Содержание материала

Переписка  вместо рецензии

Здравствуйте, уважаемый Александр Андреевич!
Беспокою Вас только потому, что мне настоятельно рекомендовал обратиться к Вам один из тех авторов, кому Вы уже давали рецензию: Андрей Ефремов.
Ваша фамилия была знакома мне, так как в юности, будучи студенткой филологического факультета, я читала некоторые Ваши произведения, в частности "Любовь в Чугуеве" и "Китовый ус". Повеяло чем-то теплым, хорошим, воспоминаниями о прошлом и зачитанными до дыр журналами и приложениями к ним, за которыми выстраивалась очередь. И вот, набравшись смелости, решилась послать Вам свои рассказы. Один из них, "Маменькин сынок" занял 2 место на конкурсе московского издательства "Софион"(книги о животных), но, конечно, это не характеризует его как вещь достойную. Два других рассказа из сборника сатирических сказок, которые я посылала в несколько московских издательств. Два из них откликнулись совершенно одинаково: позвонили редакторы, сказали, что лично им очень понравилось, но это не будет продаваться. И предложили мне написать что-то более коммерческое, лучше всего - любовный роман.
Ваша рецензия стала бы для меня ценным советом и помогла бы лучше сориентироваться в сложной современной литературной ситуации. Быть может, я взялась не за свое дело, быть может, у меня есть небольшой шанс работать дальше. В любом случае, Ваш ответ придал бы мне силы.
Простите меня за многословное письмо, наверное, это болезнь многих гуманитариев. Заранее благодарна Вам за любую оценку моей работы - приму ее в любом случае, какой бы она не оказалась, в том числе и "молчаливой".

Желаю Вам крепкого здоровья и благополучия! С бесконечным уважением к Вам,
Наталья Станиславовна Рыжкова,
преподаватель Ростовского художественного училища имени М.Б.Грекова.     

Уважаемая Наталья Станиславовна!

Прочел с интересом Ваши рассказы по причине того, что в них, с моей точки зрения, обнаружились признаки способностей к литературному творчеству. Это прослеживается в своеобразном отношении к жизни, приправленным перчиком иронии, в стремлении «поправить» расхожие стереотипы. Наконец,  Вы пытаетесь найти стилевое соответствие содержанию произведения, что позволяет мне говорить о наличии у Вас основополагающего элемента для писательства, которое  можно назвать  чувством стиля.
Участников своего семинара  прозы на Высших литературных курсах, а получают здесь второе высшее образование, филологическое с записью в дипломе «литературный работник», я прошу различать  в океане книг и публикаций сугубо литературоведческие, филологические работы и  публикации о литературе, особенно о писательском мастерстве, написанные самими писателями или настоящими литературными критиками. Первых – гигантское количество, поскольку много специалистов по литературе, это литературоведы и преподаватели литературы, а вторых – мало, хотя под спудом нашего времени их откровений и советов вполне достаточно для постижения азов писательского ремесла. Первым для достижения самых высоких вершин достаточно относиться к своей профессии добросовестно, а вторым – этого явно недостаточно, ибо у них  литература  - от А до Я призвание, да еще и отягощенное величиной дара Всевышнего.
Останавливаюсь на этом подробно, поскольку Вы относитесь  к первым и вторым. В филологии, преподавании литературы предостаточно наукообразия, нормативизма, в том числе политиканского, схематизма, субъективизма, выходящего за рамки здравого смысла – всё это смертельно опасно для литературного творчества. Поэтому Вам неизбежно при написании прозаических произведений надо уметь «забывать» о своем образовании, стараться нейтрализовать его влияние.  Иначе из-под пера будут выходить «правильные», но банальные вещи, литературная ценность которых в лучшем случае  равна нулю.
Что-то я не припоминаю в числе больших прозаиков или поэтов из ученых-литературоведов. Видимо, они слишком хорошо знают, как надо писать, поэтому  и не умеют. Такая история и с журналистами – отношение к слову разное. У журналистов – как к понятию, средству информации, у писателей – как, грубо говоря, к элементу художественного образа. Впрочем, об этом можно частично прочитать в моих материалах, которые я рекомендую в правилах для своего мастер-класса.
Каждое литературное произведение создано по своим законам и подчиняется только им. Неповторимым, но входящим в общелитературный и общекультурный контекст. Произведения писателя – кодекс таких законов, не писанных, но существующих как бы форме скрытых файлов. Оценить произведение писателя весьма затруднительно, если не почувствовать эти файлы.
Вот этим и займемся.
Наиболее значительным по содержанию мне представляется «Подлинная история…»  Она метафорична, поучительна в хорошем смысле. Хотя Вы, как истинный педагог, решили в самом конце акцентировать оценку – «скотина он порядочная». И перевели тем самым свое сочинение из разряда литературы в  примитивную гендерную сферу.
А сказка ведь о том, что любовь способна превратить  любую лягушку в Василису Прекрасную или Премудрую. Так и развивайте эту мысль, делайте ее не примитивной, а объемной, многозначной, оттеняйте весь спектр сопутствующих проблем.  Ведь не случайно Вы как бы забываете старших братьев и их жен. Тут сколько угодно красок, чтобы показать, как даже трудолюбие, но в сочетании со стяжательством и жадностью, карьеризм и верноподданность власть имущим превращает их супружниц в жаб, скрывающих свое уродство  и душевную пустоту блеском всяких украшений, мнимыми ценностями – положением в обществе, роскошными теремами, престижными моделями самобеглых колясок и т.п.
Ивана я на Вашем месте не делал бы лежебокой и захребетником. Произведение выиграло бы, если бы он был изображен порядочным человеком, но жизнь его все время пригибала, не давала проявить любовь к Василисе-лягушке. Как она ждала этого, надеялась, что вот-вот зажжется в его душе  огонь, и сгорит в нем лягушечья кожа – вот чего нет в рассказе. Я не призываю Вас к  выводу, что планета наша мало для счастья оборудована, но читатель должен почувствовать, что Иван вот-вот освободит Василису от чар, более того, он должен как бы тоже «становиться Иваном». Чувствовать и понимать его ошибки, причины того, что Василиса так и не стала Прекрасной. А результатом будет вовлечение его в сотворчество, а это самая высокая степень приобщения читателя к содержанию и самая действенная.
«Терем-теремок» - более слабый рассказ. Даже по замыслу. Он не метафоричен, хотя материала для метафоризации здесь предостаточно. В чем смысл рассказа? В том, что пьяница-кот предпочтительнее мироеда Медведя?
Сама ситуация рассказа подсказывает, что надо писать о Медведе, как олицетворении  власти. В лесу, в тайге, как известно, медведь – прокурор. Вот и делайте его прокурором, который выселил кота-пьяницу за коммунальные долги. Тут столько потенциальных ситуаций! Читатель ведь будет считать, что это о «Единой России», о том, что ей закон не писан. В итоге – самый справедливый суд в мире присудил порушенный теремок восстанавливать за счет его обитателей, более того,  обязал компенсировать Медведю не только материальные потери, хотя он вел себя как слон в посудной лавке, но и моральный вред. А ведь так в жизни – мы, обитатели теремка под названием Российская Федерация, за свой собственный счет исправляем последствия их дуроломных реформ.
Конечно, для такого произведения требуется гражданская смелость. Писатель по роду своего призвания – оппонент власть предержащим,  поэтому и не существует великих произведений, написанных верноподданными конформистами.
Мне неизвестны причины, по которым высоко была оценена ретро-повесть «Маменькин сынок» – слишком сырое произведение. В нем не сводятся концы с концами – к примеру, Апанасенки, Тарасюки и националист Зарецкий не включены органично в проблематику повести, остаются всего лишь фоном. Причина: довлели семейные предания?
Материала, чтобы оправдать название «Маменькин сынок», слишком мало. Здесь нет «обратного взгляда и отношения», в данном случае, от Мурзилки и Цербера. Ведь они олицетворения людей, поэтому могут в литературном произведении думать, выражать свое отношение к людям и их поступкам. Злющая Мурзилка и добродушнейший  Цербер – великолепный материал для писательского исследования. По большому счету Цербер должен стать вроде Обломова в собачьем мире, существующего для добра, причем ради добра. Не берусь утверждать, что такие собаки и люди не нужны, но и не стану ручаться за то, что им окружающие платят их же монетой.
Возможно, что мое письмо не удовлетворит все Ваши ожидания.
От размещения на своем сайте Ваших произведений и  моего письма воздержусь по этическим соображениям: Вы – педагог, у Вас есть ученики…
Желаю Вам самых больших творческих успехов!
С  уважением -
Александр Андреевич Ольшанский
писатель, публицист
председатель правления Содружества
выпускников Литературного института им. А.М. Горького
(495)425-33-93,
e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
url: www.aolshanski.ru
skype: ostilo2

Комментарии   

0 # JohnSmithe438 22.02.2017 16:47
Hello! Do you use Twitter? I'd like to follow you if that would be okay. I'm undoubtedly enjoying your blog and look forward to new posts. eedegddfekeekcg k
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Кнопка для ссылки на сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского

Сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского

Для ссылки на мой сайт скопируйте приведённый ниже html-код и вставьте его в раздел ссылок своего сайта:

<a href="https://www.aolshanski.ru/" title="Перейти на сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского"> <img src="https://www.aolshanski.ru/olsh_knop2.png" width="180" height="70" border="0" alt="Сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского" /></a>