Новой Германии. Поскольку родители военные, мотались по всей Галактике, дети были там с младенческих лет. Перед назначением сюда Урсула и Отто получили отпуск, который провели с детьми. Дети, надо сказать, близнецы, мальчик и девочка, которым исполнилось по пять арсианских лет, почти четырнадцать по земным меркам.

У Урсулы поблескивала влага на глазах, когда рассказывала о детях. Муж гладил ее плечо, успокаивал, но Урсуле надо было высказать кому-то свою боль.

– И раньше, когда они еще ходили в детский сад, мы замечали, что дети  наши казались похожими на маленьких  старичков, – исповедовалась она перед новой подругой. ­–  Детсадовский ребенок не верит в Санта Клауса –  разве это нормально? Они не любили сказок, не смотрели даже кинофильмы  со сказочными или мистическими сюжетами. Их заразили сугубым рационализмом. Отто в этот раз хотел прочесть стихотворение, посвященное  сыну Зигфриду, но тот попросил пересказать его своими словами. Зачем поэтические ухищрения, игра словами и образами, если все можно выразить обыкновенными словами? И вообще, сказал сын,  он решил поменять имя и просит его называть Адольфом.

Не стесняясь, он ходил на глазах у родителей в черной эсэсовской форме и гордился тем, что в своем спортивном кружке является вице-обершутце СС, то есть старшим вице-солдатом. В течение всего отпуска родители пытались убедить сына в том, что пора расстаться с детским восприятием красивой формы, желанием быть сильнее всех, оставить эсэсовский спортивный кружок. Они рассказывали ему о преступной сути фашизма, развязавшего вторую мировую войну в которой погибли десятки миллионов человек.

– А известно ли вам, уважаемые мои предки, что в самом слове фашизм нет ничего предосудительного? – с превосходством задал вопрос подросток. –  Фасцио с итальянского означает связку, союз. Отсюда и фашизм.

– А знаешь ли ты, наш ближайший потомок, что твой далекий–далекий предок, генерал Артур фон Кляйнмихель, был казнен Гитлером за участие в заговоре  против него? – спросил отец.

– И правильно сделал, что казнил, –  спокойно произнес мальчишка, а отец еле сдержался, чтобы не отвесить ему увесистую пощечину. – Гитлер – великий человек, но наделал много ошибок. Во-первых, ему надо было не уничтожать евреев, а заставить их работать на третий рейх. Во-вторых, не воевать с русскими большевиками, а вместе с ними завоевать мировое господство. Потом можно было и разделаться с ними. Что вы хотите от меня? Чтобы я жрал коку, ширялся наркотиками? Вы этого хотите?

– Мы хотим, чтобы ты не попал на скамью подсудимых, а это неизбежно  при твоих убеждениях. Чтобы стал не преступником, а настоящим человеком, – сказал отец.

– И с кого мне брать пример, с тебя, фатер?

– А хотя бы и с меня.

– Спасибо, не требуется. Мы пойдем другим путем.

Пыталась Урсула поговорить с Ренатой, как мать с дочерью. Девчонка тоже была пропитана идеями фашизма и национал-социализма, но еще  не в такой степени, как брат. Но ходила  в черной рубашке и черной короткой юбочке.

– Доченька моя, – села на тахту рядом с нею Урсула, обняла ее по-матерински, прижала к себе. – Скажи мне по секрету, у тебя мальчик уже есть?

– Мутер, ты что, с Гончих Псов свалилась? – спросила Рената, отодвинулась от матери и смотрела  на нее немигающими бесстыжими глазами. –    Не есть, а  уже было несколько, и все они козлы.

– Ты что, жила с ними?

– Разумеется. Буду ждать, пока какой-нибудь козлина решит осчастливить меня своим фаллосом? Так можно и остаться до конца жизни вечной девой.

– Девочка моя, а как же с девичьей честью, любовью, материнством? – воскликнула Урсула.

– Мутер, ты задаешь мне какие-то средневековые вопросы! Девичья честь, любовь, материнство, семейное счастье – это из книжек, которые мы еще не сожгли. Какая честь, когда девчонок в четыре раза больше, чем этих зазнавшихся козлов? Большинство которых я вообще бы кастрировала, потому что среди них много импотентов и бесплодных. Попался мне один плодовитый, обрюхатил меня, я сказала, что  рожу ему девочку. А он ответил, мол, не мне, а детскому приюту рожай. Пришлось делать аборт, так что  и я теперь бесплодна. А что меня ждало: попасть в гарем какого-нибудь суперкозла, прислуживать ему?

Урсула, потрясенная исповедью дочери, инстинктивно прижала дочь к себе, как бы защищая ее от враждебного мира. Она дала волю  слезам, заплакала и Рената.

– Ты счастливая, живешь с мужем, а у меня жизнь кончена. Рано или поздно закончится она моим посещением аннигиляционной камеры…

– Перестань даже думать об этом! Твоя жизнь только начинается, ты можешь окончить университет, стать творческим работником, заняться искусством или наукой, врачом, наконец, можешь поступить на военную службу в галактические войска…

– Теперь ты перестань! – резко выкрикнула девчонка, выскользнула из материнских объятий и убежала.

Теперь семейство Кляйнмихелей пытается разобраться в причинах случившегося с их детьми. Матушка Урсулы, добрейшая старушка, была бессильна  повлиять на воспитание внуков, которые не слушали ее и делали всё, что им заблагорассудится.

– Пригласи Урсулу к себе, поговори с нею не по службе, а по душе, – посоветовала Агидель мужу, когда закончила свой рассказ. – Уверяю тебя, ей есть что сказать и даже предложить.

– Конечно, приглашу, – заверил Руслан жену.

 

Глава одиннадцатая

 

Неожиданно генерал Уральский прислал на суперфлешку видеоотчет о встрече Вольдемара Мольтке и Индрека Тооме. Встречались они на даче, судя по всему, Мольтке, поскольку хозяин был одет в полосатую пижаму, а гость пришел в костюме с галстуком. Они сидели на плетеных креслах-качалках под углом друг к другу, между ними стоял столик, прихлебывали ярко-зеленый напиток из высоких фужеров и вели неспешный разговор.

– Есть что-нибудь новое об Орлове?  – задал вопрос спикер союзного парламента.

– Резиденция наглухо закрыта для нашей разведки. Спецы Орлова выявили и уничтожили все системы, как в главном здании, так и в коттеджах всего городка. Обезвредили видеожучки даже  в деревьях. По мобильной связи никто друг  с другом не говорит. Удалось лишь нашему спутнику-шпиону засечь разговор каких-то третьестепенных сотрудников о завтрашнем совещании в конференц-зале резиденции. А у нас доступа к нему нет! –  с досады ударил Мольтке ладонью по своему бедру.

– Между нами говоря, я другого и не ожидал, – с расстановкой и явно с  эстонским акцентом признался Тооме. – Он и его жена – богочеловеки, находятся под защитой самого Неба. Куда нам до них!

– Значит, будем сдаваться на милость победителей? – в этом месте Мольтке повернулся к Тооме и пытливо смотрел на него. – Что ты приготовил к будущей встрече? Есть свежие мысли?

– У меня одна мысль, очень свежая, ­– невозмутимо отвечал спикер. – Я считаю, что мне надо уйти в отставку, а на мое место избрать мадам Орлову.

– Мысль полусвежая – ты давно мечтал уйти в отставку…

– Что это за жизнь: просиживать штаны на бесконечных и бессмысленных заседаниях, а душа рвется в лес, там уже появились грибы.

Тооме показал на деревья, окружающие дачу, нарядившиеся в красную и померанцевую листву. Словно в подтверждение слов спикера подул сильный ветер, упавшую листву с шумом он погнал по дорожке, выложенную камнем. Пошел крупный дождь, прибил листву и  выбивал фонтанчики брызг на дорожке. Глядя на непогоду, Руслан  впервые подумал о том, что в северном полушарии уже осень. И удивился этому.

Между тем на веранде появился официант, предложил закрыть дверь, но Мольтке отрицательно покачал головой. Тогда официант, подойдя к нему ближе, спросил:

– Ваше превосходительство, на кухне приготовили ваше любимое мороженое. Не подавать ли вам и его превосходительству Тооме фруктовый шербет?

– Так ведь не жара, парень! Принеси-ка ты лучше нам бутылочку коньячку и организуй закуску, – велел Мольтке.

Уходя с веранды, официант пристально посмотрел в глазок видеокамеры – подтверждал свое авторство или попросту лихачил? Система безопасности легко могла засечь трансляцию разговора двух высших сановников  планеты или в ней работали люди генерала Уральского?

Мольтке приложился к фужеру с напитком коки и задумчиво произнес:

– А согласится ли мадам Орлова? С одной стороны, мы больше будем знать о планах спецпредставителя, я имею в виду и тебя, потому что не отпущу грибы собирать, а с другой – Орловы тоже ведь получат возможность навязывать свою политику.

– Им это надо прежде всего. Двоевластие устраивать они не будут, а  с избранием мадам Орловой спикером союзного парламента перейдут к непосредственному управлению планетой.

– Как бы ни оказаться, дорогой мой друг Индрек, нам в тюрьме от этого управления!

– Чтобы не оказаться, как раз и нужно сдаться на милость победителей. Они всегда будут победителями, Мировой Разум и Создатель не допустят их поражения.

– Да, с ними воевать – себе дороже. Пятое человечество загибается, и нашей вины здесь меньше всего. Орлов, как считают многие ученые, выдвинув теорию редактирования генома, обрек человечество на неизвестное будущее.  И вот оно перед нами… Поэтому его и направили к нам исправлять свои ошибки, – Мольтке умолк, потому что появился официант с тележкой.

Руслан выключил суперфлешку. Если бы материал поступил из Галактического хранилища информации, то можно было сканировать и мысли беседовавших. Ведь чаще всего бывает, что говорят одно, а думают другое. Слова Мольтке о виновности его, Орлова, звучали не убедительно, он просто озвучивал конспиративную версию,  сам прекрасно понимая, что это далеко не так.

Однако Руслану следовало доказать, что его вины в нынешнем бедственном положении человечества нет и что редактирование генома было жизненно необходимо. Ведь человечество было избавлено не только от агрессивности, препятствующей его расселению в космосе, но и от восьми смертных грехов.  В какой степени избавлено – другой вопрос… К концу XXI века в человеческом геноме в результате влияния неблагоприятной экологической обстановки на планете, таяния вечной мерзлоты в северном полушарии и льдов Антарктиды ожило огромное количество древних вирусов, нередко приводивших к мутации генов и к смерти людей. К этому времени человечество накопило более двух тысяч неизлечимых генетических заболеваний, число их росло и угрожало вообще существованию  человека. Возможно, Природа решила расстаться с неразумным насельником планеты, который  всю свою историю был ее врагом, а не союзником и другом. Выход был в  гуманизации самого человека, а для этого надо было очистить его геном от нежелательного наследия  эволюции, а также  многочисленных вирусных мутаций.

Люди стали добрее и дружелюбнее не только друг другу, но и по отношению к природе. Их психика стала устойчивее, менее подвержена депрессиям, эмоциональное отношение ко всему окружающему и возникающим ситуациям  как бы выровнялось. Но они стали равнодушнее ко всему на свете, и эта проблема волновала Руслана больше всего.  Когда  люди создавали тысячи звездолетов для переселения на другую планету, то равнодушных практически не было. Стало быть,  загадка активного отношения к жизни диктуется возникающими мотивами? Страх погибнуть в черной дыре подхлестывал быть активными и деятельными? Или геном человечества нуждается в модернизации за счет дополнительных вставок, в новой генной инженерии?

Но разве можно было триста лет тому назад предвидеть, что миллионы роботов построят для  пятого человечества неожиданный коммунизм? Или Создатель решил устроить людям испытание коммунизмом? Не  в виде туманного будущего, а самым реальным?

Он вышел на связь с Атлантом и рассказал ему о намерениях Мольтке и Тооме. Тот, не раздумывая, отнесся к избранию Агидель спикером союзного парламента положительно. Спросил только, а она согласна? Руслан ответил, что с Агидель он еще не говорил.

Подойдя к ближайшему окну, он стал смотреть на площадку перед резиденцией, на пруд, вокруг которого прогуливались жители  городка. Здесь дождя не было, и он подумал, что лучше всего пригласить жену прогуляться и обстоятельно обговорить «за» и «против».

Руслан так и поступил. Нашел Агидель в гостиной, где она составляла меню на послезавтра. Он сел неподалеку от плазмы и терпеливо ждал, когда она сделает заказ.

– Ты мне что-то хочешь предложить? – спросила она.

Он нахмурился при мысли, что Урсула могла сообщить о предложении, стало быть, информация от генерала Уральского могла стать ей известна. Руслан тут же заблокировал свое сознание от внешнего проникновения, в данном случае от Агидели, не позволял ей использовать телепатию. Это безобразие, негодовал он, надо сделать внушение генералу – сведения для спецпредставителя должны быть только для него и не попадать никому больше. Их можно лишь отправлять в Галактическую систему безопасности в порядке  отчета о проделанной работе.

–  У тебя очень изменилось лицо, что происходит? – спросила Агидель, закончив составлять меню.

– Тебе ничего не говорила Урсула?

– А что она должна была сказать? –  ответила она вопросом на вопрос.

– Ничего она не должна была сказать, – жестко ответил Руслан и предложил жене прогуляться на свежем воздухе.

Агидель предчувствовала серьезный разговор, а интуиция у нее была, дай Бог,  каждому. Ожидая, пока жена переоденется, потому что она не позволяла себе выходить  на люди в домашнем облачении, он подошел к окну гостиной, которое выходило на запад. Отсюда виднелись горы, покрытые сизой дымкой, интересно, от чего? После прошедшего днем дождя влага поднимается вверх? Первое здешнее светило уже зашло, второе, стремительно краснеющее,  медленно опускалось за горы, окрашивая их в розовый цвет.

Жена переоделась в брючный костюм, поправила прическу и макияж, и, наконец, предстала перед мужем, своим видом вопрошая: ну как я?

– Прелестно, ­– похвалил  он ее, давно усвоив, что женщин надо хвалить всегда в превосходной степени.

Они вышли из резиденции и направились к пруду. Вода в нем, должно быть, холодная, потому что лебеди спрятались в домики, и еще не ионизировала. Когда они отошли от входа на несколько десятков метров, за ними  следовали Урсула в генеральской форме и Отто в полевой.

– Рассказывай, что случилось, –  Агидель для убедительности повисла у него на руке.

– Пока ничего не случилось, но тебе, судя по всему, придется пойти на работу.

– У меня что, работы мало? Мне надо вести наш дом, готовиться стать матерью – этого кому-то мало?

– Этого достаточно, но, родная моя, не в счет.

– Как это не в счет?! – возмутилась она и оставила в покое руку мужа.

– Успокойся, пожалуйста, и выслушай меня, – попросил он и рассказал ей о планах Мольтке и Тооме избрать ее спикером союзного парламента.

Разговор пошел не в том ключе, как предполагал Руслан. Жена была возбуждена, а он раздражен после подозрения о том, что секретные материалы, предназначенные ему, читает ещё кто-то.

От неожиданности Агидель даже остановилась, смотрела во все глаза на мужа и сдавленно произнесла:

– Ты не шутишь?

– Какие шутки! – воскликнул он. – Атлант дал уже добро. Пойдем, пожалуйста, на нас смотрят.

И взял жену под руку. Она обессилено пошла, новость произвела на нее сильнейшее впечатление.

– Без меня меня выдали замуж, – бормотала она.

– Ты можешь отказаться.

– Как отказаться?! Я что, не понимаю, насколько это серьезно? А у меня опыта нет даже депутата какого-нибудь сельсовета, а тут – союзного парламента спикер! Чиновник номер один на планете!

– Буду помогать. Все наши будут тебе помогать. Продолжим этот разговор дома, нас догоняют  Кляйнмихели.

В этот момент начало медленно включаться освещение, потому что уже повечерело. Увидев, что Орловы остановились и повернулись к ним лицом, Кляйнмихели ускорили шаг. Не дойдя нескольких шагов, Урсула стала по стойке «смирно», щелкнула каблуками и, отдав честь, доложила, что к завтрашнему совещанию служба безопасности проинструктирована.

– Благодарю, – произнес Руслан и поинтересовался, сколько будет присутствовать человек.

– В зале триста пятьдесят мест. Будут ваши заместители, начальники управлений, их заместители, начальники отделов и входящих в них подразделений, отделов, главные специалисты и другие ответственные работники. Список утвердил Максим Юрьевич.

– Не помню, чтобы у нас были безответственные работники. Народу в центральном штабе много было, не спорю, но безответственных  – нет.

– Извините, я не так выразилась, – Урсула опять отдала честь.

– Да перестаньте, Урсула, пожалуйста, козырять, – поморщился Руслан. – Вон ваш муж, вижу, никак не осмелится обратиться по всей форме: «Товарищ Чрезвычайный и Полномочный специальный представитель…» А я знаю, кто я. Слушаю вас, Отто. 

– Не станем же мы разговаривать на дороге, пройдемте в  беседку, ­– нашлась Агидель, чтобы разрядить создавшуюся обстановку, тем более, она знала, о чем супруги будут говорить.

Она ободряюще приобняла новую подругу и пошла к ближайшей беседке, шепнув Урсуле, что все будет в порядке. В беседке был круглый стол, и Руслан, на правах хозяина велел  супругам садиться напротив. Отто снял фуражку, обнажив зажившую рану на виске, которая остается от лазерного луча.

– Слушаю вас, Отто, – повторил Руслан.

 Собравшись с духом, Отто извинился за то, что сведения, которые они решили донести до Орловых, не касаются непосредственно их службы.

– Я знаю, о чем вы будете говорить. Пожалуйста, конкретнее, – опять Руслан подстегнул своей репликой  пребывавшего  в растерянности служаку, и Агидель укоризненно посмотрела на мужа.

– У меня есть двоюродная сестра Грета, которая в  Новой Испании возглавляет педагогический университет, – начал рассказывать Отто. – Между прочим, она сторонница советской системы воспитания и образования, написала на эту тему две докторские диссертации и опубликовала сотни статей.

– Нам с Агиделью Николаевной приятно слышать доброе о нашей Родине. Хотя мы, как известно, родились в постсоветское время, но много в юности слышали хорошего  о Советском Союзе, –  приободрил рассказчика Руслан.

– Грета очень деятельный и настойчивый человек, пыталась на практике доказать полезность советской системы образования и воспитания. Создавала детские сады, учила на специальных курсах воспитательниц, открывала специальные гимназии для школьников, приучала их к труду, заботилась об их интеллектуальном, духовном и эстетическом воспитании. Свою систему она назвала естественным гармоничным воспитанием и образованием. Но поддержки  и развития ее система не получила. Из-за косности  чиновничества, мол, все это устарело…

– Устарело – не аргумент. В Новой  Греции, например, входит в моду спартанское воспитание, – заметил Руслан.

– Извините, пожалуйста,  я продолжу, – вступила в разговор Урсула, очаровательно улыбнувшись Орлову. –  Когда мы поняли, что своих детей упустили, полетели за помощью к Грете. Она нам столько рассказала! Говорила, что на Арсе повторяют чуть ли не один к одному просчеты России  в постсоветский период. Тот же либерализм в школах, подготовка потребителей, а не граждан, специалистов и патриотов. Закачку знаний школьникам без последующего освоения их на практике она считает преступлением перед молодым поколением.

В России в начале XXI века перестали заниматься воспитанием детей и юношества. Сокращали изучение художественной литературы, сделали писателей самыми бесправными, стало быть, ненужными людьми. А всё дело в том, как считает Грета, что половинки мозга стали неравномерно загружаться. Для нормального и гармонического становления личности надо нагружать оба полушария нашего мозга. Общество не может развиваться и идти вперед, опираясь лишь на абстрактное, понятийное или технократическое мышление, стало быть, на одну ногу. Требуется наличие другой ноги, то есть образного мышления, интуиции, эстетического восприятия действительности. Россию из-за этого чуть не постигла участь Советского Союза, поскольку ее власти боялись писателей, которые сыграли немалую роль в распаде СССР. Вот они и стали литераторам перекрывать кислород. Ведь писатель как волк – сколько его ни корми, ни ласкай, а он все равно в лес смотрит… Положение спасли республики, уделявшие внимание воспитанию своей молодежи  в национальных традициях, в том числе художественной литературе, которая есть не только основа многих искусств и превращает толпу в нацию.

Грета считает, что надо выработать целую систему мотивов хорошо учиться, стремиться к вершинам в избранной области деятельности. Для этого она предлагает создавать классы в школах или гимназиях по интересам. Такое было, например, создавали математические школы. А тут надо создавать классы на новом уровне знаний, с учетом генетической предрасположенности мальчика или девочки воспитывать будущих инженеров, ученых, организаторов производства, агрономов и зоотехников, медиков, деятелей искусства, космонавтов, военных…  Дети должны постигать знания играючи и получать при этом наслаждение…

– Как фамилия Греты? – Руслан  перебил вдохновенную речь Урсулы.

– Висенте. Грета  Висенте, – ответил Отто.

– Спасибо за информацию, – подвел итог разговору Руслан. – Передайте, пожалуйста, Грете нашу просьбу написать на мое имя подробнейшую записку обо всем этом. Пусть она пришлет ее вам, со всей предосторожностью, чтобы  содержание не стало известно недоброжелателям, а уж вы передадите записку мне. Спасибо! – он поклонился супругам и опустил на столешницу обе ладони, давая тем самым понять, что  разговор окончен.

Когда Кляйнмихели ушли, он сказал жене:

– Вот и союзного министра образования и воспитания тебе нашли.

– Почему мне? Я ещё не давала согласия, – встрепенулась Агидель.

– Вот именно – ещё! – подчеркнул Руслан. – Неужели ты думаешь, что я без твоей помощи буду разгребать это сонмище проблем? Я не думаю о тебе так плохо.

– И не думай плохо, родной мой, – сказала она, и голос у нее задрожал.

– Всё, пойдем спать! – и Руслан вновь опустил обе ладони на столешницу, только на этот раз решительнее и громче.

 

Глава двенадцатая

 

Стены конференц-зала представляли собой  плазменные экраны, поэтому Максим Юрьевич предложил демонстрировать на них видеоматериалы о положении на Арсе.  Но начальник велел  выслать фильмы участникам совещания накануне его проведения. Так можно будет сэкономить время самого совещания и проинформировать детально  участников, о чем пойдет речь.

Когда Руслан Орлов с Агиделью вошли в конференц-зал, все присутствующие встали и встретили их аплодисментами. Орловы в свою очередь аплодировали им, героям беспримерной эпопеи  по эвакуации землян на Арс. В зале присутствовало последнее поколение работников штаба по переселению, а сколько их за восемь десятков лет, не жалея ни сил, ни здоровья, отдало жизнь во имя спасения человечества?

От такой встречи Руслан расчувствовался и, увидев своего первого заместителя по штабу Эммануэля  Тотти, подошел к нему, обнял и за руку повел с собой на подиум, где стоял стол для президиума. Приглашение Тотти в президиум понравилось собравшимся, аплодисменты после этого стали  еще громче и дружнее.

Руслан поднял руку, требуя тишины, и зал умолк.

– Дорогие мои, родные мои, – начал свою речь, и голос его задрожал от переполнявших всё существо Руслана чувств. – Мы рады видеть всех вас здоровыми, а тех, кого нет с нами, прошу почтить их память минутой молчания. Нет и нашей родной Земли, помянем и ее. – Все встали  и стояли молча до тех пор, пока Руслан  жестом руки не пригласил всех сесть и продолжил свою выступление. – Это не совсем совещание, а больше дружеская встреча, на которой мне хотелось посоветоваться с вами о том, что нам дальше делать. А главное – как делать, ибо пятое человечество попало в тяжелейшую ситуацию. Сейчас на Арсе живет меньше двух миллиардов человек, а мы рвали жилы у  сотен тысяч наших работников, чтобы отправить сюда около четырех миллиардов землян.

 Руслан стал рассказывать собравшимся о положении  населения Арса, по недоразумению  оказавшегося в коммунизме, точнее по вине трудолюбивых роботов. В части удовлетворения всех потребностей, но без вклада в общее благосостояние своих способностей. Авторы коммунизма предполагали, что его построят люди своим трудом и своими способностями. А на практике вышло то, что вышло. Многие утратили мотивы и цели жизни и решили расстаться с нею. Особенно тревожное положение с молодежью.

При спецпредставителе решено создать штаб по возвращению пятого человечества на путь гармоничного и естественного развития. Эммануэль Тотти, как и на Земле, будет первым заместителем начальника штаба, Агидель Николаевна тоже заместителем по гуманитарным вопросам. Руслан обратился ко всем с просьбой определить добровольно свое место в штабе, представить свои предложения заместителям или лично ему. Для этого надо каждому из присутствующих провести мозговую атаку в течение  двух недель по тем вопросам и проблемам, которые близки ему или в которых он является специалистом. Через две недели надо собраться снова и утвердить текущие и перспективные планы работы.

– Земных две недели или арсианских? – донеслось из зала.

– Пока будем использовать земной календарь, так привычнее. А со временем перейдем на арсианский, – ответил Руслан.

– Скажите, пожалуйста, Руслан Русланович, как вы относитесь к тому мнению, что причина всех бед в редактировании генома? – задал вопрос молодой человек с черной бородой и в темных очках.

Руслан мгновенно сканировал его лицо и запросил Галактическую систему информацию – кто это? Оттуда последовал мгновенный ответ:  Серджиу Тигибко, инженер-электронщик.

– Сережа, не обижайся, пожалуйста, что я тебя так называю, – попросил Руслан. – Вот что я скажу тебе и всем присутствующим: редактирование генома было спасением человечества и пропуском его в космос. Йеллоустонская катастрофа погубила половину человечества, но она и спасла его от неминуемой гибели, потому что истощенная Земля с бесплодными полями и погубленными лесами не в состоянии была прокормить 10 миллиардов человек, напоить их водой, снабжать их нефтью и газом. Земля взяла с помощью вулкана как  бы тайм-аут, чтобы спасти человечество как вид, дать ему время образумиться. Человечество использовало тайм-аут для подготовки к эвакуации с погибающей планеты.  Это, во-первых. А во-вторых, оно могло погибнуть вместе со своей планетой в черной дыре. Но человечество успело подготовиться к переселению. Без допуска в космос оно вероятнее всего  погибло бы в межзвездных войнах. В-третьих, я понимаю, что и на Солнце были пятна, поэтому могли быть и ошибки. Признаться честно, мне эти разговоры об ошибочном редактировании генома не то, что надоели, а обрыдли. Но нам нужно в этой проблеме поставить все точки над i. Здесь находится академик Тер-Газарянц? – спросил он и обвел сидящих в зале искательным взглядом.

– Здесь! – поднял руку и встал  человек с седыми волосами и бровями.

– Ашот Гургенович, вы на Земле возглавляли Международную академию антропологии и работали директором департамента в нашем штабе. Не желаете ли вы продолжить свою деятельность в той же области? – задал вопрос Руслан.

– Академия антропологии, наверное, здесь своя, а в департаменте я бы поработал, – ответил Тер–Газарянц.

– В таком случае вы назначаетесь с этого момента директором департамента антропологии и генетики, – сказал Руслан, и его слова были встречены одобрительными аплодисментами. – Ашот Гургенович, я вас очень прошу внести, пожалуйста, ясность в вопрос: корректно ли проходило редактирование генома, какие его последствия  у нынешних арсиан. Если это ошибка, то ее надо исправить. Я готов во имя этого предоставить в ваше распоряжение свой геном, ведь мне его не редактировали. Если надо понести наказание, то я готов и к этому, потому что это была моя идея.

– Наказание для вас невозможно, ведь вы же богочеловек! – воскликнул Серджиу Тигибко.

– Тогда меня накажет Бог, – сказал  Руслан.

Тер-Газарянц поднял руку и заявил, что он сделает всё от него зависящее, чтобы выполнить задание.

– Руслан Русланович, у меня еще один вопрос, – не унимался настырный молодой человек. – Я зашел в звездолет, когда мне исполнилось 25 лет.  Практически я только начал жить. А сейчас мне с учетом перелета уже 127 лет. Природа накажет нас быстрым старением. Мне осталось жить примерно 30-35 земных лет, поскольку редко кто из пятого человечества доживает до 180 лет. Уважаемому Тер-Газарянцу на Земле было около семидесяти лет,  стало быть, ему сейчас 172 года. Уважаемый возраст…

– Молодой человек, не трожь Тер-Газарянцев, мы долгожители! – бросил реплику Ашот Гургенович, и в зале засмеялись.

– Дай Бог вам долгих-долгих лет жизни, – нашелся что ответить молодой человек. – Я обращаюсь к Руслану Руслановичу, у которого проблем  с возрастом не  существует, как и у его супруги.  Они бессмертные, а  мы смертные, и нельзя ли нашим богочеловекам обратиться к самому Господу Богу непосредственно или через Галактических совет иерархов с просьбой скостить, не зачислять нам эти пресловутые 102 года?

– Не думайте, что всё  происходит с человечеством без ведома  Создателя. Он посылает нам  трудности, испытания и даже катастрофы во имя нашего спасения. Короткий срок человеческой жизни – не Божий просчет, а самого человека. Вести нездоровый образ жизни, отравлять вокруг себя воду, почву и воздух, не беречь свое здоровье, употреблять наркотики и алкоголь и при всём этом претендовать на длинную и счастливую жизнь?  Такое невозможно. С другой стороны, короткая жизнь – мощный стимул для людей исправить положение. Редактирование генома увеличило продолжительность жизни почти на сто земных лет. Надо искать новые резервы. А они впечатляющи – библейский Мафусаил, как известно, прожил 969 лет. Пока Арс мы не отравили, не ограбили его поля и леса, недра и океаны, надо ставить на службу людям новые и новые способы продления жизни. Так что здесь уместна пословица: Бог-то Бог, да и сам не будь плох.

«Молодец!» – шепнула мужу Агидель, и, почувствовав, что он устал, решила  продолжить разговор.

– Во время эвакуации с родной планеты не было никаких серьезных конфликтов между народами. Нам надо сохранить дружбу и сотрудничество между нациями и народностями на Арсе. Не силой, а культурой, вниманием к духовной сфере, воспитанием и образованием  молодежи. Гуманитарные проблемы всегда находились в центре внимания женщин и их организаций. Нам, женщинам, есть здесь   над чем задуматься и есть где приложить наши силы.

Мне хотелось бы обратить особое внимание и женщин, и мужчин на то, что в среде подростков и молодежи нарастают профашистские настроения.  Мы знаем, кто обрабатывает мальчишек и девчонок в нацистском духе, вербует их в свои кружки и отряды. Не выиграем здесь борьбу, считайте, что всё проиграли. На союзном уровне нам придется профашистские и радикальные националистические  организации поставить  вне закона. Но не надо загонять эту бесовщину в подполье, не стоит фашистских вожаков представлять молодежи, как героев, пострадавших за правое дело. Нужна кропотливая и настойчивая работа с каждым мальчишкой, с каждой девчонкой. В прежнем составе штаба у нас не было такого подразделения, поэтому я обращаюсь к нашим женщинам, нашим матерям: берите это дело в свои руки! И привлекайте к нему мужчин!

Агидель заслужила аплодисменты и, раскрасневшаяся от выступления, села рядом с мужем. «Ты тоже молодчина. Будет правильно, если ты после совещания соберешь женщин, и вы конкретизируете эту задачу», – телепатически  сказал он ей.

 Эммануэль Тотти, видя, что супруги заняты собой, взял руководство  встречей в свои руки. Его мужественное лицо, безупречный римский нос, упрямый твердый подбородок,  приветливые голубые глаза  и солидный рост вызывали у  людей невольное уважение. Его любили подчиненные и беспрекословно подчинялись ему.

– У меня вопрос к Руслану Руслановичу, – поднялся со своего места директор центра подготовки звездолетчиков Петр Радов.

– Пожалуйста, – сказал Эммануэль.

– Можете не задавать вопрос,  я догадываюсь, о чем  вы хотите спросить, – встал  Руслан. С пятого человечества никто не снимал задачу расселения в космосе. Поэтому экипажи звездолетов надо готовить новые и переобучать старые.  Надо разворачивать центр подготовки и переподготовки по согласованию с союзным правительством. Как раз завтра нас посетят глава союзного правительства и спикер союзного парламента. Мы поставим перед ними вопрос о создании на Арсе  целой космической отрасли, разворачивании сети заводов по выпуску звездолетов. В связи с этим предлагается создать мощнейшую корпорацию «Арс-космос» не только по изготовлению новых аппаратов, но и модернизации наших гигантских стотысячников. Они понадобятся для доставки на  новые планеты земной и арсианской флоры и фауны, производственных мощностей, лучших из лучших арсиан. Первая планета для расселения пятого человечества – Зея. Она находится всего в трех световых годах от Арса. Сейчас  идет подготовка комплексной экспедиции  туда, ее возглавляет наш сын с Агиделью Николаевной. Вчера  Николай Орлов выходил на связь с нами, говорил о том, что со временем прилетит на Арс на совершенно новом звездолете.  Выпуск новейших звездолетов будет поручен нам.

– А нельзя ли  Эммануэлю быть вашим первым заместителем и возглавлять  одновременно корпорацию «Арс-космос»? – спросил Петр Радов.

– У меня принципиальных возражений нет, – ответил Руслан, прикинув в уме, что нынче Тотти по земным меркам около 150 лет, запас активной жизни еще есть. – Эммануэль Тотти – выдающийся организатор, обладает огромным опытом работы. Но решать ему. Как вы, Эммануэль, смотрите на это предложение?

– Если мне коллеги доверяют, то доверие надо оправдывать. Спасибо за него, – Тотти встал, поклонился залу, который ответил ему мощной овацией.

– Поздравляем с новым назначением! – воскликнул Руслан и поддержал овацию аплодисментами.

Когда она утихла, Руслан сказал, что он ждет предложения, что двери его кабинета для всех всегда отрыты и предложил закончить на этом встречу.

–  Женщин прошу не уходить! –  объявила Агидель.

 

Глава тринадцатая

 

Руслан Орлов пригласил в свой планетолет Тотти, Абубакарова, Тер-Газарянца и Максима Юрьевича. На другом аппарате полетели начальник охраны Урсула фон Кляйнмихель и полувзвод охранников. К полудню оба планетолета приземлились на спецплощадке института. Орлов никого не предупреждал о приезде, хотел посетить неожиданно и в деловом стиле.

Вначале прибывшим показалось, что они попали в земной наукоград. Те же восьми–  или десятиэтажные кубы зданий, отделанные разноцветным металликом – точно такие были в земном Орлове.  Наукоград на Арсе строили явно по земному проекту. Но если на Земле в Орлове на каждом здании рос сад, располагались кафешки, то здесь ничего этого не было. Плоские, залитые асфальтом крыши производили гнетущее впечатление. В земном Орлове на улицах гуляли мамаши с малышами, здесь же было пустынно, городок казался еще не заселенным.

Их никто не встретил, более того, охрана не пустила в институт, сославшись на то, что для его посещения нужен специальный пропуск и что организация работает с двух часов дня. Возмущенная Урсула вступила в переговоры с охраной, сообщила, что приехал Галактического совета иерархов Чрезвычайный и Полномочный спецпредставитель, чье имя, между прочим, носит институт, и просила поставить об этом известность руководство. Охранники не спешили выполнить просьбу, поскольку играли в подкидного дурака.

– Арестовать охрану? – попросила разрешения Урсула у Орлова.

– На каком основании? – возразил тот. – Подождем появления начальства.

Невольно вспомнилось ему последнее посещение института на Земле. Мамонтята и их мама Светлана Юрьевна Гордеева,  гигантские гориллы Клара и Роберт – их отправили на Арс, Руслан сам следил за этим, но где они сейчас? Благополучно перенесли путешествие или погибли в пути?

Вокруг планетолетов стали собираться люди, они узнали Орлова, который стал расспрашивать их об  институте. Охранники догадались позвонить директору, и тот примчался взмокший, стал просить прощения у Орлова.

– Почему так поздно начинаете работать? – спросил Орлов. – Вам делать нечего или всё переделали?

Директор что-то пытался ответить, но Руслан  велел через полчаса собрать всех работников института в конференц-зале.  Все коридоры были заняты ящиками с оборудованием. Сколько они простояли закрытыми, трудно было понять. Год, два или три – никто не смог ответить. И, судя по всему, никто не собирался  ящики вскрывать.

– Арсен Арсенович, – шепнул Орлов Абубакарову, – придется тебе возглавить институт и навести в нем порядок.

– Спасибо за доверие, – не без иронии ответил тот.

– Такого бардака мы давно не видели в научном учреждении. Орловский институт сыграл выдающуюся роль в создании пятого человечества. То, что сейчас мы видим, это не институт, – заявил  Руслан его работникам. – Это даже не склад, это морг научного учреждения. Организационный период у вас затянулся на многие десятки лет. Властью, данной мне, я распускаю ученый совет, если он вообще есть, снимаю с работы  директора, передаю дело в прокуратуру, назначаю нового директора Арсена Арсеновича Абубакарова и поручаю ему навести здесь образцовый порядок. Надеюсь, что здоровые научные силы возродят славу знаменитого учреждения.

Он больше ничего не сказал. Вышел из здания и сел в свой планетолет. Спустя час он прислал его за Абубакаровым, который принимал дела у прежнего директора.

Всю ночь светились окна кабинета спецпредставителя. Урсула фон Кляйнмихель стала привыкать к ночным бдениям своего начальника, но не могла согласиться с тем, чтобы он накануне важного дня вообще не спал. На рассвете она решительно вошла в кабинет и заявила Орлову, у которого были воспалены глаза, как и у Абубакарова, что им пора сделать перерыв и хоть немного поспать.

– Урсула, милая, мы так разогрелись, что вряд ли уснем, – сказал Орлов и показал на письменный стол, заваленный бумагами.

– И всё же, Руслан Русланович, я отвечаю не только за вашу жизнь, но и за ваше здоровье, – не уступала Урсула. – Вам и Арсену Арсеновичу надо сделать перерыв в работе. Тем более, что к нам утром прилетят  важные гости. Разрешите мне помочь вам собрать бумаги на столе?

– Помогайте, пожалуйста, – сдался Руслан Русланович.

Посещение Орловым института своего имени стало сенсацией в мировых средствах массовой информации. Всем стало понятно, что Руслан Орлов  намерен навести на Арсе  порядок.

 

Глава четырнадцатая

 

Урсула предложила встретить высоких гостей с особыми почестями. По протоколу официального визита глав государства. Как только приарсенится их планетолет,  у трапа их встретит Эммануэль Тотти, грянет гимн союзного государства – в батальоне  Отто есть свой оркестр. Они обойдут строй почетного караула в составе роты боевых десантников, которые пройдут перед гостями торжественным строевым маршем. Потом гости поедут на магнитомобиле к подъезду резиденции, где их встретит спецпредставитель с супругой.

– Как я понимаю, основная цель такого приема – показать, что они прибыли на суверенную территорию, которая имеет статус экстерриториальности,  то есть находится, по существу, вне их власти, – сказал Руслан и спросил Урсулу: – Не слишком это круто? Не возникнут у нас дополнительные трудности, поскольку они могут не принимать наши рекомендации, поскольку будут ссылаться на принцип взаимности?

– Но мы своего рода Ватикан, государство в государстве, а влияние Ватикана  на жизнь Рима и в целом Италии, и не только ее, было бесспорным. И на Арсе в Новом Риме есть Новый Ватикан,  и его влияние на  жизнь планеты огромно, – настаивала она на своем представлении.

– Действуйте, – согласился Руслан и попросил на встрече не преподносить хотя бы хлеб и соль.

Он усматривал в такой торжественности не только статусный момент, но и ответ на невразумительную встречу руководством союзного государства последнего звездолета с Земли. Да и есть ли такое государство, задался вопросом он, или это лишь дань традиции, возникшей еще на Земле, а на самом деле оно лишь имитация, фикция?

Как только  огромный планетолет приарсенился на  аэродромной площадке, оттуда донеслись звуки гимна Союза государств Арса, и Руслан вместе с Агиделью подошли в кабинете к окну, чтобы  наблюдать за встречей. Они, как богочеловеки, могли воспользоваться своим автономным зрением, позволяющим  видеть события в любой точке планеты и даже в Галактике, но им было важно знать, как на встречу смотрят обычные люди.

Над площадкой яростно сияли оба местных Солнца, и их лучи отражались на доспехах боевых десантников. Эммануэль Тотти встретил гостей у трапа, пригласил их пройти по красной дорожке  к почетному караулу. Навстречу им, печатая шаг, двинулась красавица Урсула в парадной генеральской форме со всем наградами  и с шашкой в руке. Не доходя нескольких шагов до них, она скомандовала: «Почетный караул, смирно! Равнение на середину!» и доложила гостям, что почетный караул для торжественного марша построен. В сопровождении Урсулы гости обошли строй десантников, с любопытством рассматривали их вооружение, а потом стали в стойке «смирно», как бы отдавали воинам честь. Рота с развернутым знаменем  во главе с батальонным командиром Отто фон Кляйнмихелем прошла, четко печатая шаг, перед гостями.

– Чрезвычайный и Полномочный специальный представитель Галактического совета иерархов Руслан Русланович Орлов с супругой ждут вас  у парадного входа резиденции, – сообщила гостям Урсула и пригласила их  в магнитомобиль.

– А наши супруги остались дома, – не без раздражения произнес Вольдемар Мольтке, которому стала ясна подоплека торжественной встречи.

Орловы спустились вниз, остановились на краю площадки перед резиденцией и стали ждать прибытия гостей. Как только магнитоюбиль застыл перед ними, Мольтке с необычайной прытью выпрыгнул из него и подскочил к хозяевам с возгласом «Ну, Орловы, вы нас поразили и озадачили!», протянул руку Руслану, приложился к руке хозяйки, выказывая  свое восхищение ее красотой, мол, на портретах она производит не такое сильное впечатление, как наяву. Действительно, Агидель была очень хороша – в светло-голубом костюме, с пышной прической, ее глаза казались бездонными, излучали энергию красоты и совершенства.

Руслан понял смысл выходки Мольтке, который постарался сломать торжественность приема, выражая тем самым свое неудовольствие самим фактом, что они прибыли на неподвластную им  территорию, а как бы к старшему по положению руководителю. Сохраняя спокойствие, Руслан приветствовал гостей, попросил их чувствовать себя как дома и пригласил в свой кабинет на втором этаже.

За стол для переговоров с одной стороны сели Руслан, Агидель и Тотти. Увидев  неравенство, Мольтке пригласил сесть рядом с собой первую заместительницу председателя правительства  Элизабет Эванс, солидную тетку в смокинге с бабочкой и тугим кренделем  волос  над затылком. Руслан узнал ее – это она бежала под дождем с космодрома, по-женски  отбрасывая ноги в сторону…

После обмена протокольными любезностями в начале переговоров лицо у Вольдемара  Мольтке   стало сосредоточенным, и сам он, сидя в кресле как бы стал выше – Руслан впервые видел, как человек укрупняется. Свойство, позаимствованное у животных, которые в  момент опасности становятся больше, чтобы запугать неприятеля?

– Нам бы хотелось услышать  от вас, уважаемый Руслан Русланович, о ваших планах в отношении населения Арса и нас, кто находится у власти сейчас, – без обиняков начал выступление  он. – Мы знаем со времен еще вашего предшественника, что у галактических властей к нам много претензий. Не буду перечислять их, они вам известны.  Сегодняшняя встреча поставила нас в затруднительное положение. Так встречали на Земле глав держав при совершении ими официальных государственных визитов. Нас, непонятно, считаете вы полноправным правительством планеты Арс, или мы для вас лишь младшие партнеры? На планете устанавливается два центра власти или у нас разные уровни власти? Мы считали, что будем вашими гостями и  сможем в доброжелательной обстановке наладить между нами дружеские отношения, наметить планы на ближайшее будущее.

Мольтке умолк, наступила пауза. По тайному знаку Максима Юрьевича возле него возник официант с тележкой и предложил ему  чай или кофе. Мольтке раздраженно ответил, что ни то и ни другое, а бутылочку настоящей коки. Руслан при этом еле сдержался, чтобы не уточнить заказ словами «и обязательно без кокаина».

– Да,  у нас разные уровни власти, – согласился он в начале своего ответа. – У вас мандат, полученный на демократических выборах, мы же представляем Всемирный Разум в лице Галактического совета иерархов. Но каждая власть от Бога, – он сделал небольшую паузу, давая гостям осознать, что он хотел сказать. – У нас  много претензий, и я не постесняюсь, назвать хотя бы главные из них. Нам не нравится, что пятое человечество встало на путь дегенерации или деэволюции, называйте это так, как вам нравится. Человечество получило пропуск во Вселенную, а вместо того, чтобы осваивать космическое пространство, гармонизировать его, оно стало употреблять не только безвредную коку, но и кокаин, тяжелые наркотики. Потеряло пассионарность, цели в жизни и стало сводить с нею преждевременные счеты. Вы полагаете, нам не обидно, что из четырех миллиардов человек, которые были отправлены на  планету Арс неимоверными усилиями, ценой миллионов жизней землян, спасавших человечество, осталась лишь половина? Мы будем бескомпромиссно проводить линию на возрождение населения Арса, возвращению в его жизнь лучших традиций всего человечества, идеалов добра, чести, достоинства. Мы вернем молодежи романтику открытий и свершений в науке и технологии, искусстве и освоении космического пространства. Вернем ей чувство любви и преданности, чувство патриотизма и гордости  по той причине, что девушка или юноша, прежде всего человек, которому через смену поколений даровано Богом коллективное бессмертие. Вернем счастье людям, а оно в гармонии по отношению к таким же, как он,  к родителям и детям, к прошлому и будущему…

Произнося свою речь, Руслан слышал мысленную реакцию Мольтке на его слова. «И откуда ты такой взялся на нашу голову? При Чон Бо были благословенные времена. Живи и радуйся, и другим жить давай.  Нет, этому нужны подвиги, романтика, открытия и свершения, освоение космоса, – с неприязнью, граничащей с ненавистью, думал председатель правительства. – Вкалывают роботы? Ну и пускай вкалывают, создают материальные блага. Они железные, они сами себя не жалеют, потому что не обладают  чувствами. Миллионы лет люди мечтали о беззаботной жизни, о свободе делать что хочется, а не подчиняться кому-то, забивать мозги какими-то высокими целями, жить не во имя самой жизни, а ради придуманных кем-то и навязанных идеалов и традиций. Посмотрим, посмотрим, что у тебя получится, как ты заставишь вечно пирующих и пьющих лентяев работать и совершать подвиги!»

Руслана поразила и озадачила философия ничегонеделанья и беззаботного, почти  растительного  образа жизни арсиан, о котором размышлял Мольтке.

– Планета Арс гибнет  второй раз в своей истории, – задумчиво произнес он. – Первый раз – в доисторические времена в результате термоядерной войны. Второй раз – сейчас. Планету оздоровляют биоэлектрические токи пятого поколения землян, создают ей мощное защитное магнитное поле. Задумывались ли вы над тем, почему на Арсе можно бегать гигантскими шагами? А потому что ослаблены гравитация и магнитное поле. Планета нуждается в укреплении ноосферы, которое возможно лишь  при условии, когда люди напрягают свой мозг, думают, ведут активный образ жизни, добиваются своих целей. Не зря говорят: движение – это жизнь. Люди, интеллектуально и духовно богатые, двигаясь с благородными целями, укрепляют организм планеты. Искусственное электрическое возбуждение от атомных станций, работы роботов, систем массовой информации  – не в счет. Мощность магнитного поля Арса не увеличивается, соответственно планета не может защититься от неисчислимого количества метеоритов и крупных астероидов. Так что на повестке дня вопрос жизни или смерти пятого человечества.

Он по выражению лиц видел, что для многих его слова были откровением, и все притихли, обдумывая сказанное им. Да он и сам по какой-то ассоциации вспомнил, как он удивлялся, что астероид, траекторию которого он рассчитывал по пути с Арса на Землю, заметно отклонился от нее  – на целых семьсот тысяч километров. По расчетам он должен был пролететь ближе к Земле на сотни тысяч километров, и от ответственности за то, что по его заверениям астероид не стоит подвергать термоядерной бомбардировке, голова у него стала белой. Так вот в чем тайна!  Пятое человечество, освобожденное от восьми смертных грехов, усилило положительной энергией магнитный полюс Земли, и тогда обезопасило себя?

– У меня есть предложение. Позвольте, Руслан Русланович? – спросил разрешения Индрек Тооме и, получив утвердительный кивок головы, продолжил. – Для осуществления вашей программы нужна законодательная база на союзном уровне. Поэтому предлагается избрать Агидель Николаевну спикером союзного парламента. Потому что мы что-то не так поймем, не то примем, а тут ваша правая рука будет принимать  нужные союзные законы. Не стану скрывать, союзный парламент сейчас очень вяло работает – принимает всего несколько законодательных актов в год.

– Плохо работает, – согласился Руслан. – Но это дело Агидели Николаевны. С моей стороны возражений нет, а с ее?

– Если интересы спасения планеты и пятого человечества того требуют, я не стану возражать. Но каковы гарантии, что меня изберут спикером союзные парламентарии?

Обрадованный Тооме принялся говорить, что он с радостью подаст в отставку и попросит своих земляков в Великой Эстонии, причем он не иронизировал, называя так свою родную страну, единодушно проголосовать вместо  него за несравненную Агидель Николаевну. Они будут гордиться своим депутатом! Что же касается голосования в парламенте, то евроазиатская  фракция, самая многочисленная, также  проголосует за такого спикера. Да и какие резоны другим фракциям  не голосовать? Кто пойдет против Мирового Разума, он ведь вас поддержит?

–  Посмотрим, во что это всё выльется, – сказала Агидель, и Руслан понял, что она тоже слышала размышления Мольтке.

Эмоциональная речь Тооме, обычно уравновешенного и невозмутимого эстонца, несколько разрядила напряженность в переговорах. Этим воспользовался Эммануэль Тотти, представившись руководителем нового  планетарного концерна «Арс-космос». Предложил создать космическую отрасль, развернуть строительство новых звездолетов и подготовиться к освоению планеты Зея.

– Разве у нас звездолётов мало? Десятки тысяч исправных звездолётов занимают огромные территории. Они же исправны. Провести техническое обслуживание, заправить  – и к новым звездам! – решил отмахнуться от него Вольдемар Мольтке.

– Если бы было всё так просто, – возразил Эммануэль. – Последние серии аппаратов исправны, не спорю. Они будут обслужены, заправлены,  использованы для транспортировки фауны и флоры­, роботов и механизмов на новую планету. Но примерно  двадцать пять тысяч аппаратов надо утилизировать, построить из них более экономичные современные машины.

–  Это вопросы к Элизабет Эванс, которая как раз сидит напротив вас. В ее распоряжении Плановый Комитет, все ресурсы планеты. Согласовывайте с нею свои планы и осуществляйте их, – распорядился Мольтке.

Не успел Эммануэль поблагодарить его, как от письменного стола Руслана донесся требовательный сигнал  завывающей сирены. Суперфлешка излучала густо-багровые волны света. Извинившись перед присутствующими, хозяин кабинета поспешил к ней.

Определив, кто перед нею, суперфлешка создала голограмму генерала Уральского.

– Товарищ Чрезвычайный и Полномочный специальный представитель!  Разрешите доложить?

– Докладывайте, – разрешил Руслан, невзирая на то, что в кабинете много посторонних – пусть посмотрят на современные виды связи.

–  Галактическая система безопасности засекла в ближнем космосе планеты  Арс столкновение двух мощных астероидов. В ближайшие тридцать земных часов на Арсе начнется сильнейший метеоритный дождь. На планету упадут миллионы осколков астероидов, возможны разрушения зданий и промышленных объектов, пожары, гибель людей и животных. Но самое страшное – огромный астероид массовой в несколько миллионов тонн упадет в Южном океане. Возникнет цунами, которое ударит по всему южному берегу всех континентов. Дайте указание союзному правительству принять самые срочные меры по эвакуации людей  с южного побережья, эвакуации населения с островов Южного океана.

– Спасибо, генерал. Держите нас в курсе событий, информируйте каждый час.

– Есть информировать вас каждый час.

Руслан, у которого от неприятной новости посерело лицо, вернулся за стол переговоров и произнес с явным подтекстом, глядя на Мольтке:

– А вы говорите: живи и радуйся… У вас есть хотя бы система космической безопасности или служба чрезвычайных ситуаций?

Тот побледнел, догадавшись, что Руслан прочел его мысли. И не ответил на поставленный ему вопрос.

– Предлагаю  завершить сегодня переговоры, заняться спасением людей, – сказал Руслан и вышел из-за стола.

 

Глава пятнадцатая

 

Дальнейшие события сменялись с калейдоскопической быстротой. Делегация союзного государства спешно на планетолёте отбыла в столицу. Через час Руслан слушал  обращение премьера Вольдемара  Мольтке по союзному телевизионному каналу к населению планеты. Текст они, судя по всему, обсудили еще в планетолёте, но Мольтке, по-прежнему бледный и обескураженный, читал его сбивчиво и не очень уверенно.

Однако этого было достаточно, чтобы средства массовой информации во всех странах стали нагнетать панику среди населения. Генерал Уральский просил Руслана сделать в свою очередь заявление, успокоить людей, заверить, что Галактическая система космической безопасности отслеживает ситуацию и в необходимых случаях придет арсианам на помощь.

– Меня ГСБ не уполномочивала делать какие-либо заявления, – ответил он. – Заявления заявлениями, но людей спасать надо немедленно. Сколько у вас десантных планетолетов?

– Пятьдесят. На сто человек каждый, – доложил Уральский.

–  Так  отправьте их спасать людей  с островов Южного океана! Дорога каждая минута!

Руслан вышел на связь с Атлантом, тот знал о катастрофе с астероидами.

– А нельзя ли немедленно направить некоторые звездолёты ГСБ, те, которые находятся недалеко, на орбиту Арса, чтобы они приняли участие в спасательных операциях?  – спросил Руслан.

– Во-первых, никаких звездолётов рядом нет, во-вторых, метеоритная опасность столь велика, что звездолёт и генерала Уральского может пострадать, – разъяснил Атлант.

– Складывается ситуация, когда спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Арсиане царствовали лежа на боку, балдея от наркотиков. На союзном уровне я сомневаюсь, есть ли у них государство вообще. Системы космической безопасности у них нет даже в зачаточном состоянии. Службы спасения при чрезвычайных ситуациях тоже. Если погибнут миллионы, то социальный взрыв неминуем. Десантники Уральского вряд ли с ним справятся…

– Зачем ты мне всё это говоришь? Я это знаю, – прервал тираду Руслана Атлант. – Я тебе советую посмотреть на премьеров республиканских правительств в деле, чтобы кого-то из них можно было бы поставить на место Мольтке.

– Разве мы нуждаемся в дополнительных аргументах, чтобы снять его с поста? Нам нужны еще и жертвы среди населения?

– А у тебя есть кандидатура на его место? – спросил Атлант и, не получил ответа, добавил. – То-то же… Надеюсь, что трагедия, которая разыграется на южном побережье, поможет арсианам придти в себя и взяться, наконец, за ум. Чего мы и добиваемся.

«Но какой ценой придется людям заплатить за это?» – задавал себе жестокий вопрос Руслан и думал о том, каким образом уменьшить ее. С помощью удаленного видения он побывал во многих странах южного побережья  и наблюдал  одну и ту же картину. Получив указание от властей эвакуироваться от берега подальше и остановиться  желательно на высокогорье, люди садились на свои мобили и отправлялись на север. Без запаса еды, воды, без палаток, в которых можно было бы провести хотя бы одну ночь. Их беспечность поражала – они привыкли, что роботы снабжали их всем необходимым и были убеждены, что так будет всегда.

В местах эвакуации роботов было мало, потому что хозяева зачастую не брали их с собой, а те, что приехали, не могли обеспечить людям питание и элементарные удобства – пункты распределения благ,  склады с продовольствием и необходимыми предметами быта почему-то оставлялись в прибрежных районах. А роботы не умели даже поставить палатки, поскольку у них не было таких программ. Да и палаток никто не завез. Поэтому люди, приехавшие на высокогорье, представляли собой жалкое зрелище. Голодные дети плакали, всех мучила жажда, родители не знали, что делать и не представляли, как они будут существовать хотя бы в ближайшие сутки.

Руслан связывался с Мольтке, с премьерами правительств прибрежных стран, требовал незамедлительно устранить недостатки, предусмотреть, что эвакуированные люди должны быть обеспечены питанием, водой, необходимыми предметами быта, в первую очередь палатками. Никто не знает, с какой силой цунами обрушится на берег, какие будут разрушения.

Земляне с последних звездолётов разительно отличались от тех, кто считал себя арсианами, начиная с третьего поколения. Они не умели постоять за себя, найти выход из простейшей ситуации. А вчерашние  земляне, особенно с последнего звездолёта, на котором прибыл инженерный и технологический цвет нации, мастера на все руки, создавали отряды самоспасения, организовывали быт в новых лагерях. Наш кадровый резерв, надежда и опора наша, думал о них Руслан, сожалея о том, что каждый из них на сто два года старше своего земного возраста и активных лет у него всего ничего.

Побывал он и в Новой Австралии. Здесь всё было организовано четко и продуманно, несмотря на то, что на континенте, кроме  прибывших землян жили так называемые «земляные» люди ­– деградировавшие потомки тех арсиан, которые в незапамятные времена прибыли на Землю. Среди новых арсиан были также представители коренного населения земной Австралии, которые вели свой образ жизни. Короче говоря, проблем хватало, но чиновники умело справлялись с ними.

Руслан решил познакомиться с премьером новоавстралийкого правительства, представ перед ним в виде голограммы. Премьер Эндрю Кравцофф приветливо улыбнулся, узнав его, тем более, что Руслан назвал себя и извинился за голограмму. Премьер, высокий, богатырского склада потомок русских эмигрантов еще в ХХ веке переселившихся в земную Австралию, наблюдал за эвакуацией прибрежного населения.

Нельзя было не обратить внимание на то, как карапуз лет трех тащил к семейной машиненке  огромного плюшевого мишку. Отдав своего друга на попечение матери, побежал в домик еще за какой-то игрушкой.

– У вас трудовое воспитание на должном уровне? – поинтересовался Руслан.

– Оно нас и спасает сейчас, – сказал Эндрю и улыбнулся знакомой улыбкой.

И Руслан вспомнил, что так по-доброму и открыто улыбался наставник в его далекой юности – незабвенный Иван Иванович. Эндрю был такой же широкой кости, как он, и пожимал руку наверняка клешнясто, правда, в виде  голограммы  ему невозможно было испытать рукопожатие новоавстралийского премьера. Кто знает, быть может, они какие-то родственники…

– Вы к нам в порядке инспекции? – осведомился премьер.

–  Нет, в порядке ознакомления, –  в тон ответил ему Руслан.

– C помощью роботов? Ведь голограмма тоже робот, только очень высокого уровня. И сколько сегодня вы голограммических роботов разослали?

–  Сегодня? Десять, – откровенно признался Руслан, поскольку непосредственность вопросов Эндрю его подкупала.

– Здорово! Вы одновременно можете находиться во многих местах! Вот бы обыкновенным людям такие способности! Я, например, постоянно не успеваю всё намеченное сделать. Не хватает времени…

«Это потому, что ты, Эндрю, много работаешь, а тебе всё мало да мало», – подумал Руслан и решил с ним поближе познакомиться.

– Сегодня запланировал посетить пещерных людей. Может, и вы со мной отправитесь с к ним? Ведь вы же не бывали у них в гостях? – продолжал Эндрю.

– С большим удовольствием, – отозвался на предложение новоавстралийского премьера Руслан, заметив для себя, что с ним легко общаться и находить общий язык.

– В таком случае прошу в мой планетолет. Или вы предпочитаете своими средствами перемещаться?

– В этом случае лучше с вами.

Эндрю сам управлял летательным аппаратом. При этом не пользовался услугами штурманской службы, свободно ориентируясь на своем континенте. Он принадлежал не к кабинетным руководителям, предпочитал личные встречи с людьми, решать  проблемы на местах, а не исходя из докладов чиновников.

По пути к пещерным людям Эндрю рассказывал  гостю про их особенности. Они были потомками высокоразвитой цивилизации, предположительно той самой, которая освоила планету Земля. Во всяком случае, генетически пещерные люди на 99 целых и 9 десятых родственны землянам. Гены вроде одни и те же, но качество их разительно отличается. Древняя цивилизация арсиан погибла в результате термоядерного конфликта, спаслись немногие, предпочитая жить в пещерах, чтобы не облучаться. Но радиация как бы изменила качество генов и спасшиеся арсиане стали деградировать, встали на путь инволюции. Сейчас у них примерно бронзовый век. Они труднообучаемы, наивны, как  дошколята, больше всего боятся грозы, пережидая ее в своих пещерах. Видимо, срабатывает генетическая память о термоядерных бомбардировках. К достижениям современной науки равнодушны, хотя вождь крупнейшего племени, куда они направлялись, с удовольствием пользуется новейшими средствами связи.

– Это тетушка Уююнь, – с теплым чувством уточнил Эндрю. – Весьма оригинальная особа. У них ведь матриархат, при этом мужчин гораздо больше, чем женщин. Недавно тетушке Уююнь исполнилось 50 арсианских лет, а это весьма солидный возраст, так она в тридцатый раз взяла себе в мужья молодого парня. Обычно рядовая женщина имеет несколько мужей, а тут глава племени и  председатель  союза арсианских племен…

–  У коренных арсиан рождается гораздо больше мальчиков, чем девочек? А у бывших землян,  напротив, рождается больше девочек, чем мальчиков. Чем это объясняют ученые? – поинтересовался Руслан.

– Пока никакого объяснения нет, во всяком случае, мне оно неизвестно.

– А  институт Орлова занимался этой проблемой?

– Вероятно, еще не занимался.

– Странно, если это так, – задумчиво произнес Руслан.

– А вы не расстраивайтесь особенно, новых арсиан охватила всеобщая апатия. Такое впечатление, что они потеряли цель в жизни. Многие винят роботов, которые создали фактически коммунизм на Арсе.

– Эта точка зрения общеизвестна. Но истинна ли она? Казалось бы, человек освободился от добывания пищи и предметов первой необходимости, и не только первой, так радуйся своему счастью, твори, выдумывай, пробуй – всё в твоих руках, и вдруг убийственный, иначе и не скажешь, пессимизм. Скорее дело в воспитании подрастающего поколения, отсутствии состязательности, кто лучше, кто смелее, умнее, талантливее, в возрождении лучших традиций народов Земли, – рассуждал вслух Руслан.

– Между прочим, пещерные люди предпочитают жить так, как они жили до появления на их планете землян. Ловят рыбу, собирают в лесах ягоды и коренья, пасут одомашненных коз,  выращивают кукурузу. Если случаются конфликты между племенами, то не брезгуют каннибализмом. Правда, после того, как тетушку Уююнь избрали верховным правителем всех племен, ни одного случая каннибализма не было. Между прочим, некоторые африканские племена лилипутов на Арсе отказались от всеобщего благоденствия и ушли в здешние джунгли жить так, как они жили на Земле.

– Вы имеете в виду племена народности мбути? Мне известно об этом, – сказал Руслан.

«Ещё бы – тебе было неизвестно об этом!» –  подумал премьер, и Руслан прочел его мысль.

Пещерные люди тетушки  Уююнь жили на горном плато размером в десятки тысяч квадратных километров. Оно было разрезано руслами рек, высохших  в условиях знойного тропического климата. Во многих местах русла  перегораживали плотины, создавали искусственные запруды. Многие из них пересохли, даже с высоты было видно, как придонный ил вздыбился под лучами местных солнц. Крутые берега были испещрены норами людей тетушки Уююнь, которые напомнили Руслану норы похожих на земных ласточек  щуров. Из многих нор курился дымок – видимо, в пещерах готовили пищу.

Они приарсенились неподалеку от огромного холма явно искусственного происхождения, в котором,  нетрудно было догадаться, находилась главная пещера племени аррака тетушки Уююнь. Пройдет немного времени, подумал Руслан, и племена покинут пещеры. Свидетельство тому – первый искусственный холм из каменных плит, отверстиями для окон, пока еще не застекленных, но это дело времени.  На вершине холма стояла ажурная вышка с ветрогенератором, значит, племя аррака было знакомо с электричеством в отличие от племени змееподобных дикарей, с которыми первой экспедиции землян пришлось познакомиться.

Когда они сели, к ним побежали сотни маленьких людей.  Впереди всех бежала по-мальчишески, выбрасывая высоко и ровно коленки, какая-то девочка в военной форме, с высоким кивером на голове, с сабелькой на боку, которую она придерживала левой рукой. Не добегая метров десяти до премьера, она резко остановилась, поднесла к киверу руку, отдавая честь, и поздравила его с прибытием на территорию племени аррака, которое радо его видеть вместе с гостем.

Премьер шагнул тетушке Уююнь, приобнял ее как ребенка, а когда решил представить Руслана, то испытал немалое затруднение. Это была голограмма Руслана Орлова,  называть ее Русланом Орловым было нельзя, тем более  что она не могла пожать протянутую ей руку тетушки.

– Это не человек? Он не пахнет, – заявила тетушка и подняла вопросительно  глаза на премьера.

– Это куда больше, чем просто человек. Он дух, – объяснил, как мог, Эндрю.

– Настоящий дух? – засомневалась хозяйка.

– Да, самый настоящий, – пришел на помощь премьеру православный священник отец Сергий, который здесь строил храм и обращал местных жителей в христианство. – Ваша светлость, если вы присмотритесь к нашему гостю, то заметите разительное сходство с  посланцем Неба на Арс  с Русланом Руслановичем Орловым, которого мы с вами смотрели вчера по телевизору.

– Но он не пахнет, это не Руслан Русланович  Орлов, – упорствовала хозяйка.

– Это его дух! – начинал терять терпение и священник.

– Значит, посланец Неба на Арс мертв?

– У него много духов, как у вашей светлости мужей, – решился на опасное сравнение отец Сергий.

– Если он дух, то он что-то может. Например, несколько дней наши шаманы камлают молитвы о ниспослании нам дождя. Наши боги не обращают внимания на нас. У нас сохнет кукуруза, племени аррака  нечего будет есть, если не спасти сейчас урожай.

– Не волнуйтесь, тетушка Уююнь, вашим соплеменникам не придется голодать. Разрешите мне поздравить вас с днем рождения и с тридцатым мужем. Пока Эндрю будет поздравлять вас, и награждать высшим орденом Австралии, мы обратимся к своему Богу. Не забудьте нынешней ночью не выходить из пещер, поскольку будет сильнейший метеоритный дождь, возможны жертвы, пожары, – сказал Руслан  на древнем арсианском языке, удивив всех присутствующих. ­– Ведите меня, отец Сергий, в свой  недостроенный храм.

И они удалились. По пути голограмма номер  восемь связалась с  самим Русланом Орловым, который летел уже в Новую Австралию и беседовал с Агиделью.

– Кто у нас богиня воды, уважаемая Агидель Николаевна? Поэтому тебе надо  лететь и организовывать дождь для племени аррака. А если у меня не получится? Тогда придется улетать с планеты Арс, в лучшем случае на Зею.

– Получится! ­– со смехом успокоила она мужа. – Помнишь, как ты меня учил еще в Ясеневе обращаться к высшим силам? Надо очень захотеть и донести свою просьбу до Бога.

Отец Сергий не успел голограмму довести до иконы Бога-отца, как чья-то тень накрыла ее, слилась воедино с нею и упала на колени. Он только увидел, как воздымаются руки к иконе, и услышал начало молитвы «Праотче всемогущий и человеколюбивый, услышь меня  и одари щедрым дождем нивы бедного племени аррака…», как в храме потемнело, а потом остро сверкнули молнии, запахло озоном, раздались оглушительные раскаты грома и хлынул ливень. Священник беспрерывно осенял себя крестом, благодарил  Бога за щедрый дар, а посланец  Неба еще долго воздымал руки  к Богу-отцу, прося небесного заступничества от несчастья, которое надвигалось на планету.

Наконец посланец Неба встал, сказал, что теперь храм будет достроен и пошел прощаться с премьером и тетушкой Уююнь. Пока они шли к главной пещере племени, ни одна капля ливня не упала на них. Увидев Руслана Руслановича, Уююнь стала перед ним на колени, ловила его руки для благодарственного поцелуя, но тот поднял ее и сказал:

– Теперь я верю, что  храм отца Сергия будет достроен в считанные  недели.

– А я чую запах человека, – от избытка чувств тетушка даже прослезилась.

– Господин премьер-министр, мы в ближайшее время увидимся. А теперь извините великодушно – неотложные дела, ­– сказал им на прощанье и растворился в воздухе.

Когда он летел над плато, то видел, как бурливые потоки воды заполняли пересохшие русла рек.

 

Глава шестнадцатая

 

Он материализовался в своем кабинете за несколько минут до начала пресс-конференции. Сразу же вышел на Атланта, чтобы получить у него последние данные об астероиде и метеоритном дожде. В кабинет ворвался помощник Максим Юрьевич с докладом о том, что конференц-зал полон, пресс-конференцию будут транслировать все  теле-, радио- и видеокомпании планеты.  Руслан успокаивающим жестом руки показал ему на ближайшее кресло.

– Извини, Учитель, мы как  слепые котята, ничего вокруг не видим и не слышим, – сказал он на языке атлантов, надеясь, что беседа на родном языке члену высшего Совета галактических иерархов понравится и, более того, сохранит абсолютную ее секретность. – Что нового? Какие последние разведданные галактической системы безопасности?

Иерарх находился в хорошем настроении, позволил  себе шутку:

– А ты еще помнишь земной стишок: «По реке плывет топор в сторону Чугуева»?

– Классика фольклора, как не помнить…

– К вам в гости плывет не железяка, а  предполагаемая гора железняка массой в десятки миллионов тонн. Она заморожена, состоит из красноватого  минерала. Окружена миллионами, если не миллиардами осколков. Разведывательному аппарату удалось завладеть двумя осколками, которые, оттаяв, оказались комьями глины, пропитанной двуокисью марганцовокислого калия, по-народному марганцовки. У горы несколько вершин, одну из них снес астероид, изменив свою и встречного небесного тела траекторию. Если бы  столкновение произошло лоб в лоб, то не исключено, что на Арс упало бы два подарка, а не один.

– Орбиту нашего астероида уточняли?

– Да, столкновение с Арсом произойдет  по ново-гринвичскому времени в двадцать три часа сорок девять минут, по ново-московскому времени  около пяти часов утра. Больше всех пострадают Ново-Американский и Ново-Африканский континенты, на них обрушатся цунами высотой до  ста метров. Достанется и остальным. Арс содрогнется, но такой экзотики как изменение орбиты планеты или сдвиг оси вращения не предвидится. Сейчас самое главное – удалить с побережья людей, обеспечить  их продуктами, водой и средствами выживания в местах эвакуации. Знаем, что с этим дела обстоят неважно, но до катастрофы около пятнадцати часов, используй пресс-конференцию для спасения населения. Желаю успеха, поговорим завтра утром.

– Пойдемте, – сказал Руслан помощнику и встал.

– До начала еще пять минут, – показал на наручные часы Максим Юрьевич.

– Эти минуты могут спасти тысячи жизней, ­– объяснил Руслан и по телепатии сообщил Агидель, что они начинают.

Она вошла в конференц-зал одновременно с ними. Максим Юрьевич занял трибуну, приготовившись руководить пресс-конференцией, но Орлов сразу обратился из президиума к собравшимся журналистам и миллиардам их зрителей и слушателей:

–  У нашего человечества в распоряжении всего около пятнадцати часов. Астероид массой в десятки миллионов тонн врежется в Южный океан в двадцать три часа сорок девять минут по ново-гринвичскому времени. На сушу по всей территории планеты и, особенно на побережье выпадут миллионы комьев глины, которые при падении превратятся в раскаленные камни, вызывающие пожары. По последним данным астероид также представляет собой гигантский ком глины, почему-то пропитанный двуокисью марганцовокислого калия. Обращаю всех внимание на то, что создание такого гигантского кома глины маловероятно, и нас ожидают в данном случае большие сюрпризы.

Обращаюсь к федеральному правительству, правительствам союзных государств, властям на местах, особенно к властям на южном побережье континентов! В ваших руках сейчас миллионы жизней. Необходимо, не теряя ни минуты, эвакуировать население с побережья, вывезти их вместе с роботами, палатками, передвижными автодомиками, теплой одеждой, продуктами и водой как можно  дальше от океана. Необходимо исходить из расчетов службы галактической космической безопасности, что на побережьях Ново-Американского и Ново-Африканского континентов предполагается удар цунами высотой до ста метров. Пострадают от цунами и другие континенты. Обращаюсь также к населению всех стран с просьбой сохранять спокойствие,  проявлять добросовестность и оказывать взаимопомощь, четко выполнять распоряжения властей, соблюдать высочайшую дисциплину и порядок. Помните о том, что столкновение астероидов в ближайшем космосе произошло неожиданно, всего сутки назад, и властям трудно было на должном уровне организовать спасательные работы.

После слов о неожиданности столкновения астероидов в зале вспыхнуло возмущение. Один из молодых журналистов взбежал на сцену, оттолкнул Максима Юрьевича от трибуны и закричал на Руслана:

– Вы прекрасно знаете положение дел! Спасательные возможности во многих странах мизерны, власти не готовились к чрезвычайным ситуациям,  бездельничали, а вы становитесь на их защиту. Скажите, пожалуйста, будет разбор полетов, будут ли названы бездельники и получат они по заслугам?

Руслану нравился этот парень, его напор и принципиальность. Если есть такие ребята, подумал он, то ничего еще не потеряно. Есть из кого создавать новую элиту, которая возродит пятое человечество.

– Вы забыли представиться, – спокойно заметил ему Руслан.

– Но вы же, говорят, знаете каждого человека! – кипятился парень.

– Да, знаю. Вы Ибрагим Рухмани, работаете на Первом канале Ново-Иранского телевидения. Не мне надо представляться, а коллегам-журналистам.

Ибрагим извинился, поклонился залу и повторил свое имя, фамилию и место работы.

– Действительно, во многих странах огромное количество просчетов. Рано называть причины, но я, пожалуй, рискну бросить камень в адрес союзного правительства, которое не озаботилось созданием системы предупреждения астероидной опасности, не сформировало мобильные подразделения по ликвидации последствии чрезвычайных ситуаций. Но не будем пугать должностных лиц разбором полетов, грозить им наказаниями. Они сейчас должны думать не об этом, а  о спасении людей. Повторяю: время для этого еще есть. Но промедление спасательных работ хотя бы на одну минуту –  это тысячи погубленных жизней.

Вперед вышел коренастый человек в  куртке без рукавов, но со множеством карманов и карманчиков, с черной окладистой бородой и в темных очках.

– Педро Малавия, Центральное телевидение Новой Мексики, – представился он,  сделал паузу, чтобы в зале прекратился шум. – Мистер Орлов, почему Саваоф не любит человечество? Четвертое человечество было наполовину уничтожено Тихоокеанской катастрофой и взрывом Йеллоустонского  вулкана на нашей любимой Земле. Человечество с невероятным трудом избавилось от восьми смертных грехов, стало пятым человечеством, а на Небесах решили уничтожить планету Земля и всю Солнечную систему  с помощью черной дыры. Человечество, по существу, было изгнано с родной планеты, переселилось на Арс, но и здесь продолжаются испытания судьбой. Вы полагаете, что после нынешней катастрофы увеличится число оптимистов среди людей, или убеждение, что жизнь человеческая бессмысленна, получит еще одно подтверждение? Вы – богочеловек, в отличие от нас и знаете больше нашего, и вращаетесь в небесных сферах, так ответьте нам: почему так происходит, почему на Небе не  любят вид  homo?

Мексиканец задал тот вопрос, который десятки лет мучил Руслана бессонными ночами. Мучил вопрос и Агидель.  Отключившись от всех сетей, чтобы их не подслушали, они часами обсуждали,  кто они на самом деле, почему им даровано бессмертие и даются сверхответственные поручения? Да, они наделены могуществом, но оно тяжкий груз для них. Это божественный дар или такое же наказание? Если наказание, то за что? За грехи  предков или за то, что в их венах течет несколько молекул крови самого Бога?

Эх, Педро, Педро… Ты попал в десятку. В другое время я объяснил бы тебе, что думаю об этом во всех подробностях, но тебе не стало бы легче от этого. Жизнь очень сложна, законы мироздания, может быть, известны лишь Саваофу. Так что извини, пожалуйста, буду отвечать тебе общими словами:

– Не думаю, что на Небе не любят вид homo. Есть расхожая мысль о том, кого Бог любит, того и испытывает. Быть может, пятое человечество готовится Создателем к исключительно важной галактической миссии. Ни я, ни Агидель Николаевна, ­– здесь он посмотрел на жену, – не посвящены в эти планы. Кесарю кесарево, а Богу – Богово. А мы с Агиделью Николаевной даже не кесари, а просто порученцы. Не думайте, уважаемый Педро, что нам легче, чем вам. Создатель решил сделать человечество бессмертным через смену поколений, а нам почему-то даровано бессмертие. А это значит, что нет давно в живых наших сверстников, людей, которых мы знали, что мы вечны в своем одиночестве. Ради накопления жизненного опыта? Не ведаем. Но знаем одно: мы здесь для того, чтобы возродить пятое человечество, и оно будет возрождено, чего бы это нам и самому человечеству ни стоило. Сейчас же надо спасать людей…

–  Мы все  Божьи создания, Божьи дети. И подозревать, что Бог-отец не любит своих детей  – не больше, чем ересь, – заметила Агидель, и Педро, на плечи которого, казалось, возложили неимоверный груз, повернулся и тяжело пошел на свое место.

– На этом первую пресс-конференцию будем считать законченной. Доведите, пожалуйста, до своих зрителей и слушателей нашу тревогу по поводу спасения жителей южного побережья наших континентов. Через каждый час руководитель пресс-центра Максим Юрьевич будет доводить до вашего сведения  все важнейшие новости. Спасибо за внимание!

 

Глава семнадцатая

 

Вслед за Русланом в кабинет вошла Агидель. Ему одного взглядам на жену было достаточно, чтобы увидеть, что она  хочет сказать что-то важное.

– Пока ты летал в Новую Австралию, мне звонила Элизабет Эванс, ­– Агидель села за приставной стол. – Не знаю, сделала она это по поручению Мольтке, и это была, так сказать, своеобразная разведка боем, но она разрыдалась и сообщила о своем назначении  руководителем планетарной рабочей группы по ликвидации последствий падения астероида. По ее словам, на побережье Южного океана паника, эвакуация населения напоминает бегство, не понятно с какой целью вдруг начались грабежи складов продовольствия и промышленных товаров. И это происходит тогда, когда всё распределяется по потребности – какой-то странный психический анахронизм еще земных времен. Малочисленные силы полиции не могут  навести порядок. Якобы по секрету она сообщила, что в ряде стран Новой Латинской Америки его наводят штурмовики Мольтке-младшего. Фашисты действуют  решительно и  очень жестко  – есть уже убитые и раненые. Более того, страны Новой Латинской Америки объединились  в  Национал-социалистический Союз Новой Латинской Америки и  провозгласили независимость. Племянник Вольдемара Мольтке  Генрих Мольтке провозглашен фюрером Национал- социалистического союза.

– Необычайно быстро, в течение нескольких часов они дело обтяпали. Значит, все было подготовлено заранее, а астероид –  лишь предлог, – Руслан резко встал, сообщение жены его встревожило, он обошел несколько раз свой письменный стол и опустился на кресло напротив. – События еще не стали известны прессе? Во всяком случае, они бы задали вопрос о путче в Новой Латинской Америке! Я прошу тебя оставить все молодежные дела, если это возможно, и разобраться с путчем как следует. Подозреваю, что объединение неофашистов в Новой Латинской Америке мадам Эванс приняла за объединение стран под предводительством Мольтке-младшего. Тут что-то не так. Не исключается и проверочный фейк в наш адрес со стороны Мольтке-старшего… Жаль, Николая нет, ему бы возглавить сейчас разведслужбу, выяснить, не является ли это общим планом дядюшки и племяшка, составить представление о настроениях населения.

– Если ты доверяешь мне, я возьмусь за это дело вместо сына.

– Дель, следи за словами! «Если ты доверяешь мне», – передразнил он  её. –  А кому мне доверять, если не тебе?

– Извини, случайная обмолвка.

– Надо в течение часа собрать информацию и обнародовать ее в пресс-центре. А я поговорю с Атлантом, попрошу о помощи.

В дверь настойчиво постучали, потом она без разрешения распахнулась, и в кабинете возник еле справляющийся с одышкой Максим Юрьевич.

– Руслан Русланович, беда! – он с трудом вставлял слова между выдохами. – Латиноамериканцы сообщили мне…

– Успокойтесь, – сказал, нахмурясь, Руслан. – Соберите всех журналистов из Новой Латинской Америки, создайте из них информационный центр и регулярно информируйте  Агидель Николаевну, которая возглавляет штаб по  ликвидации неофашистского путча, и меня о событиях там. Исполняйте.

Когда они остались вдвоем, Руслан включил суперфлешку и стал вызывать Атланта. Он раз набрал его код, второй раз, третий, но Учитель молчал. «Только не это, – думал  с отчаянием Руслан. – Только не это в такой ответственный момент!» А потом словно пришел в себя, подумав о том, что у него самого достаточно полномочий принимать решения и что согласовывать их с Атлантом давно надо перестать. Нечего изображать несмышленыша, который упрямо держится за мамину юбку, в данном случае – за папины портки! Агидель с недоумением читала  мысли супруга, опасаясь его бунта против своего Учителя. Он явно был вне себя,  и таким она за долгие годы совместной жизни видела его впервые.

И тут суперфлешка словно взорвалась, исторгнув из себя трехметровую голограмму Атланта. Потом голограмма уменьшилась до  размеров обычного человека, Командор сел в кресло  Руслана и не без иронии произнес:

– Хотел бы я знать, чем так обеспокоены богочеловеки?

Руслан промолчал, Агидель оценила его сдержанность, зная, чего ему это стоило.

– Да так, немного призадумались о том, что нам надлежит сделать в нынешней ситуации, –  сказала она, выручая мужа.

– И что же надумали? – спросил Атлант, глядя на Руслана  и ожидая от него ответа.

– На побережье Южного океана идут спасательные работы. Нельзя сказать, что идут организованно. В большинстве стран нет служб по предупреждению  и ликвидации последствий при чрезвычайных ситуациях, нет таких и на союзном уровне.  В ряде стран Новой Латинской Америки неофашисты захватили власть и взялись за спасение населения. Подозреваем, что воспользовались ситуацией. До нас доходила информация о  фашистских настроениях в молодежной среде, но что они способны на успешный путч – это для нас было громом почти среди ясного неба.

– И что намерены делать? Пустить дела на самотек по примеру старшего Мольтке? Мол, само собой уляжется? Или власть передадите младшему?

– Учитель! – вспыхнул Руслан, и Агидель опустила голову как можно ниже – ведь начиналось выяснение отношений между ними, а этого она больше всего опасалась. – Мы знаем друг друга треть тысячелетия, мы всегда понимали друг друга с полуслова, с полумысли… Я не понимаю твоего нынешнего отношения к нам, не понимаю иронии, ничем не обоснованных предположений… Что произошло, Учитель?

– Что произошло? – повторил вопрос Атлант. –  Вы забыли, что вы – богочеловеки! Что вам подвластно не только настоящее, но и будущее. Закройте глаза, сосредоточьтесь на будущем, и вам станет ясно, что надо делать, а что не надо… Закрыли глаза?

Когда Руслан закрыл  глаза, в его воображении с бешеной скоростью замелькали события какого-то кино. Он не  пытался остановить какое-то событие, понять, что оно представляет собой, ему хотелось, чтобы кадры кино мелькали еще быстрее. Его, как и Агидель, не посетила догадка, что Атлант программировал их сознание, а вместе  с ним и события на планете Арс по плану Галактического совета иерархов.

Как ни странно, Руслан и Агидель только со временем поняли, что всё было предопределено волей Мирового Разума, а их роль была не столько исполнительской, сколько наблюдательной. Они лишь вмешивались в события, если они отклонялись от намеченного плана, делали то, что не могли не делать.

Когда они открыли глаза, то Атланта в кабинете не было. «Он провел с нами сеанс гипноза? – спросил Руслан жену по закрытому даже от Атланта каналу. –  А на душе стало так легко!»

– Нам пора идти к журналистам? – спросила Агидель.

 

Глава восемнадцатая

 

После пресс-конференции Агидель улетела в Великую Эстонию на встречу с избирателями, обещала вернуться в резиденцию до начала камнепада. А на Руслана обрушилась лавина информации с берегов Южного океана, где шла спасательная операция. Было ясно, что будут огромные жертвы и катастрофические разрушения  всей инфраструктуры на побережье  на многие десятки километров вглубь континентов. Но странное дело, Руслан умом  понимал размеры предстоящего ужаса для планеты, а чувствами – нет. Атлант заблокировал все его эмоции, чтобы он оставался при любом развитии событий спокойным и не давал воли чувствам?

Зашло за горизонт одно светило,  от другого  запылало предзакатное небо, а Агидель не возвращалась. Зашло и другое светило, закат неумолимо угасал, приближая час Х, когда на всей планете категорически запрещались полеты любых летательных аппаратов, которые надлежало поместить в ангары или в подземные гаражи, под мостами, акведуками, любыми другими укрытиями. Потому что многие летательные аппараты использовали холодный термоядерный синтез, и попадание осколков астероида в такую силовую установку грозило радиационным заражением довольно большой территории.

Небо посерело, на нем вспыхнули первые звезды, а Агидель всё не возвращалась. Руслан ожидал её на летной площадке резиденции, час Х наступил. До начала бомбардировки планеты осколками астероида был запас времени около земного часа, и Агидель об этом знала. Руслан, оглядывая небо, надеялся, что она решила  использовать этот запас времени, и понял, что он волнуется  за Агидель, и был благодарен Атланту, что он не заблокировал его чувства по отношению к жене. Конечно, он мог в любую минуту оказаться рядом с нею, и в какой-то миг не сдержался, усилием воли включил дальновидение и увидел  Агидель в планетолете, который для обычного  зрения был недоступен.

Неожиданно звезды словно заморгали – Руслан понял, что миллионы осколков астероида появились в небе Арса и на мгновения заслоняют собой их. Наконец-то на северо-западе появилась светящаяся точка, которая приближалась к летному полю, увеличиваясь  в размере.

Опытный пилот  приарсенил аппарат рядом с воротами ангара, высадил пассажиров и заехал внутрь. Руслан бросился  к Агидели, но откуда-то появилась Урсула фон Кляйнмихель и голосом, не терпящим никаких возражений, произнесла:

– Руслан Русланович и Агидель Николаевна прошу незамедлительно проследовать в  убежище! Оно рядом.

Сколько раз они проходили мимо ангаров, но не обращали внимания на кусок скалы, которая, оказывается, была входом  в убежище. В него  надо было спуститься  на специальном лифте. Пока они спускались, Урсула рассказывала, что убежище соединяется подземным переходом с главным зданием резиденции, а также имеет прямой выход в ангар, позволяющим в экстренных ситуациях воспользоваться планетолетами. Один из планетолетов находится прямо в убежище, он находится в постоянной готовности на грузовом лифте оказаться на летном поле и взлететь.

– Какие экстренные ситуации вы имеете в  виду? – спросил Руслан.

– Например, при нападении десанта на резиденцию или применении бомб, в том числе ядерных, против вас.

– Вы считаете, такое возможно? – продолжал он.

– Вполне. Вы не представляете, сколько у вас врагов, здесь, на Арсе и в окружающем космосе. Темные силы направили астероид точно на экватор Арса, чтобы уничтожить жизнь на планете. Но система галактической безопасности сумела организовать столкновение двух астероидов, уменьшить массу основного астероида и направить его в Южный океан.

– Урсула, скажи, пожалуйста,  как моя подруга, тебе поручили сообщить  нам об этом как бы между прочим или ты просто делишься с нами этой информацией? – вступила в их разговор Агидель.

– Просто делюсь. А  курирующий иерарх ничего не  сообщил, когда посещал сегодня вас?

– Не беспокойтесь, Урсула, иерарх Атлант всё нам сообщил, – поспешил вставить свое слово Руслан, а жене по телепатии сказал, что нужно внимательно проанализировать информацию, которую закачал им в сознание Атлант.

Они оказались в круглом помещении, оборудованном всем необходимым для работы, прежде всего, системами связи, позволяющими в режиме он-лайн наблюдать, что происходит на всех континентах – для этого стены бункера  представляли собой огромные плазменные панели. Потолок  также был плазменным, копировал небо в любой точке планеты Арс. Урсула провела небольшую экскурсию по помещению, показала, как джойстиками управлять видеосистемами, рассказала о примыкающих к  командному бункеру дополнительных помещениях, в том числе о кабинете начальника охраны, то есть своем  рабочем месте.

– Прошу до момента падения астероида  на нашу планету  не покидать командный бункер – таковы требования инструкции по охране ваших персон. Если вы пожелаете поужинать, то нажмите на пульте  зеленую кнопку. Для вызова меня – красную. Прохладительные напитки находятся за дверью, на которой изображена снежинка, – продолжала инструктировать начальство Урсула, но в ее рассказе Руслан  уловил нотки, которые свидетельствовали о том, что она немного обиделась за вопрос Агидели.

– У меня есть предложение: а давайте поужинаем втроем, согласны, Урсула? – сказал вдруг Руслан.

– К сожалению, во время чрезвычайной ситуации по инструкции начальник вашей охраны должен находиться  на своем рабочем месте. Разрешите, товарищ  Чрезвычайный и Полномочный специальный представитель  Галактического совета иерархов приступить к своим обязанностям?

– Не так пышно, дорогая Урсула!  Вы разве не исполняете сейчас свои обязанности? – спросил Руслан.

– Исполняю, но я должна быть на своем месте и анализировать поступающую информацию от Галактической системы безопасности. За предложение поужинать втроем большое спасибо, но лучше перенести   это мероприятие на потом. Разрешите идти?

– Идите, пожалуйста, – сказал Руслан, довольный тем, что тон у Урсулы стал мягче.

Между тем, северные районы континентов принимали первый удар космического камнепада – на плазменных экранах засветились ярко-оранжевые следы  вошедших в атмосферу осколков. Они отличались по размерам. Поэтому на экранах иногда изображались широкие полосы света,  это были внушительные куски астероида, которые светились как медленные молнии, а другие были самыми обычными метеоритами, угасающими   не долетая до  поверхности планеты.

– Какое величественное зрелище, – тихо произнесла Агидель. – Какой-то салют наоборот.

– От этого салюта  пылают уже все континенты, – сказал Руслан и спросил, как у нее прошла встреча.

– Очень хорошо. Можешь потом посмотреть видеоотчет – в нем найдешь немало интересного.

– Посмотрю, а сейчас нам надо не прозевать падение  астероида, – сказал Руслан, глядя на потолок. – Если смотреть точно на север, не он ли, бродяга,  светится оранжевым светом?

– До падения астероида осталось шестьдесят секунд, – прозвучал голос автомата-информатора.

В этот момент пылающее огромное небесное тело появилось в верхней части все четырех мониторов. Руслан видел, как Агидель сжалась вся, закрыла глаза и уши руками, словно  взрыв от падения достигнет сюда, в бункер. Планета ощутимо качнулась, принимая удар, но устояла на своей орбите. На одном из плазменных мониторов океан пылал ярким синеватым пламенем – температура астероида достигала нескольких тысяч градусов по Цельсию, а для разложения воды на водород и кислород  достаточно было и одной тысячи. Газы тут же вспыхивали, и океан не только пылал, но и закипал – место падения окружали десятки вулканов, исторгающих гигантские клубы пара. Поднимаясь вверх, они темнели, и уже в темных тучах сверкали молнии.

– Судя по всему, нам предстоит небольшая ядерная зима с небольшим вселенским потопом, ­–  высказал предположение Руслан.

– Да, именно это имел в виду Атлант, когда загружал наше сознание своей информацией. Я попыталась раскодировать ее, – призналась Агидель.

 

Глава девятнадцатая

 

Руслан вместо сна в ночь падения астероида тоже занялся раскодированием информации Атланта. Он сообщал, что появление астероида в ближнем космосе Арса не случайность, а попытка сатанинских сил уничтожить пятое человечество. Галактическая система безопасности  предприняла необходимые меры по изменению орбиты астероида-убийцы.

Темным силам удалось деморализовать пятое человечество с помощью субкоммунистического распределения  жизненных благ  – результат труда высококвалифицированных роботов, которых насчитывалось на планете около восьми миллиардов, то есть четыре робота на каждого человека. Бесы запустили несколько проектов деградации пятого человечества, навязали многим убеждение  о бессмысленности жизни, от которой можно получить лишь удовольствие при приеме коки или наркотиков. Безволие, безынициативность, наркомания, алкоголизм, аполитичность, индивидуализм, нежелание иметь детей и желание как можно скорее расстаться с жизнью дьявольски навязывались в качестве достоинств каждого бывшего землянина. Ибо неисчислимые страдания жителей Земли, начиная с первобытного строя и до космической эры, приводили лишь к бесчисленным войнам, природным и антропологическим катастрофам, насильственной гибели людей. Цель бесов – добиться вселенского хаоса, а для этого надо погубить бессмертные человеческие души,  обладатели которых по замыслу Создателя должны утвердить Гармонию жизни во Вселенной.

Чудовищный гидравлический удар от падения астероида породит цунами, от которого погибнет около ста миллионов человек, будут уничтожены многие города, вся инфраструктура побережья Южного океана.  То, что сообщал Атлант, подтверждалось видеорепортажами с места событий, на которые жутко было смотреть.

Когда рассвело, Руслан решил  прогуляться на свежем воздухе. К нему присоединилась Агидель. Они не узнали  парк – утром  выпал снег, хотя  в зоне, где располагалась резиденция, была ранняя осень. Пруд замерз, пальмы  стояли в шапках снега. Замерзли субтропические цветы и лианы, украшающие деревья и кустарники. Стояли сумерки  – испарения  океана с места падения астероида  окутали всю планету, здешние светила не в силах были пробить  лучами слой туч толщиной в десятки километров.

– Представляешь, каково сейчас приходится  беженцам в горах. У которых нет даже палаток! – воскликнул Руслан и поинтересовался у жены, как проходит голосование в Великой Эстонии, где сейчас  избирают Агидель депутатом  союзного парламента.

– Новую Эстонию бедствие практически не затронуло. Возникло несколько  крупных пожаров, разрушения незначительны, погибло  шесть человек, так что у избирателей настроение нормальное. Индрек Тооме сообщил мне, что к двенадцати часам по местному времени проголосовала половина избирателей, – рассказала  Агидель.

– Не  тяните с подведением итогов голосования и утверждением тебя депутатом. На первом же заседании парламента тебя надо избрать спикером и ты должна поставить вопрос  об избрании Эндрю Кравцоффа  председателем союзного правительства. Атлант в своей информации сообщал, что Эндрю возглавит центральное правительство и под его руководством преобразится пятое человечество, а не только будут ликвидированы последствия катастрофы. Сегодня же поговорю с Эндрю.

– Тем более что должность освободил сегодня Вольдемар Мольтке. Когда стали очевидны размеры катастрофы, он предположил, что парламент поставит его отчет о предупреждении чрезвычайных ситуаций на планете, действиях союзного и национальных правительств по эвакуации населения из угрожаемых территорий и о мерах по ликвидации последствий падения астероида. Понял, что будет с позором снят с должности, нажрался кокаина и последовал примеру своего друга   Чон Бо – окончил свою жизнь в аннигиляционной камере, – сообщила Агидель.

– Следующее важнейшее твое дело на посту спикера – принять законодательный акт о фашизме. На планете Арс он должен быть поставлен вне закона.

– До этого еще далеко. А пока Генрих Мольтке в Новой Латинской Америке призывает молодежь в штурмовые отряды, грозится взять власть на всей планете.

– Да, племянник не в покойного дядюшку, много крови  нам попортит, – согласился Руслан.

В этот момент возле домика лебедей что-то упало на лед. Руслан и Агидель побежали туда. Возле домика пожилой работник парка, который отвечал за содержание птиц, боролся с лебедем, который вырывался из его объятий, громко шипел и щипал мужичка за щеки и руки.  Но тот не выпускал его, приговаривая:

– Ну, Шипун, ты же хороший парень. Успокойся, пожалуйста… Ну, успокойся…

– Что здесь происходит? – спросил строго Руслан.

– Шипучка разбилась, – ответил работник и  показал кивком головы на домик.

За ним  на льду лежала  неподвижная птица, запрокинув назад свою знаменитую шею в крови. Агидель бросилась к ней, подняла, обняла, зашептала ласковые слова, и на глазах у сбежавшихся к месту происшествия работников парка, служащих резиденции и журналистов, птица вдруг пришла в себя, отряхнулась и взмахнула крыльями.  Вспыхнули аплодисменты, птица  забеспокоилась, попыталась освободиться от объятий. Агидель еще крепче прижала ее к себе, свободной рукой  ласково гладила изогнутую лебединую шею.

– Как это произошло? – допытывался  Руслан у птицевода.

К тому подбежали, видимо, его помощники, взяли  у него Шипуна, который увидев, что с Шипучкой всё в порядке, почти успокоился. У птицевода была окровавлена щека, к нему приблизилась Агидель, промокнула носовым платочком кровь, и раны мгновенно зажили. Опять  присутствующие зааплодировали, но на этот раз тихо, чтобы птицы не всполошились.

Руслан повторил свой вопрос:

– Так что же здесь произошло?

– Несколько дней тому назад какие-то лебеди увели пару лебедят, практически взрослых и которым подошел срок искать себе пару. Шипучка улетала, искала их, – рассказывал птицевод. –  Шипун  все это время сидел в домике, забился в угол и дрожал, должно быть, приболел. Потом был камнепад, птицы перепугались, кричали со страху…. Наступили заморозки, пруд замерз, и Шипучка, видимо, решила, что пришла пора улетать в теплые края. Взлетела, сделала несколько кругов, кричала, зовя Шипуна, а потом сложила крылья и разбилась о лед.

– Отнесите  птиц в дом, там  есть большой бассейн, будем купаться с лебедями, верно, Агидель Николаевна?  – обратился он к жене и  крикнул вслед удаляющимся работникам: – И ветеринара  не забудьте вызвать, и домик лебедей отнесите в бассейн!

Когда птиц унесли, Руслан и Агидель оказались в плотном кольце журналистов. Исцеление Шипучки на них произвело сильное впечатление, поэтому вопросы  были в основном к Агидели Николаевне.

– Как вам удалось оживить  лебедку? –   спросила девица, которая, судя по размазанному по лицу макияжу, недавно оплакивала жертвы астероида.

– Мне очень захотелось её спасти,  – ответила Агидель.

– Ночью погибли десятки миллионов человек, вы нам сами об этом говорили на последней пресс-конференции. Так, может, вы, Агидель Николаевна, и вы,  Руслан Русланович, очень захотите воскресить их? Что вам стоит очень захотеть? Ведь вы же богочеловеки, вам дано то, что дано богам!

– Молодец, Сессиль, правильный задаешь вопрос! Молодец, Сессиль Рене! –  раздались крики ее коллег.

Руслан запросил сведения о Сессиль Рене в  Галактической системе информации. Девушка представляла ново-французскую телевизионную корпорацию, была автором модного социального романа и  матерью двоих маленьких детей.

Пошел крупный влажный и рыжеватый снег. Сессиль неожиданно упала на колени, простерла руки к Орловым и, глотая обильно хлынувшие слезы, умоляла их:

– Ну, пожалуйста, спасите несчастных! Вы же можете, можете…

И зарыдала. Многие женщины, присутствующие  здесь, тоже упали на колени и, рыдая, тянули умоляюще руки к ним.

– Встаньте, Сессиль, встаньте, пожалуйста, – Руслан наклонился к француженке и помог стать ей на ноги, надеясь, что женщины последуют и этому ее примеру. – Успокойтесь, ради Бога…

Он упомянул Бога практически случайно. Однако упоминание его стало началом нового  наступления эмоциональной француженки.

– Если сами не можете, так обратитесь к тому, кто создал вас! К  Богу!!! К Богу обратитесь!!! – закричала она, простирая руки к небу, и ее примеру последовали женщины, хором поддержав призыв обратиться к Богу.

 Руслан не знал, как успокоить женщин, которые, видимо, думали, что Орловы едва ли не каждый день беседуют с Создателем. Не предупредил и Атлант о том, что возникнет подобная ситуация. Зато Агидель бросилась к Сессиль, обняла ее и сама, плача чуть ли не навзрыд, говорила, что это случайно получилось – Шипучка упала прямо перед ними, расшиблась до крови, но не убилась. Она схватила ее, приласкала, и лебёдушка взмахнула крылами.

– А всем показалось, что я воскресила ее. Когда я подняла ее, сердце у нее билось…

– Вот видите: сердце у птицы билось, и никакого воскрешения не было, –  с облегчением произнес Руслан. – А что касается Бога, то у русских есть такая  поговорка: «Бог-то Бог, да сам не будь плох!». Создатель спасает человечество, вначале четвертое,  теперь и пятое. Идет жесточайшая война с Дьяволом, который задумал погубить пятое человечество, которому надлежит освоить не только ближний, но и дальний космос. Дьяволу удалось развратить пятое человечество, многие его представители перестали слышать волю Божию – и в результате десятки миллионов погубленных душ. И вы полагаете, что Агидель Николаевна способна воскресить их бренные тела, разбросанные по всему побережью Южного океана? Пойти против Божией воли? На всё воля Божия… Спасибо за внимание. Через полчаса начнется очередная пресс-конференция журналистов.

 

Глава двадцатая

 

Во время избрания Агидели спикером союзного парламента всё шло нормально, пока слово не взял Генрих Мольтке. Одет он был в военно-полевую форму штурмовика – пуленепробиваемая каска, светло-коричневые бриджи, кованые ботинки с мощной шнуровкой, светло-коричневую рубашку со свастикой на  левой стороне, подпоясан был толстым грубым ремнем с новенькой портупеей. Он явно в поход собрался.

− Мы не доверяем Орловым. Они   самозванцы, если не хотят воскрешать погибших. Значит, не умеют, не наделены мистической силой. Их планета Арс – самое гиблое место во Вселенной. На ней всё вырождается – от человека до животных. Надо найти место получше.  А Арс оставить Орловым.

Молодой Мольтке, подражая Гитлеру, начинал кричать, размахивать руками. Порой его речь выглядела бессвязной, но зато какой напор, какое впечатление он производил на молодежь! Она бесновалась, поддерживая своего кумира кричалками, вместе с ним требовала выделить им звездолеты, на которых бы они покинули негостеприимную планету.

Профашистская молодежь заполнила площадь Согласия перед парламентом, пыталась взять штурмом здание. Генерал Уральский вынужден был высадить на площадь дивизию десантников-роботов, но  между ними и молодежью возникла потасовка. Численное превосходство было на стороне фашиков, тем более что десантникам  была дана команда всего лишь вытеснить молодежь с площади Согласия. Но сторонники Генриха Мольтке были настроены по-боевому, в ход пустили палки из арматуры, коктейли Молотова и даже пистолеты. Тогда Уральский десантировал еще две дивизии, приказал им поступать жестко и безжалостно. Десантники в считанные минуты очистили площадь, задержали несколько десятков молодчиков, которые не подчинялись им, и отправили их на планетолетах на звездолет, дежуривший на орбите.

К этому времени Генрих стал кричать о  том, что Гитлер в апреле 1945 года на летающей тарелке  покинул Берлин, вместе с Евой Браун и некоторыми своими приближенными на Антарктиде пересели в новейший аппарат и отправились на Луну. С Луны они отправились на секретную планету, приобрели с помощью тибетских мудрецов бессмертие и ожидают прибытие молодых сторонников, чтобы возродить в космосе третий рейх. В связи с этим они требуют дозаправить десятки звездолетов и отправить юношей и девушек к секретной планете в течение ближайших дней.

Руслан Орлов во время выступления Генриха Мольтке находился в ложе союзного правительства и не верил ни единому его слову. Было ясно, что неофашисты шантажируют и парламент, и союзное правительство. И хотят придти к власти. Дозаправка звездолетов фикция, они на них не полетят, это нужно как отвлекающий маневр.

Атлант слушал истерику Генриха Мольтке в своем кабинете иерарха, и вышел на связь с Русланом.

− В апреле 1945 года гитлеровцы, готовясь к бегству, действительно запустили секретную летающую тарелку с двойниками Гитлера и Евы Браун, с офицерами Аненербе и группой девушек, которые должны  были родить новых арийцев для обновленного третьего рейха. Полет был пробным и неудачным, мы готовим сенсационный фильм по его итогам. После просмотра легче будет объявить фашистские организации вне закона. Пусть люди, особенно молодежь, увидят, что это злонамеренная ложь он начала до конца.

−  А кто не поверит нам, пусть садится на звездолеты и улетает на свою секретную планету?

− Но это отправить  людей на верную гибель. Не жалко?

− Учитель, речь идет об оздоровлении пятого человечества, по сути о его спасении. Мы не позволим себе увязнуть в этой тине.

− На всякий случай посоветуйся с Агиделью, со своими помощниками по эвакуации. Разбрасываться десятками тысяч людей  − не дело. Подумай!

Как бы там ни было, а Атлант основательно подпортил настроение Руслану. Большинство депутатов проголосовало за Агидель, и Руслан попросил ее на этом заседание парламента завершить, иначе объявление фашистских организаций вне закона будет выглядеть как месть с ее стороны. «Утро вечера мудренее», − напомнил он жене.

Когда они вернулись в резиденцию, фильм был во флешке.

− У меня есть идея, − сказал Руслан жене. – Юные Кляйнмихели еще не уехали к бабушке? Давай их пригласим на просмотр. Посмотрим, как они  воспримут правду.

Агидель договорилась  с Урсулой, чтобы Зигфрид и Рената присутствовали на демонстрации фильма.

− Если это ваша пропаганда, мы сразу же уйдем, − предупредил Зигфрид.

− Это не пропаганда, а сенсация, − успокоила его Урсула.

Действительно, за считанные минуты зал был полон. Максим  Юрьевич выступил с кратким вступительным словом, предложил телестудиям планеты прервать текущие передачи и вести репортаж непосредственно из зала пресс-центра.

Фильм начался выступлением  Генриха Мольтке в парламенте. Комментатор обратил внимание на то, что  по уверениям выступавшего Гитлер и Ева Браун обрели при помощи тибетских монахов бессмертие. Проводы их  подчеркнуто скромны – вместе с ними в дисколет заходят офицеры Аненербе, которым суждено стать мужьями группы девушек арийской внешности. Они станут основательницами обновленного третьего рейха. Никакой помпы и никакой музыки – киносъемка секретная. Маршрут полета тоже не уточняется – говорится, что летательный аппарат приземлится на секретной планете. За ним последуют новые летательные аппараты гораздо большей мощности и вместимости.

Когда летающая тарелка взмывает в небо, Зигфрид вскочил и стал громко аплодировать. Но через минуту на плазменных экранах появилось изображение потерпевшего в космосе катастрофу летательного аппарата. Диктор сообщил, что в  феврале 1947 года звездолет Галактической системы безопасности обнаружил  в окрестностях Луны останки летательного аппарата. Внутри тарелки находились окоченевшие трупы экипажа. Крупным планом была снята отклеившаяся щеточка усов под носом у Гитлера, точнее у двойника фюрера.

Потом диктор стал цитировать отрывки из бортового журнала. Двигатель летательного аппарата работал на водороде, который получали на установке, разлагающей воду на водород и  кислород с помощью специального катализатора.  Но в условиях невесомости установка вышла из строя…

Генерал Уральский   сообщил Руслану, что Генрих Мольтке требует немедленно прекратить демонстрацию пропагандистской ленты, в противном случае резиденция подвергнется ракетному обстрелу.

− Ваши предложения? – спросил Руслан.

− Фильм продолжать, ракетное нападение отразить. По нашим сведениям в распоряжении Генриха Мольтке есть лишь древние ФАУ-2, которые изготовляли роботы по чертежам третьего рейха.  Фашики не вели последние столетия исследовательские и конструкторские работы, считая достижения гитлеровцев абсолютными.

− Ракетные подразделения уничтожить. Завтра к 9 часам утра представить результаты операции.

Зигфрид, словно обезумев, закричал и стал колотить в бессильной ярости кулаками  сцену. Его отец схватил его в охапку и выволок за пределы помещения пресс-конференции. У подростка был сильнейший приступ истерии. В отличие от  него Рената была вполне спокойна.

− Так им, козлам, и надо, − сказала она, проходя мимо брата, которого плотно окружили телевизионщики. Ей стало жалко отца, вынужденного отвечать на вопросы журналистов.

− Истерика у подростка, − встала она на защиту отца. – Не видели истерики  в переходном периоде? Отойдите от парня, ему нужен свежий воздух. И дайте пройти к нему врачу. Отойдите, отойдите от парня…

Отто с благодарностью посмотрел на дочь, тем более, что в этот момент за пределами резиденции прозвучали глухие взрывы. Он оставил сына на попечение дочери и выскочил из здания резиденции – генерал Уральский приступил к перехвату ракет.

Опять у Руслана была бессонная ночь. Фильм демонстрировали многие телекомпании мира, комментаторы анализировали его содержание, обращали внимание зрителей на то, что он вскрыл подоплеку акции фашистов, решивших захватить власть на планете. В некоторых странах шли бои между штурмовыми отрядами и местной полицией. К утру стало ясно, что путч потерпел поражение. Десантники генерала Уральского арестовали двойника новоявленного фюрера в горах Новой Польши на секретной ракетной базе неофашистов. После этого сопротивление путчистов прекратилось.

На рассвете Руслан позвонил руководителю австралийского правительства  и официально предложил ему возглавить союзный кабинет министров. Как ни странно, Эндрю Кравцофф был готов к конкретному разговору.

− Я догадался, что это были смотрины, − признался он.

− Спасибо за догадливость, − поблагодарил Руслан. – Дел на союзном уровне невпроворот. Сейчас надо сосредоточиться на восстановлении инфраструктуры океанского побережья. Параллельно развернуть работу по воспитанию детей и подростков. Я перешлю вам записку испанской ученой Греты Висенте, которая претендует на роль вашего заместителя по воспитанию молодежи. Когда прочтете, минимум вчетвером, я имею в виду также Агидель Николаевну, обсудим. Если особых возражений нет, то завтра на утреннем заседании парламента вас и утвердим.

− У меня есть предложение.

− Слушаю.

− Идут разговоры, что путчистов собираются отправлять на какую-то планету. В Новой Австралии есть пустыня, которую необходимо окультурить. Условия не лучше чем на неосвоенной планете. Предлагаю в пустыне организовать лагеря для путчистов и поручить им навести там порядок, Путчисты научатся под нашим присмотром работать, а пустыня превратится в цветущий оазис.

− Вносите предложение, обсудим.

 

Глава двадцать первая

 

После подавления путча население Арса словно затаилось. Те путчисты, которые были захвачены с оружием в руках или входили в штурмовые отряды, были арестованы и находились под следствием и в лагерях, остальные дали письменное обещание не участвовать в противоправных организациях, и получили свободу.

Власти беспокоило то обстоятельство, что Генрих Мольтке бесследно исчез. Никто не знал, где он  нашел убежище. Вероятно, где-то в джунглях у него была база. Исчезновение новоявленного фюрера порождало многочисленные слухи и всевозможные предположения, которые были крайне неприятны властям, потому что не исключалось повторение путча.

Новый премьер союзного правительства Эндрю Кравцофф разработал план восстановления пострадавших территорий и приступил к его реализации. Руслан Орлов радовался, что не ошибся в выборе кандидатуры и всячески поддерживал  Кравцоффа. Агидель Николаевна, как и обещала, в парламенте приступила к разработке законопроекта о признании фашизма и его организаций на планете Арс вне закона.

Оживилась работа Орловского института.  Ашота Гургеновича  Тер-Газарянца новый директор института Абубакаров попросил войти в состав ученого совета и возглавить в нем генетическое направление. Предстояла огромная работа по разборке архива, который практически  находился в бумажных мешках, упакованный еще на Земле. На Арсе исследовательскую работу начал вести лишь  учитель Тер-Газарянца, белорусский  академик  Франц Францевич Клинцевич, который прибыл на Арс в одной из первых партий переселенцев.

Работники отдела принесли черновик плана научных исследований, написанных рукой Клинцевича – Ашот Гургенович хорошо знал  четкие округлые буквы своего научного руководителя. Три листка писчей бумаги, испещренные пометками Клинцевича, скрепленные поржавевшей от времени металлической скрепкой, были бесценным ключом к дальнейшим поискам. На них несколько раз повторялось слово «аррака», в одном месте уточнялось  «мальчики племени аррака». Ашот Гургенович впервые слышал о таком племени, но ему подсказали, что это племя живет в Новой Австралии, называют его пещерными людьми и славится тем, что в нем рождается много мальчиков, примерно в пятнадцать раз больше, чем девочек. Клинцевича не могла не заинтересовать такая ненормальность в то время, когда у вчерашних землян рождалось в несколько раз больше девочек, чем мальчиков. Стало быть, следы Клинцевича надо было искать в Новой Австралии.

Руслан Русланович спасал урожай кукурузы племени аррака, и Тер-Газарянц решил посоветоваться  с ним. Он рассказал Орлову о Клинцевиче, который исследовал рождения детей в этом племени и исчез бесследно в Новой Австралии. В Новую Беларусь он не вернулся, никто ничего не знал о его судьбе.

­­– У пещерных людей встречаются случаи каннибализма. Я хорошо знаком с вождем племени аррака тетушкой Уююнь, попрошу ее оказать  вам всяческое содействие. Попрошу наши службы выделить для вас планетолет с экипажем, обеспечить всем необходимым.

Он тут же позвонил тетушке Уююнь, поинтересовался, какие виды на урожай кукурузы.

­– Я очень рада слышать вас, Руслан Русланович! Скоро созреет урожай кукурузы, приглашаем вас на праздник урожая.

–   Спасибо, тетушка Уююнь! Вместо себя я пришлю к вам своего друга Ашота Гургеновича Тер-Газарянца. Прошу принять его как меня, оказывать всяческое содействие. У него очень важное задание, помогите ему справиться с ним.

– Не беспокойтесь, Руслан Русланович! Примем его как самого дорогого гостя.

На следующий день Ашот Гургенович был у тетушки Уююнь. Выслушав его, она сказала, что в детстве слышала об ученом, который вместе с группой молодых людей интересовались жизнью племени аррака. Они расспрашивали молодых матерей, недавно родивших детей. Потом их начальник, а это, судя по всему, был Клинцевич, поехал знакомиться с жизнью соседнего племени, встречался там со старейшинами. Оттуда он не вернулся. Поговаривали, что он понравился старейшинам, его убили и съели –   был такой обычай у соседнего племени, чтобы позаимствовать у умного человека его ум. Племя аррака едва не объявило соседям войну, поскольку они убили  их гостя. Молодые помощники бежали ночью, чтобы не повторить судьбу своего руководителя, и никто не знает, смогли они спастись или погибли в пустыне.

Вечером в пещеру Тер-Газарянца тетушка Уююнь прислала бумажный мешок с выцветшей надписью фломастером «Эспумидаза» – материалы Клинцевича, которые сохранило племя. Это было поистине целое богатство – отчеты работников экспедиции за полтора года, опросные листы членов племени, дневник Клинцевича, готовая его статья  о причинах рождения мальчиков племени аррака.

Экспедиция всего из пяти человек в течение года с небольшим проделала колоссальную работу – раскрыла секрет, почему у  пещерных людей рождается так много мальчиков. Клинцевич обладал выдающейся интуицией и заставлял своих помощников внимательнейшим образом присматриваться к образу жизни пещерных людей. День за днем, анализировать их быт и праздники.

Основной пищевой культурой племени была краснозернистая или попросту красная кукуруза. Четыре урожая в арсианский год. Соответственно четыре праздника урожая, которые отмечаются, когда кукуруза созреет  до молочно-восковой спелости. Початки отваривали в воде или в козьем молоке, причем женщины ели только отваренные в воде, тогда как мужчины предпочитали в козьем молоке. Вечером начинались пляски, а затем ночью каждый мужчина имел право иметь любую женщину, но с ее согласия. Спустя девять месяцев дамы рожали мальчиков.

Не без труда члены экспедиции получали у дам после соития сперму и обнаружили, что одни сперматозоиды вели  себя сверхактивно, тогда как другие – вяло и безынициативно. Клинцевич догадался, что причина в краснозернистой кукурузе, которая в процессе ферментации в мужском желудке превращается в аминокислоту, активизирующую мужские сперматозоиды.  В полевых условиях, практически без лабораторного оборудования они выделили эту аминокислоту и назвали ее эспумидазой. Они научились получать эспумидазу в порошке, давали ее мужчинам перед совокуплением, и их партнерши через девять месяцев рожали мальчиков.

Видимо, Клинцевич результаты работы решил сообщить соседнему племени, там могли расценить их как угрозу своему существованию и убили ученого. Печально, однако никто из его учеников не выжил в пустыне.

Вернувшись в Орловский институт, Тер-Газарянц продолжил работу своего учителя, получил в лабораторных условиях эспумидазу в виде таблеток и начал применять их на семейных парах-добровольцах из числа бывших землян, которые желали рожать мальчиков. Результаты были успешными, и вскоре фармацевтическое предприятие стало выпускать в достаточном количестве таблетки, названные Тер-Газарянцем средством Клинцевича. Оно стало первым крупнейшим достижением нового Орловского института.

 

Глава двадцать вторая

 

Следующим важным делом института должно было стать многодневное обсуждение ученым советом проекта воспитания молодежи Греты Висенте. Она привезла свою программу объемом свыше 700 страниц Руслану Руслановичу лично. В кабинет вошла не молодая, а моложавая женщина, с гладкой прической, с добрыми серыми глазами, одетая в скромный темно-серый костюм – за версту было видно, что она из педагогов.

– Впечатляет, – сказал Руслан, приняв рукопись, и подержал ее в руках, как бы определяя вес. – Будущее населения Арса впечатляет. А электронная версия имеется?

–  Там много графиков, диаграмм, – объяснила Грета. – А флешка вот…

– В ближайшие дни я прочту рукопись. Дайте мне на это три дня, чтобы я прочитал ваш труд и составил о нем свое мнение. Если вы не против, встретимся, – Руслан назвал дату, –  и обсудим  рукопись тет-а-тет. 

– Буду с нетерпением ждать обсуждения, – ответила она, улыбнувшись, и вокруг глаз образовались сеточка добрых морщинок.

Когда он читал рукопись, то его поразила логичность программы, глубокое знание предмета на основе личного опыта и педагогических методичек. Цель программы была актуальнейшая – с малых лет формировать  гармонично развитую творческую личность, любящую трудиться и способную вносить свой вклад в развитие избранной отрасли знания, производства, творческой  профессии.

Начинать воспитательную работу  Висенте предлагала с составления генетического паспорта ребенка. С его помощью определить будущие творческие склонности малыша и начинать развивать их в специализированных группах в детских садах. Огромная работа, которая нужна не только для профессиональной ориентации, но и для здоровья малыша на всю его жизнь. Нужен был каталог генетических особенностей,  мощная компьютерная программа. 

Висенте предложила сокращенные учебные программы не только для категорий детей по профессиональным признакам, но и по возрастным категориям.  После детского сада детей предлагалось объединить в пионерские отряды, с 12 до 16 земных лет  – в разведчики или скауты, с 16 и старше – в профессионалы. До 16 лет они учатся в школе, с 16 – в высших учебных заведениях.

Содержанием своей системы воспитания она назвала гармоничное творческое трудовое воспитание. Его основой она считала периодическое закачивание в серое вещество знаний с последующим применением  их на практике. В основе системы – интерес ребенка или подростка к знаниям, удовольствие от получения знаний и применения их на практике.

Целью своей системы Висенте считала  заложение основ для развития гармонично развитой личности. Поэтому она уделяла много внимания эстетическому образованию. Ее воспитанники должны были знать художественную литературу, причем без всяких написаний сочинений, сдач экзаменов, а также музыку, изобразительное искусство, театр, историю кино и телевидения. Естественно, что школьники постигали бы только начала искусств, но они способствовали бы формированию у них художественного вкуса,  давали представление о том, что такое настоящее художественное произведение, а что жалкая поделка или имитация искусства. Углубленное изучение видов искусств предполагалось в специализированных школах или классах.

Ученики должны были  изучать историю своего народа и мировую историю, уметь находить в интернете сведения о том или ином событии или исторической личности. Ставилась также задача знать разные точки зрения на исторические события.

Школа  должна была давать представление о современном состоянии естественных наук – математики, физики, химии, биологии и последних достижениях технологии. Особо внимание уделялось применению полученных знаний на практике, которую школьники должны были проходить на производстве или научных лабораториях и институтах.

К моменту поступления в вузы юноши и девушки должны были иметь четкое представление о состоянии избранной профессии. Вузы должны были готовить специалистов, способных творчески подходить к проблемам в своей отрасли и решать поставленные перед ними задачи.

Успех  своей системы воспитания и образования детей и подростков Висенте связывала с особой        подготовкой педагогических кадров, предлагала создавать объединения преподавателей, которые обобщали бы и распространяли передовой опыт преподавания дисциплин.  Они должны были  аттестовывать  желающих стать педагогом, отстранять от преподавания неподготовленных или скомпрометировавших себя учителей.

В качестве высшего методического и научного органа на союзном уровне предлагалось создать Академию воспитания и образования и сети научно-исследовательских институтов при ней. В союзных государствах должны были быть свои академии.

Через три дня Грета Висенте снова была в кабинете Орлова. Глядя на Руслана, она заметно волновалась, от нетерпения даже покусывала губы. Он понимал ее состояние – ведь решалась судьба дела, которому она посвятила всю свою жизнь.

– Рукопись мне понравилась, – сказал сразу он, –  отрадное  впечатление остается от вашей убежденности в  свою правоту. Насколько я знаю, вы на свой страх и риск стали  реализовывать элементы системы. Вам удалось обзавестись единомышленниками или вы  герой-одиночка?

– Есть и единомышленники, есть и недоброжелатели из числа педагогов. Отношение родителей в  основном положительное. По большому счету хвастаться нечем – для того, чтобы получить результат, необходимо на весь цикл двадцать с лишним лет.  Но я убеждена, что предлагаю стоящее дело, необходимое именно сейчас, когда молодежь страдает от апатии, не знает, чем заняться, чему посвятить свою жизнь. Растительное существование оскорбительно для человека. Понимаю, что далеко не все станут выдающимися инженерами, биологами, писателями, художниками, музыкантами и педагогами, но жизнь не будет посвящена употреблению колы, ничегонеделанью. Жизнь станет осмысленней, более гармоничной, чем ныне. У человечества нет более достойной цели, чем создать гармоничное общество.

– В философском смысле ваши симпатии на стороне какой системы?

– На стороне той системы, которая ставит своей целью создание гармоничного общества. В данном случае это асимметрика, которая порождает гармонию.

– В таком случае я тоже ваш единомышленник, но не специалист в области педагогики и воспитания. Поэтому я предложу руководству Орловского института рассмотреть ваше предложение и обсудить его на ученом совете. Если, конечно, вы не против…

 

Глава двадцать третья

 

Зигфрида очень расстроило поражение неофашистского путча на Арсе.  Он верил  Генриху Мольтке больше чем своим родителям, надеялся, что новый фюрер выйдет из подполья и, в конце концов, возьмет власть на планете. Поэтому Зигфрид покинул родительский дом, не вернулся к бабушке, где вместе с сестрой Региной жил с самого рождения, поскольку родители мотались по Галактике, наводя в ней порядок.

Он поехал в союзную столицу, надеясь там найти подполье национал-социалистов и включиться в их работу. Ему удалось найти тусовку нациков, которые, как и он сам, по возрасту не принимали участия в путче, и остались на свободе. От них он узнал о подготовке арестованных путчистов к перелету в Новую Австралию, чтобы там одну из самых безводных пустынь превратить в цветущий край по выращиванию фруктов. Он не мог знать, что тем самым новый союзный премьер Эндрю Кравцофф решил осуществить свою мечту, и поэтому окультуриванию пустыни Эйхо придавалось огромное общесоюзное значение,  туда  направлялась самая современная техника, которая перебрасывалась тяжелыми транспортными самолетами.

Зигфрид проник на территорию аэропорта, нашел там какую-то машину с бункером, в котором можно было долететь до пустыни Эйхо. Конечно, путешествовать лучше было бы вдвоем или целой кампанией, но идея насчет пустыни Эйхо не вдохновила никого из новых знакомых Зигфрида.

Он полетел один. Путешествие едва не закончилось печально: в воздухе  в транспортном отсеке резко упала температура, кроме того, снизилось давление, и Зигфрид  потерял сознание. Пришел в себя, когда самолет совершил посадку. Когда машину выгрузили, он нашел в себе силы выбраться из бункера. Работники аэропорта, увидев с трудом идущего от самолета подростка, у которого в полете, судя по всему, пошла кровь из ушей и носа, вызвали скорую медицинскую помощь.

В госпитале Зигфрид заявил, что очень захотел принять участие в преобразовании пустыни, а поскольку ему не разрешали лететь в Новую Австралию, он решил добраться в Эйхо самостоятельно. Журналисты представили его в качестве юного патриота, передали несколько телерепортажей о нем. И хотя  Зигфрид изменил имя и фамилию, родители узнали в нем своего пропавшего сына, и Отто фон Кляйнмихель срочно прилетел в Новую Австралию.

Сына он нашел в отдельной палате местного госпиталя очень похудевшим. Он лежал под капельницей. Зигфрид, увидев отца, отвернулся от него, и Отто  удивился тому, что его нос с горбинкой стал похож на клюв хищной птицы.

– Ты мог погибнуть в самолете, мать не перенесла бы твоей гибели, – сказал он.

– Но  не погиб же… Ты приехал сюда за мной, так я скажу тебе сразу: домой не поеду.

– Прилетел сюда к  единомышленникам? Как ты не можешь понять: поклонники Генриха Мольтке потерпели поражение, у них нет и не будет ни малейшей возможности захватить власть.

– Вам не удалось его арестовать, он еще накажет вас.

– В ближайшие дни союзный парламент примет закон об объявлении всех фашистских и профашистских социал-националистических организаций вне закона. Генрих Мольтке будет арестован и осужден.

– А я не верю в эту пропаганду. Вы собираете в пустыне Эйхо всех его сторонников, так знайте, что он появится здесь и возьмет власть в Новой Австралии, а потом и на всей планете.

– Какой же ты еще наивный мальчишка!

– Какой есть!

– Разговора у нас не получилось. Выздоравливай и знай, что мать и я ждем тебя дома. Не наделай еще каких-нибудь глупостей.

– Уходишь? Прошу тебя: больше не приходи. И забери свой пакет с подарками: я не  нуждаюсь в нем.

– Это подарки матери. Она от всей души собирала их.

Отто встал и пошел к выходу. Вслед ему полетел пакет с подарками.

Ни он, ни Урсула не могли понять, откуда у их детей появились нацистские убеждения. Видимо, кто-то в школе, в различных кружках умело и методично обрабатывал их в своем духе. При этом ни школа, ни местные власти не обращали на обработку никакого внимания. Ничего не могла противопоставить этому престарелая мать Урсулы, у которой они жили. Отто и Урсула своих детей видели в течение десяти лет всего лишь два раза, когда возвращались из командировок, чтобы через несколько дней отправиться в следующие командировки. В результате они по существу потеряли своих детей, которые почему-то  к ним относились, как к врагам.

Отто не спешил улетать домой, советовался со своими коллегами-офицерами, которые были прикомандированы сюда для ведения воспитательной работы среди осужденных.   Ему повезло: он встретил здесь знакомого полковника Махмута Умарова, с которым бывал в командировках и который после серьезного ранения не усидел дома и попал в воспитатели.

– Умаров, помоги! Пропадет мальчишка, мы с матерью для него, выходит, никто. Он верит в своего фюрера и сюда прилетел, чтобы найти его, –  взмолился Отто перед старым боевым товарищем.

– Это не тот герой, который прилетел в багажном отсеке самолета?

– Он самый.

– Журналисты представили его как патриота, а он на самом деле из мольткеюгенда?

– Как ни печально, оттуда…

Отто рассказал о встрече с Зигфридом в больнице. Признался, что ни он, ни жена не знают, как повлиять на сына. Махмут хорошо  знал Урсулу, в свое время она была даже его начальницей.

– Есть у меня одна мыслишка, – подумав, сказал Махмут. – Не стану сейчас говорить, но если получится, дам знать. Передавай поклон Урсуле, не переживайте слишком, думаю, что получится.

Окрыленный обещанием Умарова, Отто покинул Новую Австралию.

Г

Глава двадцать четвертая

 

– Отец, можешь меня поздравить: за успешное испытание нового звездолета мне присвоено звание Командора, – сообщил Николай новость.

– Поздравляю от всей души! Когда собираетесь  на Арс?

– Исправим кое-какие недостатки в конструкции нашего чуда-звездолета в течение нескольких земных недель и прилетим. Меня интересует: как идут дела с отбором первых переселенцев на Зею? С формированием команды роботов-ту?

Старший Орлов после этих слов сына тяжко вздохнул. Николай  хорошо знал команду отца, которая строила на Земле звездолеты и отправляла по сто тысяч землян с каждым них на Арс. И хотел, чтобы отец поделился кадрами с ним и откомандировал на Зею большую группу специалистов своего штаба. Руслан Русланович был против, поскольку  на Арсе предполагалось развернуть строительство новых звездолетов, которые будут доставлять арсиан на Зею. Зачем распылять кадры, тем более, что на Зее пока не планируется выпуск звездолетов?

На Зею надо отправить максимальное число роботов-ту и не более пятисот человек лучших из лучших специалистов по созданию будущей инфраструктуры планеты. Роботы построят города, дороги, необходимые производственные мощности. Нужно заложить основы энергетики, металлургии, для развития и совершенствования новых  моделей робототехники, создать базу для будущего сельского хозяйства.

Но больше всего Руслана беспокоило сообщение Абубакарова о том, что в Южном океане появились необычные вирусы, размножающиеся в крови животных и людей. Судя по всему, они прилетели с астероидом. Питались они биологическими веществами, входившим в состав крови. Ученые обнаружили несколько трупов людей с металлически блестящей темно-серой кожей, словно ее долго вымачивали в растворе марганцовокислого калия, а затем высушивали.  Причем трупы напоминали сухие грибы дождевики, выделяющие миллиарды спор, если на них нажать. Неужели вирусы прибыли из мира, где жизнь основана на марганце?

Для ученых из Орловского института появление таких вирусов стало полной неожиданностью. Несколько человек из научного центра заразились и  погибли, поэтому пришлось объявлять в нем полный карантин. Никогда о подобном вирусе не слышал и Атлант, когда Руслан доложил ему о нем и попросил помощи. Хотели засекретить его, но на побережье стали находить трупы китов, дельфинов и акул с металлически блестящей темно-серой кожей. Среди населения прибрежных районов возникла паника. В этих условиях нельзя было принимать на Арсе звездолет Николая,  а тем более отправлять с карантинной планеты какие-либо экспедиции на Зею.

– Так что придется твоей команде подождать окончание карантина, – сказал сыну Руслан Орлов.

– А сколько он продлится? Месяцы или годы?

– Никто не знает. В ближайшее время  к нам прилетят светила в этой области с других планет.  На них наша надежда. Не исключается, что здоровая часть населения будет переселена на  Зею, если не удастся погасить пандемию на Арсе.  Не говори пока об этом Марион. Кстати, как там наш внук Руслан Николаевич поживает?

– Спасибо, у нас всё нормально.

– Передавай от нас им привет, скажи, что с нетерпением ждем в гости.

После разговора с сыном Руслан позвонил Абубакарову. Институт работал круглосуточно. Было сделано множество анализов, но по-прежнему было непонятно, что из себя представляет вирус, как он размножается и как он убивает людей и животных, у которых есть кровь.

– Арсен Арсенович, есть хоть какие-то подвижки в изучении  вируса? – этот вопрос директору института Орлов задавал каждый день, задал его и сегодня.

– Никаких подвижек, –  ответил Абубакаров. – Вирус какой-то спящий. Такое впечатление, что он без крови мертв. Но как только вблизи появляется кровь, он воскресает, начинает поглощать ее и бешено размножаться.

– В ближайшее время на Арс прибудут светила вирусологии с других планет. К их визиту надо собрать все данные о  вирусе.

– Он раньше нигде не встречался. В этом случае,  какой смысл приезда светил?

– Арсен Арсенович, они прибудут по программе Галактического совета иерархов. Не вижу оснований для нигилистического отношения к их визиту. Нам хотят помочь, а мы нос воротим. Нехорошо получается.

– Встретим как самых дорогих гостей. Не беспокойся, Руслан Русланович. Не ударим лицом в грязь…

– Надеюсь на тебя, – сказал Орлов и подумал о том, что надо позвонить  Эндрю Кравцоффу и узнать, какие меры по обеспечению карантина предпринимает союзное правительство.

И опять Орлов обрадовался тому, что не ошибся с назначением Кравцоффа премьером. Правительство приняло постановление об объявлении чрезвычайного положения в районах распространения вируса. Теперь там, где был обнаружен вирус, принимались строжайшие меры по обеспечению карантина. Поскольку вирус распространялся не воздушно-капельным путем, а при контакте с вирусоносителем, была развернута сеть больниц для  изоляции заболевших. Медицинский персонал состоит в основном из роботов – вирус им не страшен.

– Мне позвонила тетушка Уююнь и сообщила, что никто из ее племени не заболел вирусом. Вообще никто не помнит, чтобы кто-либо из племени аррака  и соседних племен болел, – сообщил Кравцофф. – Видимо, у этих племен есть врожденный иммунитет.  Следовательно, можно предположить, что вирус неоднократно появлялся на Арсе. Я позвонил Абубакарову, он сказал, что направит бригаду ученых к тетушке Уююнь и  в институте изучат возможность лечения заболевших  кровью туземных племен.

«Так вот почему Арсен Арсенович был против прибытия светил вирусологии с других планет! – подумал Руслан.  – Не хочет, чтобы кто-то присвоил этот метод лечения. Хотя такой метод общеизвестен, Абубакаров хочет, чтобы пальма первенства излечения от неизвестного вируса  принадлежала его институту!»

– Сейчас самое главное – не допустить распространение вируса. Как можно меньше контактов между людьми, полная изоляция заболевших. Надо категорически запретить вылов рыбы и других морских обитателей, а также отдых на морском побережье, особенно купание. Необходимо срочно построить сеть морозильных камер для хранения трупов умерших от вируса людей и  погибших морских животных. Дело в том, что в ближайшее время к нам начнут прилетать ведущие вирусологи с других планет, им нужны объекты для изучения.

– Сделаем, Руслан Русланович, – заверил премьер.

 

Глава двадцать пятая

 

Поскольку Зигфрид являлся добровольцем, не был осужден за участие в деятельности профашистской организации, то ему выделили однокомнатную квартиру в поселке для  вольнонаемных специалистов. Он хотел перевестись в барак для  осужденных, но это сделать было нельзя – никто не имел права без решения суда лишать его свободы. Осужденные нацики к нему относились с подозрением, они знали, что он сын офицеров службы безопасности. Недоверие было оскорбительно  для него и делало невозможным вхождение  в какую-нибудь  подпольную организацию.

Чем настойчивее он искал связи с подпольщиками, а они не могли не быть, тем больше  ему не доверяли. Определили Зигфрида на курсы водителей посадочных комбайнов, в их группе только он не был осужден. Вся группа ходила строем в столовую, только он ходил в столовую для персонала в поселке для работников лагеря, и это подчеркивало разницу в его статусе  и статусе осужденных.

Подружился Зигфрид с инструктором их группы Чеславом.  Не взирая на разницу в возрасте, а Чеславу было под тридцать по земным меркам, и даже на то, что он называл Зигфрида мольткеюгендом. Чеслав жил в соседней квартире, каждое утро будил утром на физзарядку, которая начиналась с десяти кругов вокруг площади, которая использовалась для построения осужденных.

У Чеслава была мастерская, где он создавал новый комбайн для посадки саженцев плодовых культур. В мастерской были станки для обработки металлов, сварочные аппараты, начиная от обычной электросварки до лазерной установки. Зигфриду нравился запах мастерской, он поражался тому, как его старший друг умел обрабатывать металл. Он зачарованно смотрел на стружку, которая выходила из-под резца на токарном станке, любовался снопом искр, когда Чеслав резал металл автогеном. Было удивительно, как на том же газосварочном аппарате можно было резать металл, на нем же и сваривать металлические части в одно целое. Была в мастерской и электропечь – в ней Чеслав плавил металл, а потом выплавлял сложные детали. Перед этим он делал деревянную модель детали, изготовлял форму для заливки.

На первых порах он использовал Зигфрида как подсобника, а потом стал учить токарному делу, доверять ему изготовление простейших деталей. Зигфрид оказался способным учеником, схватывал всё на лету, и Чеслав, видя его старание и желание работать, не жалел времени на его обучение.

В свободное время Чеслав старался  беседовать с  ним как человек более опытный, знающий, что в жизни почем.  Обычно Чеслав приглашал его к себе после плавания в бассейне на вечерний  травяной чай, который  заваривался в большом  фарфоровом чайнике. Хозяин учил пить маленькими глотками из пиал до тех  пор, пока на лице не появлялась испарина, а за нею и капли пота. Потом был перерыв, во время которого Чеслав начинал говорить.

– Современный человек создан для творчества. Иначе жизнь не интересна и занудна. Поневоле  начнешь жевать коку. А у творца  полет фантазии, каждый день что-то новое и необычное,  шаг за шагом к решению проблемы. Есть люди, любящие власть. Им хочется командовать другими. Если есть на это талант, то ради Бога. Хуже всего, когда какие-то  фюреры вколачивают в незрелые мозги девчонок и мальчишек всякую ересь, рисуют счастливое будущее, ради которого надо бунтовать, уничтожать существующую власть. А зачем? Чтобы самим стать властью. Я прав, мой юный друг?

– Вы опять о Мольтке? – спрашивал Зигфрид, потому что Чеслав презирал неофашистского фюрера и хотел воспитать презрение к нему у юного подопечного, которому разговоры о Мольтке  надоели.

– Но вы же до сих пор считаете его порядочным человеком? Почти мессией? Он одурачил тысячи, если не миллионы таких, как вы! Это же надо такое придумать – улететь на несуществующую планету, когда власть не удалось захватить. Зачем вам, молодому и зеленому, власть? Что вы с нею будете делать? Вам же нравится то, чем мы сейчас занимаемся. Я же вижу, как вы смотрите на вьющуюся стружку металла на токарном станке. Вам это интересно. Так зачем вам бредни Мольтке, если вы при деле, которое вам по душе? Если вы хотите, то, пожалуйста, ищите своего Мольтке, я вас не держу, но как бы потом не было обидно и больно. Сейчас вы на правильном пути. Получите образование, станете создавать необыкновенные машины, завоюете почет и уважение сограждан  – что вам еще надо?!

– Вы считаете, что у меня получится?

– Обязательно получится, мой юный друг! Только надо постараться…

Однажды в мастерскую заглянул начальник лагеря полковник Умаров. Зигфрид не знал, что Махмут Умаров был боевым товарищем  его отца. Начальник лагеря с трудом передвигался на больных ногах с помощью костылей, поэтому Чеслав тут же предложил начальству стул. Умаров тяжко опустился на него, вытер платком блестевшее от пота лицо и спросил у Чеслава:

– Получается машина? Может, помощь какая требуется?

– Получается потихоньку. Каждый день работаем допоздна, а времени не хватает.

– А как ведет себя молодой ученик?

– Старается, Махмут Гафурович. Смышленый мальчишка, а самое главное – ему нравится работать. Со временем может получиться из него не только квалифицированный металлист, но и конструктор и даже изобретатель.

–  А ты что скажешь? – обратился начальник к Зигфриду. – Не обижает тебя инструктор?

– Нет, что вы…

– Вот и хорошо. А теперь погуляй по лагерю, мне надо поговорить с твоим инструктором.

Зигфрид покинул мастерскую,  даже не догадываясь о том, что сейчас взрослые решают его судьбу.

– Ему учиться надо, – сказал Умаров. – Мы организуем школу для тех, кто не имеет среднего образования. Как ты смотришь на это?

– Положительно смотрю.

– Ты его больше не называешь мольткеюгендом?

– Выветривается из него эта дурь. Плохо то, что у него нет друзей.

– Они ему не доверяют. Знают, что его родители офицеры госбезопасности. Может, среди одноклассников друзья появятся. Как только он окончит курсы, ты  его отправляешь в вечернюю школу. В выходные привлекаешь к  работам в мастерской, в остальные вечера пусть учится.  Под твоим контролем. Договорились?

– Договорились, Махмут Гафурович.

– Не только новый комбайн построишь, но и нового человека воспитаешь, – сказал начальник лагеря и с трудом встал со стула.

 

Глава двадцать шестая

 

Эндрю Кравцофф готовился к трудностям  на должности союзного премьера, но их оказалось такое великое множество, что другой на его месте опустил бы руки и пустил всё на самотек. Прежде всего, надо было, по сути, заново создавать систему государственного управления. Кадры Мольтке пришлось решительно почистить – редко кто из них выдерживал сверхтребовательность нового премьера. Нужны были люди, желающие и умеющие работать. Были слабы связи союзного правительства с правительствами союзных республик – что в них происходит, чем там люди заняты, было практически неизвестно. Решения союзного правительства к ним приходили, но никто не контролировал их исполнение, никто по ним не отчитывался. Все эти недостатки проявились в период подготовки к падению астероида и привели к неоправданно большим жертвам. С огромным трудом восстанавливались пострадавшие союзные республики.

Не было системы подготовки кадров. Чиновники ни в центре, ни на местах не имели представления о должностных инструкциях,  о четких и соответствующих  существующему законодательству положениях о структурных подразделениях органов управления. Вообще законодательная база существования союзного государства была в зачаточном состоянии – положение спикера союзного парламента Агидели Николаевны Орловой мало чем по трудностям отличалось от премьерского. Поэтому они часто созванивались, работали дружно и пользовались действенной поддержкой Руслана Орлова.

Отсутствовала система воспитания молодежи. Школы фактически не давали  образования, довольствовались тем, что выпускники умеют читать, пользоваться компьютерами и электронными средствами связи. Молодежь не шла в вузы – отсутствовали стимулы для получения высшего образования. Да и зачем  грызть науки, если все жизненные блага создавали роботы, и  их можно было получить в распределителях по первому требованию? Новые арсиане с момента рождения были на полном государственном обеспечении, а всё население планеты по существу стали пенсионерами. Только фанаты учебы становились студентами вузов, но получить достойное образование становилось все сложнее – с каждым годом падал уровень  профессорско-преподавательского состава.

Не случайно просчеты в воспитании и образовании молодежи вызвали волну интереса к нацистским методам исправления положения. Неофашисты нередко предлагали разумные меры, но целью их было создание фашистского государства, утверждение господства белого населения во главе с нацистской верхушкой.

Необходимо было остановить деградацию населения. Эндрю считал, что это равносильно спасению пятого человечества. Такого же мнения придерживались в Орловском институте, многие представители элиты. Остановить, но как? Главное внимание следует уделить кардинальному улучшению воспитания и образования молодежи – так считали Руслан Русланович  и Агидель Николаевна Орловы, рекомендуя вице-премьером союзного правительства Грету Висенте, которая предложила свою систему гармоничного трудового воспитания и образования.

Предложение Греты Висенте ученый совет Орловского института обсуждал три дня. Ученые буквально по пунктам обсудили организацию воспитания и образования в детских садах, средних школах, гимназиях и колледжах,   в пионерских, скаутских и военно-спортивных детских, юношеских и молодежных организациях, в вузах, аспирантуре и докторантуре. На бумаге всё было стройно и логично, но самая большая дискуссия развернулась по поводу стимулов хорошо учиться, учить и воспитывать. Висенте уповала на инстинкт врожденного любопытства и желание знать, но это, по мнению ученого совета, не гарантировало успех воспитания и образования. Нужны были моральные и материальные стимулы. Договорились до того, что надо вернуть денежное обращение. А это было революционное или точнее, контрреволюционное, предложение, шагом назад в общественном развитии арсианского государства.

Развернулась ожесточенная дискуссия в средствах массовой информации. В подавляющем большинстве откликов возврат к деньгам осуждался. Людей устраивало бесплатное получение житейских благ. Чтобы иметь деньги, надо было их зарабатывать, а этого хотели очень немногие. Нужно было получить специальность, отстранить часть роботов от выпуска продукции и предоставления услуг, чтобы занять их место. Деньги делают людей не равными. Появятся богатые и бедные – это реставрация капитализма и контрреволюция?

Статью «Куда смотрит Руслан Орлов?» перепечатали многие издания. В ней говорилось, что Руслан Орлов, отец пятого человечества, который теоретически обосновал необходимость редактирования генома человека, почему-то не участвует в дискуссии. Считает, что его человечество совершенно или даже идеально? Но это не так. Исполнители  редактирования освободили людей от восьми смертных грехов, но присмотритесь, что это за грехи!  В православии – гордыня, чревоугодие, прелюбодеяние, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие. После Освенцима и Хиросимы  разве это грехи? Редакторы генома были наверняка знакомы с работой Конрада Лоренца «Восемь смертных грехов цивилизованного человечества», написанного в 1972 году. К сожалению, Грета Висенте, автор нашумевшей системы  гармоничного воспитания и образования, вероятно, не знакома с работой Лоренца. В противном случае, она не так настойчиво настаивала бы на преподавании школьных дисциплин в виде игры, от которого усатые дяди-старшеклассники получали бы исключительно удовольствие. Поскольку это ведет к задержке в развитии и инфантилизму.  Значит, они вырастут изнеженными и не ведающими, что такое неудовольствие?

«А как быть со сребролюбием на фоне предложения вернуться к деньгам? – спрашивал автор. –  Что об этом думает Руслан Орлов? Реабилитировать гены,  отвечающие за сребролюбие?»

Заканчивалась статья неожиданным выводом: если Руслан Орлов начал редактировать геном, то надо исправлять ошибки первых редакторов. Надо положить конец генетическому вырождению пятого человечества, усилить в человеке генетическую радость от познания окружающей действительности, стремление объяснить  и улучшить ее. Без денежных стимулов пока можно обойтись, широко используя моральные поощрения, звания чемпионов, победителей, лауреатов, рассказывая о них в прессе, награждая медалями и орденами и так далее.  Выделяя достойных из достойных, сплачивая их в клубы, союзы, организации, гильдии со строгими уставами в части отбора претендентов.

Эндрю Кравцофф был сверхзанятый человек, но он нашел работу Конрада Лоренца «Восемь смертных грехов современного человечества» и получил большое удовольствие от ее чтения. Его потрясла мысль ученого: «Все блага, доставляемые человеку глубоким познанием окружающей природы, прогрессом техники, химическими и медицинскими науками, все, что предназначено, казалось бы, облегчить человеческие страдания, — все это ужасным и парадоксальным образом способствует гибели человечества». Ему стала понятнее трагедия четвертого человечества. Именно прогресс был причиной экологического коллапса, почти отменил естественный отбор в человечестве, спасая нежизнеспособных, обреченных природой на смерть детей человеческих, привел к перенаселению Земли. А скученность вызвала  рост недружелюбия, бесчеловечности и агрессивности к себе подобным. Конрад Лоренц считал опасным заблуждением вывести новую породу людей, но молодой Руслан Орлов, зная об этом предупреждении, теоретически  обосновал редактирование человеческого генома, что и привело к созданию пятого человечества. Но Бог, или Мировой Разум, осуществил Тихоокеанскую катастрофу, ставшую причиной гибели половины человечества, а  Руслана Орлова с молодой женой отправил в  первый полет на Арс.

Теперь Руслану Орлову и его супруге надлежит возродить человечество, сделать его человечнее, пассионарнее, деятельнее, но станет оно счастливее? Не будет ли считаться людьми золотым веком время, в котором беззаботное человечество предавалось пусть и примитивным, но наслаждениям, лени и бездумию? Руслану Орлову, исполняя замысел Мирового Разума, надо совершить практически чудо, проведя человечество между Сциллой безумного прогресса и Харибдой деградации, вывести его, обновленное, на просторы мирового космоса и заселить его порядочными людьми. Эндрю представил, с  какой болью Руслан Орлов читал статью какого-то неизвестного Роберта Дина, статью правильную и справедливую. И он поручил разыскать ее автора и пригласить его на встречу с ним, премьером союзного правительства.

Роберт Дин оказался сотрудником какой-то новоиндийской газеты. Эндрю почему-то считал его буддистом, опасался, что разговор с ним будет в основном на религиозные темы, однако  перед ним предстал с виду обычный молодой человек лет тридцати, в очках, за которыми цепко наблюдали за ним умные серые глаза.

– Ругать будете за статью? – спросил сходу Роберт Дин и подтолкнул указательным пальцем вверх массивную черную оправу очков.

– Отчего же ругать? Напротив, хвалить. Статья замечательная, только чувствуется, что вы не всё написали. О том, что умолчали, и хотелось бы поговорить.

– Пожалуйста, – согласился гость, непринужденно идя на предложение премьера. – Задавайте свои вопросы.

Роберт Дин безусловно нравился хозяину кабинета, и он предложил гостю выпить кофе или чай. Гость, как восточный человек, согласился на чай.

– Скажите, Роберт, что вам не нравится в пятом человечестве?

– Ну, у вас и запросы! Если угодно, то почти всё. Оно результат вмешательства в эволюционный процесс. И предстоит работа над ошибками.

– С какой целью? Вернуться к состоянию четвертого человечества?

– Ни в коем случае! Надо двигаться вперед. Не сомневаюсь, что Руслан Орлов такого же мнения. Но его пятое человечество после небольшого вмешательства в геном способно к самосовершенствованию. С вашей помощью. Я по образованию биолог, который интересуется проблемами социального поведения людей. Именно самые большие просчеты нашего человечества в социальном аспекте. Социальная несостоятельность привела к инволюции, развитию вспять. Эволюция и инволюция – родные сестры. Извините, что я разглагольствую перед вами, но эти сестры взаимозависимы и дружны, влияют на человека в одно и то же время. Инволюция постаралась, чтобы человек расстался или применял не в такой мере способности, которые присущи животным. Мы не так быстро бегаем, как животные и другие живые организмы, не так выносливы, как они, не так терпимы к неблагоприятной внешней среде и так далее. Есть живые организмы, которые легко переносят  очень высокую и сверхнизкую температура, пример – нынешний вирус, который свирепствует на Арсе. Так может, надо вернуть людям утраченные способности животных? Думаю, что категорически нельзя. Почему? Это приведет к поведенческому хаосу и к хаосу социальному, не обусловленному ни инволюционно, ни эволюционно. Зачем, скажите, создавать, например, нацию чемпионов по бегу, когда есть множество механизмов, помогающих человеку быстро перемещаться по  пространству? Налицо излишество, а не недостаток. Тогда как в геноме пятого человечества легко усмотреть недостаточность в обеспечении генетически сугубо человеческих свойств – дружелюбия и человеколюбия, стремления к производству добра, прежде всего, добрых чувств, к созиданию,   к творчеству, делающих мир лучше. Утеряны стимулы…

– Поэтому вы противник денег, даже элементов рыночных отношений?

– Капитализм, рынок, погоня за прибылью – это унижающие человеческое достоинство вещи. Это тупик для человечества, из которого не так-то легко выбраться.

– Со времен Конрада Лоренца прошло несколько столетий. И каких столетий! Какие из выводов ученого, по вашему мнению, остались актуальными?

– К сожалению, очень многие. Человечество не преодолело все смертные грехи цивилизации. Лоренц рассматривает социальное поведение как  бы парами, скажем, удовольствие и неудовольствие, и если в своем социальном поведении человек не встречается с неудовольствием,  то он и не получает полнокровного удовольствия. В социальном поведении появляются прорехи, которые не так-то просто исправить. С экологией у нас всё почти нормально благодаря размерам и богатствам нашего нового дома. Временное явление, мы этот недостаток быстро устраним. Кто возьмет на себя смелость утверждать, что у нас нет генетического вырождения? Эмоционального остывания? Интеллектуального упадка? Еще до первых попыток создания искусственного интеллекта размеры человеческого мозга стали уменьшаться и процесс этот продолжается! Действительно, зачем нам столько серого вещества, если мы его не нагружаем, как следует?

Извините меня великодушно, я бы хотел обратить особенно ваше внимание на главу в работе Лоренца под названием «Разрыв с традицией». Речь идет в основном о разрыве с культурой в широком смысле, с достижениями науки и искусства, с обычаями и нравами. У нас положение хуже, чем во времена Лоренца. То есть при внешних признаках прогресса мы продвинулись дальше  по направлению к одичанию. Синьора Висенте предлагает осваивать достижения культуры с помощью получения удовольствия. Однако недостатком ее системы является то, что взрослый человек остается за бортом ее системы. Тогда как культурный человек обязан всю жизнь учиться и самосовершенствоваться. И при этом получать удовлетворение и удовольствие. Но Лоренц по отношению к  молодежи считает допустимым и принуждение. В нашем случае это возможно с помощью моральных стимулов. Например, не освоил программу  какого-то класса, остаешься на следующий год – этому педагогическому методу многие сотни лет. Или не выучил урок ­­– лишаешься права на интересную экскурсию или встречу.

Если не исправить положение, то пятое человечество обречено на исчезновение. В лучшем случае оно удержится на уровне племен коренных арсианцев, которые растеряли всё и одичали, но сохранились, удержались пусть и на примитивнейшем уровне культуры. Возрождение пятого человечества  должно не повторять ошибки прошлого. Имеется в виду применение комплексного познания культуры и действительности. Современный человек познает окружающее двумя путями – научным или эмоционально-образным, то есть с помощью искусства, включая сюда и художественную литературу, значение которой в жизни культурного общества почему-то часто недооценивается. Технократ без эстетической подготовки с помощью искусства бесплоден творчески, не ведает, что красиво и что безобразно, что хорошо, а что плохо, что нравственно, а что безнравственно. В Советском Союзе именно научно-техническая интеллигенция прекрасно знала художественную литературу и искусство, особенно их новинки, и японцы считали это одной из причин успеха в советской науке и технологии. В постсоветской России не уделялось должного внимания воспитанию, художественной литературе  – в результате  беспрецедентное падение общей культуры, элементы застоя в экономике, небывалый расцвет мошенничества.

В этой главе Лоренц исследует причины бунта молодежи. Она скептически относится к достижениям отцов, реализует свои культурно-бытовые пристрастия  путем создания организаций, движений или групп. Нарочитый разрыв с традицией не приводил ни к чему  хорошему. Бунтари остывали, переоценивали свои взгляды и шли по следам отцов. Но вред  в юности приносили немалый. На щит, как правило, поднималось что-то примитивное, с первого взгляда легко достижимое.

Так на нашей планете получили распространение  среди молодежи, особенно подростков, фашистские взгляды. Новоявленным фюрерам казалось, что Гитлер не завоевал мировое господство, допустив ряд досадных ошибок, поэтому их надо избежать, и победа гарантирована. Отсюда причины недавнего неофашистского путча на Арсе. А суть в том, что фашизм – в лучшем случае эрзац-культура, но не культура, он пример дикого разрыва с традицией. Поэтому он нигде не удержался –  в Италии, Германии, Испании, в постсоветской Украине или Прибалтике. Если бы юноши и девушки хорошо знали историю, были воспитаны культурой, разве они польстились бы на посулы фюрера Мольтке? И опять мы возвращаемся к тому, с чего начали  – к воспитанию и образованию молодежи. Воспитываться  и образовываться должно и взрослое население. Лучше всего это получается в коллективах. А коллективов на нашей планете мало…

– Спасибо за целую лекцию, – похвалил молодого человека Эндрю. Слушая его, он думал  о том, что Роберт Дин - образованный человек, который мог быть интересен Руслану Орлову. Но  тому может и не понравиться широкий кругозор биолога, переквалифицировавшегося в журналиста, ему нужны специалисты-генетики. А если предложить Дину работу в аппарате правительства? Моим помощником или советником? Где еще я найду кадр, который  будет в курсе  проблем генетического совершенствования  человека, фактически главного дела Руслана Орлова,  которым он  всё равно займется?

– Роберт, а как вы смотрите на то, чтобы перейти на работу в аппарат нашего правительства? Моим помощником или советником? Дадим квартиру в правительственном доме, поможем с переездом.

– А чем я буду заниматься?

– Будете фактически экспертом по социальному поведению людей. В наших постановлениях ведь не всё продумано и не всё предусмотрено. Будете выполнять мои разовые поручения, готовить постановления по своему направлению, предлагать, что надо делать, предостерегать нас от ошибок…

– Интересное предложение. Но я никогда не был чиновником.

– Никто не рождается аппаратчиком. Им становятся в процессе работы. По рукам? – премьер протянул  руку к гостю.

 

Глава двадцать седьмая

 

Генерал Уральский велел Урсуле фон Кляйнмихель усилить охрану Агидели Орловой  в связи с тем, что парламентские слушания по проекту закона о запрете неофашистских и экстремистских организаций, пропаганды  нацизма и экстремизма вызвали неоднозначное отношение в молодежной среде. Галактическая служба безопасности зафиксировала даже факты угроз в адрес спикера союзного парламента. Поэтому  Урсула неотступно сопровождала со своими подчиненными Агидель Николаевну до работы и с работы, в течение рабочего дня находилась рядом с ней в приемной спикера.

Начальник дежурной смены доложил ей о появлении на входе странного существа, с виду подростка, который на очень плохом английском языке потребовал встречи с богиней воды Аги, по-видимому, с Агидель Николаевной.  Урсула спустилась вниз и в  комнате начальника дежурной смены увидела это существо. У него было красное безбровое лицо, волосы были заплетены в косички с красными ленточками. Одето оно было в просторное джинсовое платье, на ногах – детские кроссовки, за спиной висел плетеный из лозы короб. Урсула догадалась, что существо женского рода и явилось оно сюда из каких-то джунглей.

– Мне надо видеть богиню воды Аги, ­– потребовало существо.

С трудом Урсула добилась осмотра короба –  в нем были какие-то кожистые яйца, размером с куриные. Включила видео и попросила Агидель Николаевну взглянуть на  существо. Неожиданно та обрадовалась и заговорила с пришедшей на незнакомом языке. Гостья благоговейно опустилась на колени и поклонилась ей.

– Урсула, приведите нашу гостью ко мне. Она из племени, с которым мы познакомились в первом полете на Арс, – сказала Агидель Николаевна.

В кабинете гостья из джунглей еще раз хотела опуститься на колени, но Агидель Николаевна решительно подняла ее и усадила в кресло, предварительно освободив ее от короба за спиной.

– Я рада видеть представительницу племени, которое так гостеприимно принимало нас, прилетевших с далекой планеты, – приветствовала хозяйка кабинета и дружески похлопала гостью по плечу. – Урсула, скажите, пожалуйста, девочкам, чтобы они принесли конфеты и пирожное, фруктовую воду, а также собрали подарки в дорогу. Посолиднее подарки – мы отправим ее домой на планетолете.

–  Меня зовут Мак Тык, я из потомков Уль Тык.  Когда вы улетали, то обещали своей подруге Уль Тык вернуться. Уль Тык всю жизнь ожидала вашего возвращения, гордилась своей дружбой с богиней воды Аги, много рассказывала о вас. О том, как вы спасли наше племя от смерти, излечив нас от неизвестной болезни.  Уль Тык давным-давно нет. Она наказывала своим детям: как вернется богиня Аги, передайте ей, что после того, как на небе появится Лисий Хвост и все станут болеть смертельной болезнью, надо набраться терпения и подождать, когда болезнь сама пройдет.  А если кто заболел, то пусть выпьет одно наше яйцо, и он выздоровеет. Я выполняю завещание Уль Тык.

– Мак Тык, спасибо за заботу и подарок. Скажите, где сейчас живет ваше племя, как живет, – с приветственной улыбкой попросила Агидель Николаевна.

– Наше племя живет в глухих джунглях на берегу реки, которая течет к Большой Воде, по-вашему – к Южному океану. Мы откочевали туда, потому что на прежнем месте роботы стали  строить город. Вы нас познакомили с электричеством и подарили ветроэлектростанцию. У нас есть телевизоры, мы смотрим новости и часто видим вас.  К нам часто прилетают люди из распределителя благ и привозят нам одежду, обувь, еду, бытовые приборы, лекарства. Наши дети ходят в школы…

– Как долго вы ехали к нам?

– О, это длинная история. Вначале  меня привезли к Большой Воде, но там город был разрушен, и мне пришлось добираться в другой город, сесть там в планетолет и прилететь в Столицу Союза, а здесь пришлось спрашивать, где  находитесь вы…

Слушая Мак Тык, Агидель Николаевна  вспоминала первую командировку на Арс. Сколько времени прошло с тех пор! По земным меркам около трехсот лет. За это время даже племя рептилоидов  приобщилось к цивилизации. Оно помнит наш первый прилет, но благодарно ли  нам?  Рептилоиды были самодостаточны, довольны своей жизнью, а появились мы, и они стали зависимы от нас.

– Нам не нравится шум в ваших городах, – продолжала Мак Тык, – поэтому  никто из наших  не живет в них. Мы предпочитаем жить так, как жили наши предки. Но над нашими головами всё больше летает планетолетов. Наши старики часто говорят о том, что надо еще дальше откочевать в джунгли. А куда откочевывать, в школе ведь нам говорят, что планета круглая, и если идти прямо, то всё равно придешь туда, откуда вышел?

Во время беседы гостья  не притронулась к угощению, хотя Агидель Николаевна помнила, что конфеты  у туземцев были любимым лакомством. И она предложила ей  попробовать конфеты или пирожное.

– Мы не разговариваем с набитым ртом. У нас разговор отдельно, еда отдельно, ­– не без гордости ответила туземка.

– А у нас принято угощаться во время разговора, – сказала Агидель  Николаевна. – Это мы не считаем дурным тоном, рассматриваем как элемент гостеприимства. А вы сегодня ели? Так или иначе, но вам придется пообедать в нашей столовой, ведь все равно надо ждать, пока подготовят планетолет, загрузят его подарками. Сейчас я распоряжусь.

Агидель Николаевна вызвала одну из помощниц и велела ей  проводить Мак Тык в столовую, спросила, готов ли планетолет для гостьи? Девушка доложила, что планетолет сейчас загружается подарками.

– Вот и хорошо. Проследите, чтобы всё было нормально, – сказала спикер своей подчиненной и подошла к гостье. – Дорогая Мак Тык! Спасибо, что ваше племя помнит нас и прислало вас с подарками. На память о нашей встрече я дарю вам кулон с прямым телефоном ко мне. Его не надо заряжать, он подзаряжается от солнечного света, – Агидель Николаевна надела на Мак Тык цепочку с золотым кулоном и приобняла ее. – Звоните мне в любое время.  Я буду дружить  с вами в память об Уль Тык.

– Спасибо и вам, что вы помните о нашем племени и о своей подруге Уль Тык. Приглашаем вас в гости. Прилетите к нам?

– Как только буду в ваших краях, то обязательно загляну к вам. Передавайте привет от меня всему племени и мои самые наилучшие пожелания! До свидания!

– Мы очень ждем вас! – сказала гостья. –  И  еще один совет. Лисий Хвост не любит,  когда все веселятся и смеются. Надо больше смеяться, тогда он уйдет совсем.

Агидель потрясли последние слова Мак Тык. Она вспомнила рассказ Руслана о журналисте Нормане Казинсе, который вылечился с помощью смеха от смертельной болезни суставов. Когда люди смеются, то макрофаги, защитники иммунитета, в их крови побеждают бактерии и вирусы. Если же смотреть фильмы ужасов, поддаваться тревогам и панике, то бактерии успешно нападают на макрофаги.

Оставшись одна, Агидель Николаевна, собираясь с мыслями, помассировала виски, а потом позвонила мужу и рассказала ему о визите Мак Тык.

–  Она напомнила мне нашу молодость, – расчувствовалась Агидель Николаевна.

– Дель, пожалуйста, отправь яйца  Абубакарову. Пускай  в институте исследуют антитела к вирусу и проследят, когда вирус уснет или погибнет. Может, им удастся изготовить вакцину? Только пусть не помещают яйца в инкубатор  – что мы тогда будем делать с рептилоидами? Станет известно племени, что мы над их соплеменниками опыты проводим –  грандиозный скандал  нам гарантирован. А Эндрю Кравцоффу надо посоветовать по всем союзным СМИ передавать комедии, анекдоты, смешные истории – пусть люди лечатся!

 

Глава двадцать восьмая

 

Наконец-то  их посадочный комбайн был собран. Он был приспособлен к условиях работы в пустыне Эйхо, на почве, на которой когда-то росли джунгли, а теперь она, высушенная ветрами и прожаренная солнечными лучами, была спрессована как камень. Перед  приемкой  комиссией Чеслав и Зигфрид  подвергли свое детище самым серьезным испытаниям. Зарядили аккумуляторы, позволявшие работать машине восемь часов без подзарядки, заправили саженцами  яблони  бункер, гоняли комбайн на разных режимах.

Вначале в кабине сидел Чеслав. Он изменял программы работы машины, увеличивая и увеличивая скорость работы. Комбайн выдвигал вперед фрезу, которая вгрызалась в грунт по ходу движения агрегата, убиралась с помощью гидравлического штока, и в яму опускался саженец с закрытой корневой системой. Тут же засыпался  грунтом, размельченным фрезой, и увлажнялся специальной подкормкой, которая растворяла контейнеры для закрытой корневой системы. Потом Чеслав испытал агрегат в работе не по прямой, изобразил машиной  посадку яблонек восьмеркой – и на этот раз всё прошло без замечаний.

После этого настала очередь управлять агрегатом Зигфриду. Ничего подобного он не испытывал раньше. После нажатия пусковой кнопки машина оживала, после движения джойстика вперед  она послушно двигалась вперед, выдвигая на штоке крутящуюся фрезу, которая ввинчивалась в грунт. Мгновение - и саженец оказывался в посадочной яме, которая засыпалась измельченным грунтом и тут же опрыскивалась раствором. А фреза опять выдвигалась вперед… Зигфрид испытывал великое удовольствие от того, что он повелевал сложным агрегатом и оставлял после себя ровный рядок молодых яблонек. Машина шла строго прямо, если он не крутил рулевое колесо.

Когда пришла комиссия принимать  механизм Чеслава, за рулем сидел Зигфрид. Не без умысла изобретателя: тот таким образом показывал, что агрегат может легко управляться и подростком. Зигфрид посадил сотни яблонек, опустошив бункер для саженцев. На другом конце поля  в работу включились помощники, загружая бункер  новой кассетой с саженцами и заправляя цистерну  специальной подкормкой. Развернув агрегат,  Зигфрид двинулся назад, четко  выдерживая интервал с помощью электроники Чеслава. Комиссия в полном составе, за исключением начальника лагеря, который сидел на стуле на краю поля, шла за агрегатом, проверяя качество посадки,  измеряя расстояния между саженцами и рядами, что-то записывая, то и дело обращаясь к Чеславу.

В конце поля Зигфрид хотел посадить еще один рядок, но Чеслав велел выключить комбайн, а сам отправился вместе с членами комиссии отстаивать свое детище. Часа через два он явился и с радостью сообщил: комбайн комиссия приняла и рекомендовала  его к выпуску в местной мастерской. Для этого Чеславу надо было приготовить всю документацию с чертежами, но Зигфрид тут был ему не помощник. Со следующего дня  ему велели приступить к закладке яблоневого сада.

Теперь Зигфрид не расставался с машиной  по восемь часов в день, хотя ему, как подростку, было положено работать не более шести часов. Ему дали сменщика из группы, которую обучал Чеслав, и Зигфрид относился ревниво к нему.  Сменщик не любил машину  и мог довести ее до аварии.

Саженцы прижились и трепетали на ветру зелеными листиками. Некоторые из них  засохли, их вручную  выкапывали и  заменяли новыми рабочие из осужденных. По вечерам, когда второе солнце готовилось зайти за горизонт, сад поливала огромная поливальная машина, и от него по вечерам веяло влагой.

Чеслав отвел его в вечернюю школу для осужденных, не имеющих среднего образования, записал в поселковую  библиотеку и следил за тем, чтобы Зигфрид читал книги. Занятия в школе еще не начинались, и Зигфрид  свободное время  проводил в библиотеке. Смотрел фильмы, играл в стрелялки, торчал, как он выражался, в интернете, выискивая в нем интересные материалы.

Однажды в библиотеку зашла очень красивая девочка. У нее были черные волосы, заплетенные в тугую косу, глаза синие и огромные. Когда она скользнула взглядом по Зигфриду, у него обрушилось что-то в душе. Она принесла сдавать книжку, Зигфрид подошел к ней так близко, что улавливал  тепловатый молочный запах, исходящий от нее.

– Интересную книжку сдаешь? – осмелился он спросить у девочки.

– Интересную, – ответила она и повернулась к нему, смерила его взглядом, словно решая, достоин он разговора или нет.

– О чем она?

– О Робинзоне Крузо.

– Я что-то слышал о нем.

– Возьми. Не пожалеешь, – и обратилась к библиотекарше, попросила дать книжку мальчику, который стоит за нею.

– Мальчика, Гуля, зовут Зигфрид фон  Кляйнмихель, – сказала с улыбкой библиотекарша, почему-то решившая их познакомить.

– Так ты фон! ­–  воскликнула девочка. – Тот самый, который прилетел сюда в багажном отсеке? А я Гуля Умарова. Приятно познакомиться, – и приветливо улыбнулась, протянув ему раскрытую ладошку.

– Мне тоже, –  сказал­ Зигфрид и осторожно пожал теплую кисть девочки.

Гуля подошла к книжным полкам, он не последовал за нею, боясь показаться  ей навязчивым. Когда она уходила, кивнула ему на прощанье, как  знакомому. Но он не решился провожать ее, хотя ему показалось, что она была бы не против.

Теперь Зигфрид нередко в свободное время прогуливался возле дома, в котором жили Умаровы. Ему очень нравилась  Гуля и хотелось видеть ее. «Может, я влюбился в нее?» – спрашивал он себя и не мог  ответить себе определенно. Хотел посоветоваться с Чеславом, но почему-то было стыдно обращаться к нему с таким деликатным  делом. К тому же его старший друг не жаловал женский пол.  Однажды он проговорился, что расстался с женой, которая его предала, и уехал осваивать пустыню Эйхо.

Как-то вечером Зигфрид увидел Гулю в  стайке девчонок, которые играли в классики. Гуля прыгала на одной ножке, переходя из класса в класс, но, увидев Зигфрида, бросила играть и побежала к нему.

– Здравствуй, – выдохнула она, запыхавшись от бега. – Тебя  что-то не видно в библиотеке. Прочитал книжку о Робинзоне Крузо?

– Прочитал.

– А ты знаешь, что мой папа служил с твоими родителями? – неожиданно  спросила она без всякого перехода. – У тебя мама – генерал! Папа говорил,  что она  – настоящая героиня. Ты гордишься своей мамой?

Зигфрид опустил глаза вниз, нахмурился, потому что ему не нравился разговор о его родителях. Реакция у Гули была мгновенной.

– Я что-то не то сказала? – спросила она. – У меня нет мамы, она умерла. Вместо мамы у меня старшая сестра. Я бы очень гордилась своей мамой, если бы она была у меня, а тем более такой героической, как у тебя.

Непосредственность Гули действовала на него обезоруживающе. Он не знал, как поддерживать с нею разговор.  Сочувствовать ей по поводу того, что у нее нет мамы? Но ведь она сама заговорила о своей маме. Мелькнула догадка о том, что его отец  наверняка встречался с полковником Умаровым и просил его присмотреть за ним. Значит, Чеслав дружит с ним по поручению полковника? А если по поручению, то разве  Чеслав сделал ему что-нибудь плохое?

– Я  жил у бабушки и родителей своих почти не видел. Они воевали, им было  не до меня и моей сестры, – наконец нашел он, что  Гуле сказать.

– Поэтому ты и не любишь их? – спросила она, и Зигфрид понял, что ее отец рассказывал о нем.

– У нас разные взгляды на жизнь, – уклончиво ответил он.

– Надеюсь,  мы еще поговорим об этом. Когда ты бываешь в библиотеке?

– После работы. Я ведь работаю.

– Я знаю.

– Часа в четыре дня.

– Тогда до завтра!  Я побежала…

И Гуля действительно побежала, неожиданно сорвавшись с места, и присоединилась  к  подругам.

 

Глава двадцать девятая

 

«Когда же наступит перелом в нашей работе?» –  спрашивал себя Руслан, анализируя положение дел с возрождением  пятого человечества. Сделано немало: устранена старая власть на союзном уровне, подавлен неофашистский путч, парламент союза контролирует  Агидель, союзное правительство возглавил Эндрю Кравцофф, институт Орлова начал работать, идет восстановление разрушенного побережья Южного океана, налицо успехи в борьбе с пандемией странного вируса, стала осуществляться планетарная программа  воспитания и образования молодежи.

Но всё это было лишь предпосылками улучшения  положения на планете. Результатом можно считать лишь подвижки в борьбе с пандемией. Орловскому институту удалось создать вакцину  от вируса и наладить ее массовый выпуск, а власти на местах сумели организовать вакцинацию населения. Да и сам вирус, по сведениям института, снизил активность, впадая то ли в спячку, то ли совсем погибая. В институте  с помощью галактических вирусологов нашли объяснение этому феномену – вирус способен  делиться  не бесконечно, а определенное число раз.

Беспокоило неофашистское подполье. Оно давало о себе знать многочисленными высказываниями в социальных сетях о грядущей   революции, которая во второй раз в истории человечества отправит на свалку  коммунизм, созданный роботами. Генрих Мольтке произнес речь на съезде национал-социалистической партии, из которой следовало, что властям удалось  нанести поражение только части штурмовых отрядов молодежи, а основные силы сохранены. Они укрепляются и вооружаются, и недалек тот час, когда   власти почувствуют их  всепобеждающую силу.

В распоряжении национальных правительств были лишь малочисленные милицейские формирования. Армии не было даже  на союзном уровне. Можно было рассчитывать лишь на пять дивизий десантников генерала Уральского, которые и подавили путч. Но их недостаточно, если штурмовые отряды Генриха Мольтке одновременно выступят на всех континентах.

– Мы фактически безоружны, – докладывал Руслан Атланту. – Неофашисты накапливают силы, если они выступят, дивизии Уральского не смогут нанести им второе поражение. Необходимо удвоить или даже утроить  количество десантников. Если неофашисты увидят, что наша обороноспособность укрепляется, то они вряд ли решатся на выступление. Гражданская война перечеркнет все наши планы.

– Ты отчасти прав. Пришлем мы еще пару десантных звездолетов,  это лишь отложит выступление неофашистов.  Они еще сильнее укрепятся и всё равно выступят. Надо срочно усиливать милицейские формирования на местах…

–  Как усиливать? – перебил Атланта Руслан. – Считаешь, что найдется много желающих стать милиционерами? У нас нет никаких  стимулов для тех, кто рискует своей головой во имя укрепления правопорядка. Мы не можем создать армию по той же причине. Вводить обязательную воинскую  повинность? Но это вряд ли привет к созданию армии, а Генрих Мольтке получит дополнительные козыри. Мы не знаем, сколько у  него находится под ружьем, как они вооружены.

–  У вас спецслужбы находятся в эмбриональном, зачаточном состоянии. Пусть Эндрю Кравцофф начнет их создавать.

–  Легко сказать  – пусть начнет создавать. По объявлениям, что ли?

– Руслан, сегодня ты особенно несговорчивый. Всё тебе не так. Работать не пробовал? – рассердился Атлант. – Придумайте, как привлечь людей в спецслужбы. И по объявлениям тоже можно. Объявить, что создаются специальные отряды для отправки на Зею. Наберите и начните учить. А потом  начнете их привлекать к борьбе с неофашистами. Продумайте систему поощрения, присвоения званий. Учредите медали и ордена.

– Спасибо за ценные советы, ­– не без иронии поблагодарил Руслан. – Так мы можем надеяться на появление на  орбите Арса дополнительных боевых галактических звездолетов или нет?

– Надеяться не вредно. Мне придется поставить этот вопрос на совете галактических иерархов. Дадут добро – пришлем, а не дадут –  надейтесь на себя. Если восстанут неофашисты, то мы, конечно, немедленно пришлем наши вооруженные силы.

«Пока вы пришлете, от нас и мокрого места не останется», ­– подумал Руслан, и  не стал больше возражать Атланту.

На следующий день он собрал в своем кабинете узкий круг высших должностных лиц планеты – спикера союзного парламента Агидель Николаевну, председателя союзного правительства Эндрю Кравцоффа, своего первого заместителя и руководителя корпорации «Арс-космос» Эммануэля Тотти, генерала Уральского, директора Орловского института Абубакарова  и советника Максима Юрьевича.

– Наше собрание можно было бы назвать советом безопасности, – сказал Орлов. –  Я пригласил вас именно в связи с проблемами обеспечения надежной безопасности на планете. Предыдущие правители не уделяли ей  достаточного внимания, как она того заслуживает. От внешнего вторжения мы защищены Галактической системой безопасности, а внутренняя безопасность находится в зачаточном состоянии. Нам удалось с помощью десантников генерала Уральского подавить неофашистский путч, а со вторым выступлением штурмовых формирований Генриха Мольтке мы справимся? А оно реально, и рассчитывать на хилые милицейские формирования союзных республик не приходится. У них очень слабые связи с населением, которое не помогает милиции, поскольку традиционно усматривает  в  ней репрессивный аппарат. Увеличивать число милиционеров мы можем только за счет малочисленных милицейских школ.

Практически нет специальных служб. У Вольдемара Мольтке была служба безопасности, обслуживающая  главным  образом правительство, но она расформирована. Социальные сети никто по-настоящему не анализирует, поэтому трудно оценить предпочтения населения и его отношение к стоящим перед планетой проблемам.

Нет армии. Надеемся только на дивизии генерала Уральского. Я просил нашего куратора  от Галактического совета иерархов прислать нам на помощь  хотя бы  еще два  боевых звездолета для устрашения тех, кто усиленно готовится к бунту.  Куратор обещал просьбу довести до сведения Галактического совета иерархов и заверил меня, что звездолеты придут незамедлительно на помощь, если неофашисты поднимут восстание.

Меня очень беспокоит то печальное обстоятельство, что население Арса –  это на девяносто девять процентов потребители. А всего лишь один процент –  это активные граждане, научно-техническая и творческая   интеллигенция, управленцы. Очень мало уделяется патриотическому воспитанию молодежи, отсюда ее безразличие к судьбам народов планеты. Неофашисты успешно используют  это для своей пропаганды, вовлекая в свои ряды  новых сторонников.

Приходится с сожалением признать, что принимаемые нами  меры не создали даже предпосылок для коренного перелома ситуации на планете. Пятое человечество продолжает деградировать, нам необходимо предпринять  исключительные или даже чрезвычайные меры, чтобы вернуть его на путь социального, научно-технологического и духовного развития. Прошу предлагать эти меры и высказывать свое мнение о сложившейся ситуации.

Руслан Русланович замолчал и обвел пытливым взглядом всех присутствующих. Все молчали, обдумывая сказанное спецпредставителем Галактического совета. «Можно мне?» – задала телепатический вопрос мужу Агидель Николаевна. «Можно», – разрешил он, поскольку молчание присутствующих затягивалось.

– Не стану скрывать, что все эти проблемы мы обсуждаем в семейном кругу ежедневно, – начала она свое выступление. – Но я не на все сто процентов разделяю пессимизм Руслана Руслановича. Какие-то  предпосылки к исправлению дел мы заложили. Например, приняли закон о гармоническом воспитании и образовании молодежи, он конкретизируется в постановлениях союзного правительства. Без всякого преувеличения, это начало глубинных революционных преобразований на Арсе. Предстоит колоссальная многолетняя работа по реализации положений закона. Но уже сейчас в старших классах общеобразовательных учреждений и в вузах можно преподавать основы оборонного дела с помощью офицеров генерала Уральского. Эти офицеры нужны в скаутских отрядах, которые сейчас создаются. Нужно отбирать ребят со склонностями к военному делу, создавать из них отряды самообороны, вооружать их и проводить  с ними интересные учения, готовить  не только к обороне, но и к космическим экспедициям. Этот контингент может стать основой курсантов военно-космических училищ, которые обязательно следует создать. Мы готовы рассмотреть и принять закон об обороне планеты. Ждем предложений, а еще лучше – проектов закона. Я говорю об этом еще и потому, что в ближайшее время нам придется отправлять многочисленную группу лучших из лучших арсиан осваивать планету Зею. А много ли у нас подготовленных к этому подвигу людей?

Решение проблем, названных Русланом Руслановичем, должно сопровождаться  соответствующими законами. Но не надо ждать принятия законов, нужно дела делать, а законы принимать с учетом приобретенного опыта. Потом определим, что законно, а что незаконно. Я не открою Америку, как говаривали земляне, если скажу, что у нас нет даже Конституции народов планеты Арс, а есть всего лишь  временный Конституционный акт. Есть конституции у многих союзных государствах, их надо изучить и обобщить, разработать на их основе наш основной закон. Союзный парламент рассчитывает здесь на Орловский институт.

Мы испытываем немалые трудности с подготовкой и принятием закона о запрещении  неофашистских  и экстремистских организаций. Кое-кто усматривает здесь наступление на права личности, прежде всего политические, на свободу создавать организации из числа своих единомышленников для реализации права на самовыражение. Сторонники Генриха Мольтке прямо угрожают нам  террористическими акциями, если закон будет принят. А сколько сторонников у этого новоявленного фюрера, мы не знаем. Как и то, какими он силами располагает, какова у него поддержка среди населения?

– На этот вопрос готов ответить я, –  поднялся генерал Уральский. –  Не буду умалять или преувеличивать угрозу нового фашистского  путча или восстания. Угроза серьезная. Наши разведчики недавно обнаружили в районе Новых  Карпат огромный подземный город, который когда-то использовался древними арсианами. Его расчистили, привели в порядок. В нем по нашим подсчетам сосредоточено несколько десятков тысяч штурмовиков. Существуют предположения, что подобные подземные города есть и на других континентах. Генрих Мольтке и его окружение настроены агрессивно, считают, что их  священный долг – осуществить второе и окончательное освобождение человечества от коммунизма. Я также попросил руководство  Галактической системы безопасности прислать нам два или три боевых звездолета, укомплектованных десантниками по полному штату.

Что касается участия наших офицеров в работе с молодежью в учебных заведениях и скаутских формирований, то  у нас возражений не будет. Мы пришлем свои предложения, уважаемая Агидель Николаевна.

– Святослав Степанович, вы можете нам  определенно сказать, когда можно ожидать выступления неофашистов? – спросил Орлов генерала Уральского.

– В окружении Генриха Мольтке много безбашенных фанатиков, поэтому они террористические акции  или боевые действия могут начать в любое время.

– Короче говоря, у нас,  по сути, чрезвычайное положение, но объявить его не смеем, потому что не можем обеспечить его? –  развел руки в сторону Руслан Русланович.

– Да, это так, – согласился генерал.

– А у нас хоть закон о чрезвычайном положении имеется? –  обратился Орлов к жене.

– Увы, нет, –  ответила Агидель Николаевна.

– Куда ни кинь  – везде клин, – сказал Руслан Р