Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Содержание материала

 

19
После возвращения из Чугуева был долгое время как в ступоре. К тому времени я узнал, что в Москве есть Литературный институт, что туда принимают только с трудовым стажем, и решил поступать в него в 1961 году, чтобы за два года подготовиться. Написал рассказ из впечатлений об известковом карьере «Во вторую смену», опубликовал ее в изюмской газете «Радянське життя» - с этой публикации и началась моя литературная работа.
Подыскивал себе работу, чтобы она кормила меня, и писал повесть «Шоферская легенда». Купил учебники английского языка, изучал его самостоятельно. В Западной Украине я полгода учил немецкий, в семилетке - английский, в техникуме - опять немецкий. В результате не знал никакого, даже на минимальнейшем уровне.
В то время я считал, что максимальное напряжение духовных и интеллектуальных сил - моя стихия. Реализуя убеждение, я писал по 30 страниц в день, очень много читал. Энергия и вдохновение бурлили во мне, и, конечно, однажды все закончилось плохо - прямо за письменным столом я потерял сознание, организм не выдержал дикого напряжения.
Смутно помню, как меня везли в «скорой помощи», а пришел в себя лишь в Краснооскольской больнице. Соседи по палате, увидев, что я открыл глаза, качали сокрушенно головами и говорили:
- Ну, парень, ты всех здесь и напугал! Всю ночь кололи да меняли белье - мокрый был, как мышь...
Слабость была неимоверная. Молодой врач, выслушивая меня, рассматривая мой ливер через рентген, говорил:
- Не понимаю, в чем дело. Сердце немного расширенно, понятно -  спортивная гипертрофия, но почему такая слабость, почему сознание терял...
Подержав неделю в больнице, он выписал меня домой. Вот тут-то все и началось. Каждую ночь, ровно в три часа утра, мою грудную клетку кто-то хватал железными клещами, и самое важное было для меня - сделать вдох или выдох. Причем сделать это было очень больно. Я понимал, что однажды у меня не получится запустить процесс дыхания, и тогда умру. Был ли страх смерти? Был, конечно, в момент спазма, когда не хватало сил сделать вдох или выдох. Приступы были так регулярны, что я просыпался раньше трех, и ждал их - приступ начинался словно по расписанию. Думаю, что это была стенокардия или грудная жаба, как эту болезнь называют в народе. С той поры я всю жизнь просыпаюсь в три часа ночи.
Дело дошло до того, что подняться всего лишь на одну ступеньку крыльца для меня стало составлять труд. Малейшая физическая нагрузка вызывала одышку, головокружение и пот ручьями. Кто-то подсказал матери лечить меня протертыми лимонами с сахаром - по стакану в день. Я их столько съел тогда, что у меня долгое время к лимонам была аллергия. Если сейчас российская медицина на 130-м месте в мире, то в Советском Союзе со здравоохранением обстояло не лучшим образом. Так что основным методом излечения было, есть и долго еще будет пресловутое самолечение.
Через несколько недель стал оживать,  возвращались силы - я даже  ходил с парнями в железнодорожный клуб. Для храбрости положено было в станционном ресторане выпить, чему я и не сопротивлялся, потому что настроение было такое: какая разница, откину «коньки» без ста граммов или после того, как выпью? В ресторане был розовый ликер, полагаю, что он и сыграл решающую роль в моей поправке. Мы брали по сто граммов водки и ликера, смешивали их и выпивали. Бывало, что и повторяли. После этого приступы были не так жестоки, а затем и совсем прекратились.
Во время болезни я получил вдруг от Нее письмо. Из Алги, что в Казахстане. Видимо, я оставался для Нее близким человеком, иначе не поделилась бы своим горем со мной. Она родила девочку, которая вскоре умерла. В своем ответе я, измученный приступами, понимая, что в моем состоянии есть часть и ее вины, намекнул, что это, быть может, воздаяние за содеянное. До сих пор стыжусь явно не джентльменского поступка.
Но молодость взяла свое - весной 1960 года я был уже способен идти куда-нибудь на работу. С той поры для меня любая работа была не столько средством заработка, сколько изучения жизни. Мне не давал покоя опыт работы в Перебудове, и я решил ради сравнения пойти механиком в другой колхоз. В то время был такой почин: специалисты - в колхозы. Вот я под эту сурдинку и оказался в колхозе «Украина», что в Большой Каменке.
Председателем там был Коптев, к сожалению, не помню его имени и отчества. Он был какой-то «тысячник» - в колхозы из города направляли председателями по 25-30 тысяч человек. Преподавал человек в Воронежском лесотехническом институте, был кандидатом наук, и вдруг направили  в Каменку головой.
Это была прямая противоположность Гарагуле - никакого хамства, жестокости и несправедливости. Он был интеллигентным человеком, а колхоз - сложным. В нем тон задавал род Заднепровских, без их одобрения он фактически ничего сделать не мог. Районные власти к Коптеву относились неважно, он просил их освободить его от председательства, чтобы вернуться в Воронеж. Он оказался как бы между двух огней - кланом Заднепровских и районными властями. К тому же, как мне казалось, у него были нелады со здоровьем.
Техники тут имелось поменьше, чем у Гарагули, но денег тоже не было. Не нашлось их на достройку мастерской и покупку оборудования, не было и на оплату ремонта. Купил я у хозяев, у которых квартировал, старый мотоцикл, ездил на нем домой и мотался по работе. Приеду в Каменскую РТС, пойду к начальству, упрошу его принять на ремонт трактор под честное слово, что деньги заплатим. А бухгалтер, тоже Заднепровский, может и не дать денег, мол, терпели и еще потерпят. И ты в мошенниках, в РТС нечего и показываться - не выпишут в долг запчасти, не примут на ремонт. А если и отремонтируют, то без оплаты не выпустят за ворота.
Мне стало ясно, что причина не в Гарагуле или Коптеве, а в нещадной эксплуатации колхозников, которые в то время не имели даже паспортов. В принципе система коллективного хозяйствования на земле приемлема, но сам крестьянин не решал ничего, даже то, что, сколько и когда сеять, как ухаживать за растениями или животными, когда начинать уборку и как распоряжаться доходами. Все это решалось в райкомах и райисполкомах, в обкомах, ЦК. Эти умельцы доводили часто дело до анекдотов.
Хрущеву, видимо, не хватало бардака в стране, иначе он не организовывал бы в эти годы совнархозы, сельские и промышленные обкомы партии, производственные управления сельского хозяйства. Когда было организовано зональное управление сельского хозяйства в Изюме, то в него вошло несколько юго-восточных районов Харьковской области. В качестве анекдота заместитель редактора изюмской газеты Василий Хухрянский рассказал в свое время такую быль. Поехал начальник управления проверять, как сеют в колхозах кукурузу. Ехал он ехал, давал всем нагоняй. Видит - на косогоре два трактора стоят. «К ним», - командует водителю.
Подъехали. Трактористы, судя по всему, только пообедали, отдыхали. «Это колхоз имени Кирова?» - спрашивает начальник. «Да», - отвечают ему. «А почему вы, такие-рассякие, не сеете?» - набросился он на них. «Да вот только перекусили, сейчас подвезут солярку, дозаправимся и продолжим». «Поднимайтесь немедленно, начинайте сеять, саботажники! Где ваш председатель?» - и называет начальник фамилию председателя колхоза, тоже имени Кирова, но который на территории Украины, а не России. Механизаторы, смекнув в чем дело, дружно вскочили, вооружились ключами побольше размером и пошли на начальника:
- У нас своих пузатых мало что ли? А ты приехал сюда командовать не только из другой области, но из другой республики, мать-перемать!?
Пришлось ретивому администратору прыгать в машину - иначе механизаторы из Белгородской области РСФСР могли намять бока.
Стоял я как-то в раздумьях возле скелета строящейся мастерской. Подошел Коптев, разговорились.
- Не понимаю вас, - признался он. - Вы же видите, что ничего у вас не получается. Меня не отпускают, а вы-то добровольно пришли. Что вы дальше намерены делать?
- Поступать в институт, - сказал я.
- Какой?
- Электротехнический, - сказал я, поскольку не мог признаться, что буду поступать в Литературный институт. Предположил, что это прозвучит дико: механик, недостроенная мастерская, грязь, безденежье и вдруг Литинститут.
- Мой вам совет: уходите, пока не поздно.
Не знаю, что он имел в виду под «поздно», однако совету внял. Потом до меня дошел слух, что и Коптеву наконец разрешили вернуться в Воронеж.
В Изюме для меня работы не было. Я поехал в Артемовск Донецкой области и устроился слесарем на ремонтно-механический завод. Жил у брата Виктора, который работал главным механиком дистанции зеленых насаждений.
Артемовск был когда-то столицей Донбасса. Он был самым ухоженным их донецких городов - ни дымящихся терриконов, ни смога. Соляные шахты, знаменитый завод шампанских вин, где производилось настоящее шампанское, дозревавшее в галереях соляных выработок. Собственно, я не успел как следует ознакомиться с городом - лишь успел побывать на заседании литературного объединения имени Б. Горбатова.
Пришлось возвращаться в Изюм - умер отец, и мать оставалась одна. Не знаю, что это означает, но он в предсмертном бреду все время кричал: «Берегите Сашку! Берегите Сашку!» Я навестил его в больнице накануне кончины - у него был рак крови. Делая крыши и ремонтируя их в Донбассе, он или отравился канцерогенами, или случайно облучился. В то время злокачественная лейкемия была неизлечима, и врач назвал дату, когда у бати израсходуются красные кровяные тельца и наступит конец.
Как бы мы были ни готовы к печальному исходу, но смерть отца меня потрясла очень сильно. Я весь почернел, словно обуглился, мать боялась, что у меня опять начнутся приступы. Как в тумане я нашел работу - учителем слесарного дела, электротехники и руководителем практикума в Краснооскольской средней школе. Окунувшись в работу, я постепенно вышел из депрессивного состояния.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Кнопка для ссылки на сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского

Сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского

Для ссылки на мой сайт скопируйте приведённый ниже html-код и вставьте его в раздел ссылок своего сайта:

<a href="https://www.aolshanski.ru/" title="Перейти на сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского"> <img src="https://www.aolshanski.ru/olsh_knop2.png" width="180" height="70" border="0" alt="Сайт - литпортал писателя Александра Андреевича Ольшанского" /></a>